Владимир хмыкнул невесело:
— А с учётом того, что её «клуб по интересам» будет распущен, и инициатором этого выступил Артур, может получиться так, что именно он станет для неё врагом номер один. Ты это хочешь сказать?
— Да. Особенно если она решит, будто Артур что-то подправил в её голове…
— Думаю, «что-то» Артур и правда подправит. Не словами же он уговаривает очнуться телепата в коме, которому досталось от агонизирующей ноосферы? — Владимир протянул руку к столику у кресла, взяв свой рабочий планшет. — Будь иначе, и операцию по спасению «застрявшего» вне тела телепата не признали бы смертельно опасной даже при участии отца.
— К слову, раз уж речь зашла об этом… — Ксения обернулась, посмотрев на цесаревича. — Как прошли первые встречи с?..
— Неплохо. — Владимир пожал плечами. — Хуже, чем могло бы быть, потому как в последние годы мир вышел на новый виток холодной войны, но лучше, чем то, чего ждал лично я. Установленные Артуром правила в значительной мере всё упростили, да и откровенным саботажем пока никто не занимается. Но это только самое начало: что такое сутки с момента образования «триумвирата»?
— Действительно. А… когда? Или это секретная информация?
— Учитывая то, что ты уже знаешь? Нет, это не секретная информация. — Цесаревич хмыкнул, перебрав в памяти перечень известных Ксении фактов об императорской семье. — На подготовку к первой попытке выделили четыре месяца. Мало, но и миры, о которых говорил Артур, это не Луна или Марс, а нечто землеподобное. Наличие атмосферы и белковой жизни, по крайней мере, он нам гарантировал.
— А где жизнь, там и паразиты, болезни… Никогда не любила всё, что мельче мошки. — Девушка поёжилась. — Не хватало ещё, чтобы к последствиям катастрофы добавилась неостановимая эпидемия.
— Во-первых, биокинеты любую подобную хворь на раз распознают и найдут способ борьбы. Это уже не говоря о «чистой зоне» вокруг потенциальных врат или разломов — не знаю, в каком уж там виде Артур всё организует. Ну а во-вторых, многие наши учёные полагают, что белковая жизнь на Земле и на гипотетическом мире может оказаться несовместимой. То есть, новые бактерии и вирусы будут для нас безопасны. — Владимир вещал, явно кого-то цитируя. — Есть у этой медали и другая сторона: употреблять в пищу растительность или мясо в таком «несовместимом» мире может оказаться бесполезно или даже опасно. Но в этом направлении у нас есть наработки.
— Не умеешь ты успокаивать. — Ксения хихикнула, но её взгляд наткнулся на Лину — и она вновь посмурнела.
А через мгновение её глаза распахнулись от удивления, потому что тело Лины, до этого лежащее совершенно неподвижно, вдруг вздрогнуло, а тонкие пальцы сгребли одеяло, отчаянно в него вцепившись.
Цесаревна, долгое время пробывшая в коме, просыпалась…
Глава 19Дела близких. Часть 2
Дыхание Лины, прежде ровное и почти незаметное, резко оборвалось. Затем последовал резкий, хриплый вдох, будто она только что вынырнула из бездны. Изогнувшись всем телом, она вцепилась в простыни, и Артур, пришедший в движение одновременно с ней, отнял руку от головы цесаревны.
И сделал это очень вовремя, потому что та, едва открыв глаза и ещё не осознав, где она находится и что с ней происходит, запоздало попыталась отмахнуться. Глаза её широко распахнулись, но в них не было проблеска сознания — лишь дикий, животный ужас.
— Лина! Лина, это я!.. — Ксения бросилась к кровати, схватив холодную ладонь в надежде тем самым подбодрить подругу, но та вырвалась с весьма неожиданной для себя силой. Её взгляд бешено заметался по комнате, всматриваясь в редкие тени, в углы и в лица. Она по привычке искала невидимую угрозу, пропустила Владимира, отпрянувшую Ксению… и остановилась на Артуре.
Во взгляде Аватара не было ничего, кроме ледяного спокойствия и лёгкого эха усталости — последствий продолжительной и тяжёлой работы по опосредованному и мягкому восстановлению чужого разума.
Вот только Лина не знала всего, зато подсознательно понимала, что произошло и какую роль во всём этом сыграл Артур Геслер.
— Ты… — Хрип вырвался из её горла, и голос этот был чужим, надломившимся. Девушка попыталась сесть, но тело её не слушалось, тут же начав заваливаться на бок. Ксения, сделав пару шагов, попыталась поддержать её, но одного мимолётного взгляда цесаревны хватило, чтобы её лучшая подруга схватилась за голову и сползла на пол, держась за стену.
— Лина, хватит! Возьми себя в руки! — Владимир, не понаслышке зная о хаотичных проявлениях телепатической силы, практически облетел кровать и закрыл Ксению собой. Той полегчало, но вот мышцы лица самого цесаревича задёргались от спазмов боли, прокатывающихся сквозь напрягшееся сознание.
— Не трогайте меня! — Лина сглотнула, вновь переведя взгляд на Артура, которого, впрочем, неоформленное в нечто цельное ментальное давление ничуть не впечатлило. — Это ты! Ты был в моей голове!
Субъективная реальность вечного кошмара, пережитые страхи, ощущение абсолютной, подавляющей беспомощности — всё это сжалось в шквал обжигающей ярости, направленной на источник вторжения. Её разум, стремительно возвращающий себе прежнюю функциональность, поднимал всё новые и новые факты. О том, что буйство ноосферы спровоцировано воронкой, а она — следствие эволюции Артура Геслера. О том, что Артур уже «занимался» ей, не позволив раствориться в пустоте, но и не вытащив из зацикленного кошмара ради каких-то своих планов.
О том, что это на самом деле такое — Оригинал некогда человека, наблюдающий за сущим с едва ощутимым любопытством и готовностью стереть мир и воссоздать его с нуля.
Прямо сейчас Артур мог признаться себе, что он не до конца осознавал последствия принятого ранее решения, но отыграть уже ничего не мог. Нет: мог, но не желал платить такую цену, как истребление всех причастных, чьё негативное отношение даст о себе знать в будущем. Владимир. Ксения. Алексей Второй. Всех их придётся уничтожить, чтобы сгладить ошибку.
Ещё оставался другой, более предпочтительный с точки зрения человечности, — ради борьбы за которую Аватар и был рождён, — вариант, подразумевающий… смирение. В конце концов, План не зижделся на всеобщей любви, и даже более того — миллионы ненавидели Артура Геслера, в то время как навязываемые им изменения только-только начались. А что будет потом, когда объявят о судьбе подавляющего большинства уже рождённых людей? О том, что они могут уже никогда не увидеть своих внуков, потому что путь вслед за колонистами им будет заказан?..
Артур Геслер спокойно принял и взгляд Лины, и её ментальный удар, постепенно обретающий форму и направленность, пропитанный агрессией и чем-то, совсем немного недотягивающим до ненависти. Первая и последняя из людей, выжившая после столь долгого контакта с буйствующей ноосферой и Оригиналом, не сдавалась, и отступилась лишь после того, как сознание покинуло её от такой банальности, как чрезмерное переутомление.
— Лина⁈ — Ксения подхватила начавшую заваливаться на спину цесаревну, а Владимир с немым вопросом во взгляде посмотрел на Артура.
— Переутомилась. С ней всё будет в порядке… в ментальном плане. Воспоминания улягутся, впечатления оттенятся новыми событиями. — Впрочем, внешний вид наследника Трона прямо говорил о том, что такого ответа ему недостаточно. — Есть один нюанс, связанный с её спасением. Она, как и многие другие обречённые телепаты, заглянула слишком глубоко. Это, как правило, нестрашно, потому как обратно «оттуда» такие любопытные не возвращаются. Но я поспособствовал сохранению Линой личности и памяти в максимально возможной её полноте. Соответственно, она знает больше, чем должна. И не просто знает, но и понимает, пережив всё… лично, скажем так.
— Что ты имеешь в виду? — Хмурое выражение на лице цесаревича лишь обросло новыми тенями.
— Тебе, Императору и всем прочим я изложил информацию устно или в документах. Примерно как если бы тебе доложили о поимке маньяка, за свою «карьеру» убившего с полсотни невинных. Ты бы осудил его? Разозлился на него? Испытал бы негативные эмоции? — Дожидаться ответа Артур, впрочем, не стал, потому как тут и так всё было ясно. — Определённо, да. Но это была бы голая информация. Ты не видел и не знал маньяка. Не знал тех, кого он мучил и убивал. Не видел всего этого. Лина же, если придерживаться той же аналогии, лично побывала во всех ролях. Маньяка. Жертвы. Наблюдателя. И узнала обо мне и Оригинале куда больше, чем кто-либо ещё смог или сможет в будущем, потому что различных «инцидентов» через её разум могло пройти сотни и тысячи…
— Это… сложно понять. — Владимир качнул головой. — И то, что она «увидела», столь резко изменило её к тебе отношение?
Артур медленно кивнул:
— Ради человечества «я» пожертвовал всем, что имел. И то, что получилось в итоге, сочло оптимальным вариантом полное очищение планеты с последующим воссозданием людей как вида. Моё же появление — это последняя попытка «человека» не допустить того, что задумал «бог». — Артур грустно усмехнулся.
О том, что он и сам уже не знает, зачем это делает, он говорить не стал.
— Не думаю, что всё настолько плохо. Скорее всего, просто наложились плохие ощущения от пережитого, её желание любой ценой защитить своё сознание и твоё во всём этом участие. Уверен, совсем скоро сестра всё поймёт. Ксения?
— Я позабочусь о ней. — Девушка кивнула, отчего её бело-серебристые волосы покачнулись.
— Тогда… Артур, выйдем? Лине будет комфортнее, если тут останутся только те, кому она полностью доверяет. Телепаты же и во сне реагируют на окружающее пространство, как мы теперь знаем…
— Все люди реагируют. Но у ментально одарённых псионов сигналы от пассивно работающих органов чувств дополняются постоянной и не затихающей активностью пси-ядра разума, которое, даже будучи «спящей», функционирует не хуже, чем при бодрствовании. — Согласно пояснил Артур, будто бы ещё не вышедший из «режима выдачи подробных разъяснений».
Это немного напрягало его слушателей, потому как тот звучал как-то механически, но всё то, что они знали об Артуре Геслере, пока перевешивало любые сомнения.