– Однако, – только и мог произнести Свим, искренне обескураженный таким заявлением выродка.
– Разве я неправильно излагаю ситуацию? – развязно заявил Ф”ент. – Будто я не знаю или не понимаю, что вы из себя представляете.
– Но откуда? – Свим едва сдержался и придержал на месте хопса, дабы не броситься на выродка, хотя тот ещё ничего определённого не сказал, но в его словах таилась неприятность разоблачения.
Предварительное умолчание спасло стехара от решительных действий со стороны человека и хопперсукса. Видя их бурную реакцию, Ф”ент быстро сориентировался, отбросил игривый тон и заспешил высказаться:
– Как откуда? – возмутился он. – Да тескомовцы весь эфир замусорили, разыскивая вас. Вы что оглохли? У тебя что, хотя бы кавоти нет?.. Не поверю! Или вам не интересно знать, как и что говорят о вас? Хав-вва!.. Да ещё до того, как ты, дурб, влетел в наш дом, размахивая мечом, я уже знал кто вы такие и советовал этому белопушистому болвану Токме не только не трогать вас, а накормить и отправить подальше, а уже потом, дождавшись Кемеша, уносить ноги, убираясь прочь от пути, по которому вы прошли. А этот дурак, хотя и человек, заставил Х”еву меня убрать куда подальше. Он же, Токма, я имею в виду, не соображает ничего. А встреча с вами сейчас равносильна смерти от тескомовцев.
– Мутные звёзды! – Свим сел на пол, не замечая холода, исходящего от него
Известие Ф”ента до крайности поразило его. Охота, оказывается, на них открыта по-настоящему серьёзная и катится за ними, а он ведёт команду свою, будто никто им на пятки не наступает. Так, как будто уклоняется, как будто скрывается, как будто владеет ситуацией, как будто всё ещё впереди и можно подготовиться, да и не бояться ничего. Их же уже обложили со всех сторон и информацию пустили в эфир тоже по-настоящему. Её вне тескомовцев, конечно, приняли считанные единицы, но молва!.. Да о них сейчас каждая такая вот собака, Ф”ент тому пример, знает, разумная она или не очень, и готова подключиться к охоте даже ради развлечения, а если повезёт, то и на потеху себе и тескомовцам.
К”ньец прижал уши, шерсть его стала дыбом, ему хотелось выгнуть спину и стать одновременно на лапины и ноги, а хвост задрать как можно выше. И фыркать, фыркать, фыркать…
Лишь Камрат оставался безучастным ко всем треволнениям разумных. Не только внешне, но и внутренне. Выкрики выродка, похожие на лай, его вначале ошеломили так же, как и взрослых его спутников, но потом, выслушав заявление Ф”ента до конца, ему подумалось совершенно другое, чем Свиму, а именно, что стехар больше нагоняет на них страху, чем стоит того сложившаяся ситуация. Потому он и задал, как ему показалось, коварный вопрос собаке:
– Всё так плохо, а ты пошёл с нами. Сам-то почему от нас не убежишь?
– Да, собака, – обрадованно мяукнул К”ньец, ожидая оглушительного разоблачения новичка в их команде.
Ф»ент вывалил свой длинный розовый язык, затем, подобрав его, сказал:
– Я уже объяснял Свиму почему. И вам скажу. Мне такое приключение нравится.
– Он романтик, – машинально пояснил Свим и почувствовал некоторое облегчение, словно часть непомерной тяжести, навалившейся на него после сообщения выродка, обрушилась с него вместе с произнесёнными словами. Он судорожно вздохнул, поменял позу и почувствовал озноб от сидения на холодном полу. Проворно поднялся на ноги. – Да, романтик! Вот и… приключение. Возможно, для тебя, стехар, это и приключение, а для нас – не очень.
– Мне тоже наше приключение нравится, – неожиданно признался Камрат. – Бабка меня за город редко выпускала, да и то не дальше городских ворот. И сама со мной шла. С ней прогулка была не приключением, а… А тут…
Он зажмурился от удовольствия.
Свим от возмущения стал хватать воздух полным ртом. Затем рот его захлопнулся так резко, даже зубы клацнули.
– Да вы что?! – с трудом выталкивая слова, наконец, воскликнул он. – Теском у нас за спиной, вот-вот ужалит, а вам, видите ли, приключение нравится! Как вас понимать? Ну, этот, хотя как раз его-то и ловят, – дитё ещё. У него в голове одни бабкины наставления и щенячья радость бегства от них. А ты, стехар? Думаешь, пятнадцать лет в конуре своей в безопасности просидел, так и здесь тебе ничто не угрожает? Запомни! Весь мир не пометишь мочой, чтобы он стал твоим!.. А говоришь, команда. Какая у нас команда? Я да К”ньюша, а вам – приключение. Во, подарки! Во, ввязался! И ради чего, спрашивается?
– А что, тескомовцы у нас и вправду сразу за спиной стоят?
Свим, всё ещё возмущённый после высказанного любителям приключений, с недоумением посмотрел на Камрата. Вопрос мальчика застал его врасплох. Он не знал, что ему ответить, так как сам не представлял положения дел: где он, а где погоня, кто у него впереди и по сторонам.
– Ну-у, – начал он неуверенно. – Я думаю…
– Ничего не надо думать! – вмешался Ф”ент. – Какая там спина, какие такие там пятки, на которых кто-то или что-то там висит? Люди любят придумывать слова, а потом пугают ими сами себя. Так и ты, Свим, наговорил тут… Вот, что я скажу. Тескомовцы вас потеряли напрочь. Как вам это удалось, я не знаю, но они из-за этого и подняли такой переполох. – Выродок осмотрел всех своих новых товарищей, наслаждаясь произведённым эффектом, и добавил, весело и обнадёживающе: – Но они рано или поздно выйдут на наш след. Дело двух-трёх дней, а может быть, и нескольких прауз.
– Да уж, – словно эхо уныло подтвердил Свим. – Тескомовцы своё дело знают. Сами видели – ищут и на земле, и с воздуха.
– Зато вы их хорошо надули, – польстил Ф”ент. – А почему бы нам их опять не обмануть?
– Говори! – поторопил его Свим.
– Я предлагаю пойти сейчас не ходом, ведущим к северо-западным тропам, а вот этим. – Стехар показал на ни чем не примечательный подземный туннель. – Он выведет нас намного южнее, к озеру. На берегах его живёт колония вупертоков. Они сейчас…
– Ты что, собака? Совсем не соображаешь? Они же нас сожрут, не побрезгуют, – не на шутку возмутился хопс. – Нас сожрут, а ты куда-нибудь в нору забьёшься. А нас…
– Подожди, К”ньюша, – остановил его Свим. – Что скажешь, стехар?
– Да, так оно и будет, если мы промедлим, – спокойно ответил Ф”ент. – Они в настоящее время только-только стали приходить в себя после зимней спячки. Едва передвигаются. Это сегодня, а завтра мимо них уже просто так не пройти. Они с зимы голодные и готовы свои ноги пооткусывать. Мы же пойдём через их территорию на утренней заре. Будет ещё холодно, и они не смогут поспеть за нами, если у них даже появится к нам интерес. Да и мечи у вас есть, чтобы отогнать от себя не в меру ретивых вупертоков. Ха!.. Любопытствующего вупертока с замедленной по весне реакцией можно безнаказанно и по фасеточному глазу стукнуть. Как, Свим?
– Стоит ли так рисковать? – задумался Свим.
– Стоит, – уверенно произнёс выродок. – Нам надо пройти через них, тогда ни Кемеш, ни тескомовцы будут нам не страшны долгое время. Когда они подойдут к колонии, вупертоки уже будут способны встретить их своими жвалами и хитиновыми когтями, которым порой и меленрай нипочём. Пока тескомовцы здесь будут топтаться, мы далеко уйдём.
– Заманчиво, – сказал Свим и недоверчиво посмотрел в глаза выродку. – Но слишком всё хорошо, а такого не бывает. Должно быть что-то и плохое. Так что?
Непримиримый к Ф”енту хопс высказался определённее:
– Врёшь ты всё, собака!
– А я думал, что вупертоки только в сказках бывают. А кто они? – спросил Камрат, совершенно невоспринимающий и непонимающий вражды между двумя выродками разного вида. Он торопился больше узнать, тем более о сказочных каких-то животных.
Свим пожал плечами и посмотрел на Ф”ента, давая тому возможность высказаться, но стехар промолчал. Тогда в объяснения пустился сам дурб, хотя рассказ его состоял всего из нескольких слов.
– Вупертоки являются единственными разумными насекомыми из стрекоз. Они…
– Из кузнечиков, – поправил К”ньец. – Саранчовые.
– И не разумные они, а так себе, – добавил Ф”ент.
– Объяснили, – позабавился Камрат. – Ладно, сам посмотрю.
– Правильно, малыш. Лучше самому увидеть, чем слушать чужие басни, – поддержал мальчика Ф”ент. – Так рискнём, Свим? Надёжнее способа оторваться от тескомовцев надолго, если не навсегда, не вижу.
– От тех, что позади нас идут, возможно. Но они и у Заповедника Выродков все дороги, наверное, патрулями перекрыли.
– Ну и что? – Ф”ент опёрся на лапины и высунул язык. – Дойдём, увидим, что-нибудь другое придумаем. Что за привычка у людей раньше времени беспокоиться? Зато позади никого не останется.
Свим покачал головой.
– К”ньюша, как ты?
Он ещё колебался и оттягивал время принятия решения. Предложение выродка ему понравилось, но он привык советоваться с хопсом.
– Своё мнение по поводу всех хитростей этой собаки я уже высказал. – Заявил К”ньец, не глядя на Ф”ента. – Ты у нас человек и ты возглавляешь нашу команду, вот и думай, как поступить.
– Ты, хопперсукс, плохо воспитан. Я бы тебя в свою конуру не пустил. Разве можно так разговаривать с человеком, к тому же с дурбом? – неожиданно укоризненно проговорил Ф”ент. – Я считаю такое поведение непозволительным.
– Кто бы говорил, – презрительно фыркнул хопс. – Он думает и считает, оказывается.
– Помолчите! А ты, стехар, запомни, К”ньюша ходит со мной слишком давно, чтобы иметь право говорить мне всё, что пожелает нужным сказать. Может быть, и у нас с тобой сложатся такие же отношения, и тебе тоже будет позволено поступать также.
– Да он тогда рта не закроет, – мяукнул хопс, довольный отповедью человека собаке. – И за тебя всё решать станет. Ты только дай ему волю. Он и сейчас уже изображает из себя нужного и незаменимого. Ф-фру!
– Поживём, узнаем. А сейчас пойдём так, как предлагает стехар. Хотя бы тылы своим укрепим.
– Я же говорил, что он будет решать, – последнее слово осталось за хопсом.
Глава 15
Подземный ход заканчивался в россыпи крупных камней, оставляющих лишь неприметный узкий и низкий выход наружу, больше похожий на нору какого-то крупного дикого животного. Выродки и мальчик проскользнули сквозь его без задержек, зато Свима, оказавшегося шире, чем надо, пришлось буквально протаскивать общими усилиями, да и то в несколько приёмов – мешок отдельно, оружие отдельно и только потом само тело дурба, вспотевшее и потрескивающее всеми косточками.