— Ну тооооочно. Разве что нюх как у собаки, глаз как у орла и реакция бешеного мангуста, — устало хмыкнул Рич и, войдя следом, рухнул на диван. Только сейчас, скинув с себя капитанский мундир вместе с маской героя, он понял, насколько смертельно устал.
— Ты забыл упомянуть мой ядовитый язык, — найдя нужные приспособления, спустя несколько секунд усмехнулась Лина. Но ей никто не ответил — закрыв рукой глаза, Генар уже крепко спал..
Лина с нежной улыбкой посмотрела на Ричарда. Наконец-то он позволил себе отдохнуть. Она собиралась сделать этот вечер как можно более спокойным и простым, ведь впереди их ждала ещё целая вереница сражений и дипломатических манёвров. Для неё самой это время, проведённое вдвоём, было словно прикосновение к тому обычному, земному счастью, которое так редко выпадало на их долю. Накинув старую ветровку любимого и воспользовавшись синтетической маской, она тихо вышла из квартиры, чтобы отправиться за продуктами. Снизу, на улицах Зефира, её образ сливался с тенью, в потоке других прохожих она была лишь ещё одним лицом. Ей это нравилось — возможность уйти от своего звания и статуса, пусть ненадолго, и побыть просто женщиной, которая хочет позаботиться о близком человеке.
***
Вечерние улицы были заполнены. Жители возвращались с работы, постепенно расходясь по домам, обсуждали последние новости по многочисленным пивным, встречавшимся по пути. Люди всегда любили поговорить, особенно когда чего-то боялись, а сейчас у них было множество поводов для тревоги и страха. Лина шла среди них, пытаясь научиться чувствовать себя частью толпы. Человек — социальное существо, и это единение дарует ложное ощущение безопасности. Полное одиночество нас пугает куда больше, чем любая угроза, которую можно встретить вместе со всеми. Но в любой популяции есть исключения. Девушка поежилась, ощутив на себе чей-то взгляд, и прислушалась к доносившимся отовсюду обрывкам чужих разговоров.
— Он сделал еще одно обращение. Очищение человечества от любых отклонений. Слабые, хронические больные, мутанты — всех в печь. И должен сказать это… — голос удаляется, утопая в общем потоке. Чуткий слух выхватывает следующее восклицание:
— Шестеро за последние две недели, и все — красивые, молодые девушки со светлыми волосами. Родня места себе не находит, но СБ пока… — это не интересно, не её дело. Чувствуя себя как рыба в воде, блондинка ускоряет шаг и на следующей улице замечает толпу, собравшуюся у ночного бара:
— Полное подчинение? Никакой тиран у нас не отнимет свободу! Мы — Зефир, дети вольного ветра. Надо сражаться за… — говоривший был пьян и искренне готов прямо сейчас бежать и чистить нахальному Генару Старшему морду.
стальные поддерживают его смехом и веселыми выкриками. Они не понимают. И не поймут. Ими движут эмоции. В основном страх, желание защититься и порождаемая этим неприязнь и ненависть. Но старик — идеалист до мозга костей, ему не нужна их свобода. Он желает человечеству одного — процветания.
Сотня шагов и один поворот выносят её из иссякающего людского потока на берег. Вот и нужный магазин. Он почти пуст, до закрытия остаётся немного, но вполне достаточно для того, чтобы успеть сделать покупки. Неподалеку, в глухом переулке, остановилась дорогая машина. Лина, под перезвон колокольчиков, зашла внутрь заведения.
У каждого места своя непередаваемая атмосфера, свой аромат. В продуктовом пахло недорогим алкоголем, консервантами и сильно лежалыми овощами. Рассчитывать на свежее мясо или морскую рыбу, которой она лакомилась в Солетаде, не приходилось. Придётся довольствоваться консервами и надеяться на кулинарные изыски недобогини, что остались в её памяти. Бродя по торговым рядам, Лина бросала взгляды на лица немногочисленных покупателей, пока набирала продукты. Внезапно её внимание привлекла банка с маленькими, вкусненькими копчёными рыбками, которая сиротливо стояла одна на полке. Девушка поспешила туда и тоскливо вздохнула, когда прямо из-под её носа желаемое взяла мужская рука.
Темноволосый парень с красивым лицом и тёплыми карими глазами, заметив её разочарование, робко улыбнулся:
— Какое неудачное совпадение. Если желаете, я могу уступить, — вежливо предложил он и смущённо отвёл взгляд, когда голубые глаза блондинки вспыхнул надеждой в ответ.
Он держал корзину на сгибе левой руки, его правая была стянута тугим гипсом. А опрятная дорогая одежда и хорошие манеры указывали на благородное происхождение. Лине на миг даже стало его чуточку жалко. Она отрицательно покачала головой, натянув капюшон повыше, полностью скрыв свои светлые волосы, и ответила:
— Нет, не стоит, вы нашли её (вкусненькую рыбку) первым.
— Чтож, надеюсь, вы не слишком расстроились. Тогда, если позволите, я пойду, — ответил парень и направился в сторону очереди перед кассой.
Лина направилась следом. Милые лица, приветливые улыбки, скромные, простые мечты. Все вокруг были овечки, но сейчас среди них был настоящий хищник, для которого вести добычу было не меньшим наслаждением, чем погрузить в неё свои клыки. Когда красавчик, что увёл её рыбку, расплачивался за товары, девушка заметила в его бумажнике ключи от дорогого автомобиля. Ей было самой от себя тошно, всё это было дико непрофессионально, но Астра в ней оставила слишком много, и поступать иначе она уже не могла. Расплатившись за покупки, блондинка направилась в сторону выхода.
Открывая наружные двери, кареглазый неловко выронил свой пакет, и купленные консервы загрохотали по опустевшей мостовой, над которой быстро сгущалась ночная тьма. Негромко чертыхнувшись, он нагнулся и принялся собирать товары единственной здоровой рукой. Лина присела неподалёку и, подобрав пару откатившихся банок, предложила:
— Давайте я вам помогу?
— Буду очень признателен, — благодарно ответил юноша.
Когда все консервы были собраны и отправлены назад в пластиковый мешок, из которого выпали, Лина спросила, кивнув на травмированную руку кареглазого:
— Как вас так угораздило?
— Зажал неудачно в тисках на нашем заводе, — смущённо улыбнувшись, ответил молодой аристократ. — Извините, а можно вас попросить ещё об одной небольшой услуге? Можете помочь погрузить покупки в машину? Она тут за углом. Боюсь, как бы они опять не рассыпались, когда я буду открывать багажник.
— Разумеется, не люблю оставлять дела недоделанными! Давайте я пока их понесу. Ведите, — Лина весело рассмеялась, и они отправились вместе к припаркованному в проулке автомобилю.
Щёлкнул багажник. Девушка нагнулась, опуская пакет в чёрное жерло, дно которого было не видно в тусклом свете одинокого фонаря, стоявшего в конце этой улочки. Оглушающий удар она пропустила над собой, быстро пригнувшись. Рука нападавшего впечаталась в металлический корпус автомобиля, гипс раскололся с сухим треском, а парень вскрикнул, но быстро затих, когда девушка развернулась и коротким, экономным взмахом впечатала свой кулак ему в челюсть.
Подправив падение начавшего заваливаться кареглазого, Лина отправила его в сторону пакета, а затем проверила на наличие оружия, нащупала в брюках бумажник, достала оттуда ключи от машины и закинула обмякшие ноги паренька вслед за владельцем. Быстро оглядевшись по сторонам, она захлопнула багажник и села в автомобиль. Их короткую схватку в полутьме переулка никто не заметил. И это было замечательно — теперь рыбка точно достанется ей.
Оказавшись в удобном салоне, где едва ощутимо чувствовался запах недешёвого табака, девушка быстро вскрыла консоль и подключилась с помощью наручного коммуникатора костюма, спрятанного под одеждой. Рич наверняка бы не отрубился от такого удара, да и на неё нападать не стал бы. Даже в шутку. Наверное. Этот вариант отпадал, так что она решила отследить маршрут машины. Взломать защиту гражданского авто оказалось несложно — доработанные Солардом военные алгоритмы со всем справились сами, вскоре спроецировав на её сетчатку голограмму района Зууле.
Как Лина и думала, проживал кареглазый в особняке одной из низших Семей, там он бывал ежедневно. Все остальные места его посещений тоже не представляли особого интереса, кроме одного — небольшого гаража, находящегося в одной из полузаброшенных зон портовой части района, куда он приезжал регулярно. Очень удобное место, но никак не для члена одной из обедневших, но всё ещё влиятельных семей. Слежку за собой блондинка заметила ещё во время прогулки по городу, но никак не могла опознать кто ее ведет.
Как же хорошо, что юноша был так любезен сам разрешить все сомнения. Осталось только понять, кто он такой и что ему было нужно от Искательницы. Заведя автомобиль, Лина неспешно поехала по улицам в сторону цели, тщательно соблюдая все установленные правила. Будет весьма неудобно, если её остановят и обнаружат в багажнике всё ещё дышащее тело. Чего доброго, СБшники могут решить, что она похитительница или вовсе какой-то маньяк. Это создаст кучу проблем, а если она опоздает к тому времени, когда Ричи проснётся, он наверняка будет в ярости.
По пути ее снова охватило странное, почти меланхоличное чувство. Ей вспоминались другие ночи, проведенные в одиночестве, вдали от домашних огней и людских голосов. И как бы странно ни звучало, именно здесь, в полупустом городе, среди незнакомцев, она чувствовала ту особую связь с простыми людьми, ради которых она и боролась — не для власти, не ради игры в политические силы, а для возможности быть собой, для права на жизнь без страха.
Приехав на место, Лина не сразу смогла отыскать спуск в мрачный гараж, скрытый между двумя проржавевшими складами. Он больше напоминал бункер, утопленный в массивный бетонный фундамент, покрывающий спину циклопической летающей жабы Зууле. Массивная дверь была заперта на замок со сложной системой биоидентификации; конечно, его можно было бы вскрыть с помощью систем Сола, но проще было вернуться к багажнику, откуда уже доносились громкие звуки ударов.
Вернувшись к машине, Лина распахнула люк и, ухватив пассажира за шею, осторожненько его придушила. Брюнетик не успел даже вскрикнуть, отчего девушка стала только мрачней. Ей всё это очень сильно не нравило