сь. Вынув из багажника его бессознательное тело, Искательница подтащила его к геносканеру; некрупный мужчина был не слишком тяжёлым для неё с учётом усиления синтетических мышечных волокон костюма.
Дверь распахнулась беззвучно, похоже, ею пользовались часто. Холодный синий свет залил полупустое помещение с крепкой стальной решёткой на месте пола. Лина бросила взгляд вниз, сквозь неё; там был лишь чёрный провал, уходящий, вероятно, к очистным сооружениям и зоне сброса отходов района. Неприятного запаха практически не было, не считая лёгкой, приторной вони, напоминающей о больницах. И, разумеется, крови. Человеческой крови, запаха отчаяния, страданий и безнадежной обречённости.
Закрыв за собой дверь, девушка поместила бесчувственное тело на кресло с покрытием из искусственной кожи, в порах которого виднелись алые сгустки. Руки мужчины она опустила на металлические подлокотники и быстро обнаружила в находящемся неподалёку шкафчике несколько рулонов крепкого прозрачного скотча, окончательно зафиксировав пассажира. В том же шкафу она увидела другие причудливые приспособления — изогнутые острые ножи и скребки, которые скорее пригодились бы в лавке кожевника, нежели в гараже. Но кто она такая, чтобы осуждать чужие пристрастия? К этому времени блондинка была уже почти уверена, что жестоко ошиблась.
Окончательно в этом она убедилась, обнаружив за одним из стеллажей, стоящих вдоль стен, небольшой скрытый тайник, открывающийся нажатием на замаскированный под камень переключатель. Там находилась целая коллекция, плавающая в формалине: распахнутые в беззвучном вопле рты, вытаращенные голубые глаза, платиновые волосы. Это не могло быть просто совпадением. Только головы; от тел, видимо, скромный парнишка попросту избавлялся, скидывая в провал у них под ногами.
Решив, что им стоит немного поговорить, Лина разбудила кареглазого лёгкими шлепками по щекам. Когда его взгляд прояснился, девушка склонилась вперёд и, кивнув в сторону его немногочисленной коллекции, где числилось только шесть экземпляров, практически ласково поинтересовалась:
— Ну и зачем это всё?
— Кто… вы такая? — с трудом ворочая языком, задал вопрос её собеседник.
— Симулякр симулякра, но для тебя — оригинал, — улыбнулась девушка и, потянувшись пальцами к своим ушам, стянула тонкую плёнку, удерживающую её искусственное лицо.
Парня исказило от болезненного восхищения, он дёрнулся всем телом, пытаясь освободиться от пут, но блондинка надёжно его спеленала, на несколько слоёв прихватив руки к металлу подлокотников. Осознав, что у него ничего не выйдет, парень мгновенно взял себя в руки, спокойно пожал плечами и заговорил
— Всё началось с вашего похищения. Это было… ярко, понимаете? Прожгло мои нервные клетки. Когда то, что все вокруг зовут “кризис эйфории”, завершилось, я вернулся назад в серые будни, посреди этих… свиней. И тут, как свежий глоток воздуха. После похищения я пытался отвлечься от навязчивых размышлений о вашей дальнейшей судьбе. Но они возвращались. Снова и снова. Я видел ярко, сначала в образах, в мыслях. Они жгли огнём! Это вы виноваты, что я стал таким. Я был просто обязан воплотить эти идеи в жизнь.
— Ну да, разумеется. Лина как всегда виновата, мой муж бы с тобой согласился, — блондинка вздохнула и отошла на пару шагов; с этим поехавшим говорить было уже попросту не о чем, оставалось решить, что с ним делать.
— Но сейчас я понимаю, что был чудовищно слеп! — рванулся пленный в путах опять, — Вы не свинья, не овца на заклание. Вы… Ты! Такая же, как и я. Верно? Иначе зачем ты меня сюда привезла? Ведь чтобы… убить? — последнее слово он почти прошептал с придыханием, словно говорил о половом акте.
Лина закатила глаза, но всё же ответила:
— Ладно, малыш, давай поясню, чтобы между нами не осталось никаких недомолвок. Отнимать твою жизнь я не собираюсь, она мне не интересна. Сначала я решила, что это мой супруг решил устроить снова дурацкий маскарад или за мной охотится кто-то из ликвидаторов Генара. А то и вовсе метаморф-убийца. Но ты… ты меня попросту разочаровал. Начинающий насильник-потрошитель с мрачным логовом в заброшенной части района? Насколько же это избито и пошло. А все эти твои телеги о свиньях и том, что виноваты все, но не ты? — Искательница расстроенно всплеснула руками и направилась к двери.
— Не оставляй меня! Лучше убей, ты ведь этого хочешь? Отомсти за всех, кого я погубил. Иначе я выберусь отсюда и поквитаюсь. Не с тобой, так с теми, кто тебе дорог, — потеряв остатки самоконтроля, проревел маньяк.
— Знаешь, чем проститутка отличается от танцовщицы? — задумчиво ответила Лина. — Один мой друг считает, что дело только в цене. Может быть, он и прав. Сколько человек ты убил? Шесть? Может быть, десять? Даже не волк, а просто больной обыватель. Овца, что нашла накладные клыки и решила, что она теперь хищник. Я овцами не занимаюсь. Хочешь мстить? Пожалуйста. — Искательница повернулась к ублюдку, сверкнув неистовым светам в глазах и зло рассмеялась, — Призывай орды демонов, преврати свою кровь в пламя и сожги оковы, или по крайней мере просто порви их и собери банду безумных скарджей. Короче, вставай в конец очереди. А она дли-и-инная. Но ты… не сможешь ведь даже освободиться без помощи этих “свиней”. Не волнуйся, я попрошу знакомых из СБ тебя отсюда забрать..
***
Когда она вернулась домой, Генар Младший уже не спал. Раскинувшись на диване, он смотрел какой-то скучный документальный фильм про правителей прошлого. Услышав её шаги, он подошёл к двери спальни и, облокотившись о створку плечом, поинтересовался:
— Тебя долго не было, больше трёх часов. Что-то случилось?
— Да ничего необычного или заслуживающего твоего внимания, просто очереди длинные… — девушка легкомысленно рассмеялась.
— Ты мне лжёшь. Снова, — парень неодобрительно нахмурился. Плохой знак: как Лина и думала, он был рассержен.
— Рассказы… — начал говорить он, но его отвлёк громкий сигнал коммуникатора. Прочитав сообщение, Ричард тяжело вздохнул и с ненатуральной радостью в голосе поинтересовался: — Значит, меня спать отправила, а сама развлекаешься, да?
— Эльвира, зараза… Я её придушу, — фыркнула Лина в ответ, бочком направляясь в сторону кухни.
— Нихрена. Или ты думала, что я рискну оставить тебя без присмотра после всего того, что ты натворила? — сокрушённо развёл руками мужчина. — Выкладывай, как было, буду думать.
Девушка принялась за рассказ, максимально подробно доложив мужу о происшедшем. Ричард молчаливо слушал, попивая заваренный чай, пока она попутно занималась готовкой. И это было по-настоящему… Безмятежно. Лина только сейчас поняла, чего она действительно хочет от этой жизни. Этого. Дома, в который ей нравится возвращаться, и мужчины, который её ждёт, защитит и поддержит, даже тогда, когда она была… несколько недальновидна.
— Лина, ты идиотка, — сухо резюмировал Ричард, когда жена закончила говорить. — Мало того, что его пощадила, так ещё и растоптала в пыль его гордость. И что он будет делать, чтобы доказать, что ты не права? Правильно, убивать снова. Хитрее и чаще, нежели раньше.
— Он сказал, что мы одинаковые! Я хотела ему показать…
— Да ничего ты ему показать не хотела! — взорвался Ричард. — Тебе всё равно, как на него, так и на весь Зефир в целом, мне-то не ври. Тебя волнуют только три с половиной человека. Я, ты сама, Найт и, может быть, Сол..
— И кого именно ты в этом списке посчитал за половину? — сварливо нахмурилась девушка.
— Тебя и себя за полтора. А ещё хватит называть Соларда “Сольчик”! Бесит. Он тебе не какая-нибудь диковинная зверушка. Либо согласно уставу по позывному, либо полным именем.
— Ревнуешь?
— Урою.
— Ладно, лучше давай начинай есть, стынет. Того полудурка я всё равно уже Эльвире сдала, вряд ли семьи захотят скандала, и его попросту тихонечко шлёпнут. А я руки марать не хотела.
— Уж об этом-то я позабочусь. Тебе-то плевать, а мне не хотелось бы увеличивать список тех, от кого тебя нужно оберегать, — заявил парень, проследовал за стол и, потянувшись рукой за бутербродом. Там, на масляном ковре, гордо лежала тщательно обжаренная до золотистой корочки копчёная шпрота. Настоящая звезда этого вечера.
Глава 23 (присутствует откровенная интимная сцена)
Остаток ужина прошёл в молчании. Девушка расстроилась из-за выволочки, которую ей устроил супруг, а Ричард над чем-то крепко задумался. После еды она ушла в душ, чтобы привести себя в порядок, сняв, наконец, свой облегающий тело костюм, дав отдых нервам. Когда она вышла, по кожепробежали мурашки от холода. Распахнув окно, Генар сидел на подоконнике боком и смолил подозрительного вида самокрутку. Лина запахнулась в тёплый мужской халат, обнаруженный в ванной. Масляный запах сгорающего "табака" подтвердил её подозрения. Подойдя ближе, она облокотилась о мужское плечо и поинтересовалась:
— Ну и где ты взял эту дрянь?
— Заначка из старых времён. Была в нычке за голопроектором. Кто бы ни обыскивал эту квартиру, её он либо не обнаружил, либо решил не тревожить, — Рич крепко затянулся, и папироска истлела разом наполовину. Подхваченный ветром пепел полетел в комнату, но Лина перехватила его молниеносным взмахом руки и отряхнула ладошку в окно.
Не обратив никакого внимания на неодобрительный взгляд супруги, парень спокойно продолжил:
— Забавное это дело — взросление. Тогда мне казалось, что мир рухнул, а я заперт в ловушке. Ты была права, я был избалованным мальчишкой, не способным даже понять, насколько мне повезло. У меня были деньги, возможности, дом, ресурсы для исследований, связи. Всё то, чего нет у большей части ребят моего возраста. А я продолжал проклинать отца и судьбу, не зная, как всем этим воспользоваться.
— Экак тебя разобрало, уже на саморефлексию потянуло. Я думала, ты забыл это всё.
— А я забыл. И сейчас смотрю на прошлое со стороны, анализирую психотип владельца дома по расположению мебели, неудалённым сообщениям, тайникам и личным вещам. Это уже чужой человек. Тот я. Нынешний посчитал бы его смешным и жалким.