Гость улыбнулся.
– А предложение моё следующее. Сожрут нас поодиночке. Я потому и полез в ваши совхозы и вообще на вашу делянку Андрей Викторович, потому что считайте нюх, но скоро крупные торговые сети за нас возьмутся всерьёз. Это сейчас они место застолбили и вроде про наш город забыли. Как только все какие могут деньги по двум столицам освоят и поделят, то вспомнят про регионы, и за нас уже всерьёз возьмутся.
– И что вы предлагаете?
– Пара лет у нас есть ещё, но надо начинать играть за одну команду. Я на днях предварительно говорил с Беловым и Салаховым, они тоже готовы присоединиться, если вы, Андрей Викторович, поддержите. Ваши и Белова сельхозпроизводство, мои магазины и логистика от Салахова. Подумайте.
– Благодарю за предложение. Если позволите, дайте мне несколько дней на размышление. У меня как раз сейчас идёт плановая оценка моих сельхозактивов. По итогам я смогу точно сказать, какие у меня возможности, и что уже я смогу в общий проект предложить. Если присоединяться – то надо выходить на обсуждение с конкретными предложениями от себя.
– Да, конечно. Вы совершенно правы. Буду ждать вашего ответа и ваших предложений.
Дальше пошёл вежливый ничего не значащий разговор двух солидных людей. Не приятелей, но давно знакомых, и потому имеющих какие-то общие темы. Закончив с десертом и кофе, Багдоян попрощался и ушёл. Медянский остался допивать свой кофе и размышлять. На самом деле он с самого начала для себя ответил: «Да». Ему неожиданное предложение было даже выгоднее, чем казалось со стороны. Хотя тот же Белов наверняка присоединился не из-за прогнозов Багдояна, а исключительно ради возможности уже сейчас и раньше других застолбить новый рынок сбыта – про грядущее расширение сети кафе он знал. Зато когда Медянский начнёт следующий этап экспансии, то как минимум с Новосибирской областью уже будет заложена отличная база. Готовые логистические схемы и склады, которые пока будут работать на магазины Багдояна, но главное – не придётся с нуля искать выходы на нужных людей и как договориться, чтобы на местный рынок пустили товары нового производителя из соседней области. Всё это сделает для своих магазинов хитрый армянин. Оставалось продумать, как не только выторговать себе условия получше сейчас, но и сделать так, чтобы не пришлось сильно делиться уже на следующем этапе с кафе.
Медянский как раз допил кофе и потянулся нажать кнопку вызова официанта предупредить, что уходит и ему больше ничего не надо, когда зазвонил телефон. На экране высветился номер главы Совета ведунов Омска и старейшины сильнейшего из городских кланов.
– Здравствуйте, Андрей Викторович. Это вас Егор Алексеевич беспокоит. Вам удобно говорить?
– Да, конечно. Слушаю.
– Появились некоторые новости по вашему вопросу, не могли бы мы встретиться?
– Я сейчас в «Бухаре», но думаю, здесь не самое удобное место для разговора.
– Согласен.
– Удобно вам будет, скажем, минут через сорок встретиться у меня в офисе? Или вам удобнее будет поговорить где-то ещё?
– В вашем офисе было бы идеально. Через сорок минут.
– Тогда я вас жду.
Собеседник повесил трубку, Медянский же чуть ли не минуту сидел, пытаясь успокоить бешено стучавшее сердце. Господин Евграфов звонить лично, а уж тем более приезжать в офис станет, только если новости и в самом деле очень важные.
Евграфов мужчиной был видным и обаятельным. Его красивое холеное лицо с превосходно расчёсанной золотистой бородой и спокойными голубыми глазами, смотревшими сквозь золотые очки, было неподвижно и непроницаемо, отчего он казался не человеком, а сыном какого-то языческого бога, который снизошёл до смертных, но всё равно выше повседневной суеты. Подобранный хорошим стилистом костюм дополнял облик. Причём в отличие от мошенника, работавшего с тёщей, здесь внешний вид подчёркивал не «у меня много денег и потому я это надел», а «у меня есть вкус и понимание красоты, и я могу себе позволить одеваться изящно». Образ получился идеальным и прекрасно подавлял собеседника. Было заметно, что проняло в том числе и закалённую визитами самых разных гостей секретаршу, когда она встречала гостя и провожала в кабинет.
Выдержка ведуну изменила лишь на миг, когда он заметил сидевшего в кабинете Дмитрия. То ли дело было в природной устойчивости, то ли бывший сапёр привык не бояться и верить исключительно тому, чего может пощупать сам, и эта вера его защищала, но воздействиям ведунов Дмитрий не поддавался. И в его присутствии Евграфов ощущал себя крайне неуютно. Но требовать прогнать не мог, ибо Дмитрий в их деле с самого начала был представлен как полноправный участник. Не наёмный работник, а друг и равный партнёр Медянского.
– Доброго дня ещё раз, Андрей Викторович. И вам здравствуйте, Дмитрий Анатольевич.
– Здравствуйте.
– И вам доброго дня. Я смотрю, по вашему довольному виду, вы с хорошими новостями?
– Даже более. Совет рассмотрел вашу просьбу и принял её. Отныне никто в ближайший год не возьмёт никакого официального заказа против вашей дочери. Помимо этого, мораторий решено расширить и на вас, хотя, судя по вашему кабинету, с Аристархом Даниловичем о защите вы уже отдельно договорились. Мораторий касается не только постоянных жителей нашего города, но и приезжих. За криминальный элемент ручаться, естественно, не смогу, но и до них мы донесли мнение, что спорить с Советом окажется не очень разумно. Остаток оговорённой платы за услугу вносить вам не придётся, – дальше было заметно, что ему хоть и неприятно, но по обязанности он всё равно скажет. – Андрей Викторович, от лица Совета кланов Омска должен принести вам извинения. Внутренние разногласия ведунов не должны касаться людей без дара, это давний и выстраданный закон. Однако недавно в городе соответствующая служба дважды зафиксировала противозаконные действия, связанные чисто с нашими внутренними делами. И есть доказательства, что они косвенно могли повлиять на вашу дочь.
Дмитрий и Андрей Викторович переглянулись, обоим в голову пришла одна и та же мысль. Формально среди ведунов царил чуть ли не феодализм – потому-то Медянский и предпочитал как правило работать именно с Аристархом Даниловичем, не только лучшим мастером по защите и оберегам в области, но и внеклановым одиночкой: пусть он брал дороже, зато за его спиной и никто кроме Совета не стоял, так что за заказом точно никакого двойного дна и скрытых обязательств не будет. Но точно над ведунами и местными кланами были какие-то структуры, надзирающие за городскими Советами, пусть про это в кланах предпочитали не упоминать. Эти структуры гарантировали мир, а также придерживали властные амбиции того или иного клана. И наверняка существовал аналог Интерпола, чтобы преступники не смогли избежать наказания, просто сменив город проживания и клан. Сейчас Совет кланов Омска где-то настолько сильно вляпался, что приехали эти самые проверяющие и настучали по голове.
Отсюда и неожиданная щедрость. Всё-таки изначальную робость знакомства с кланами, первых самостоятельных встреч и заказов колдунам Медянский растерял уже давно. Сейчас он достаточно хорошо представлял их возможности. По мощи и ресурсам солидный и старый клан сопоставим с крупным холдингом того же Медянского или Багдояна, но не превосходит их, а нехватку волшебных способностей всегда можно заменить административным ресурсом и знакомствами с мэром и губернатором. Так что прогибаться «чего изволите» ведуны никогда не станут, но и воевать открыто с влиятельными людьми города им не с руки. А Евграфов – хитрый жук: как он торговался за величину аванса, после которого соглашался внести запрос на мораторий в Совет. Медянский тогда сжёг себе немало нервов, за безопасность Софьи он был готов выложить очень много, но не мог сильно уступить требованиям, не показав этим слабости – а слабого не грех если не обмануть, то извратить договор в свою пользу. Ведь наверняка уже тогда Евграфов знал насчёт ситуации в городе, и что просьбу Совет точно удовлетворит. Сейчас про аванс ни слова, формально-то он его отработал?
– Спасибо большое, Егор Алексеевич. Я вам признателен. Но судя по всему, у вас есть ещё какие-то хорошие новости?
– Да. Мы нашли посредника, который организовал налёт на вашу квартиру. Вот, возьмите, – ведун достал из кармана пиджака фотокарточку и передал хозяину кабинета.
Медянский посмотрел, усмехнулся – тот самый парень, данные на которого полтора часа назад сообщил Багдоян. Затем отдал фотографию Дмитрию. Тот её тоже внимательно посмотрел, кивнул и сказал:
– Я очень рад, что наше и ваше расследование пришло к одному и тому же результату…
Дальше последовали имя посредника, и краткая информация, кто он такой. Когда Дмитрий смолк, ожидая продолжения теперь уже от гостя, разочарования Евграфов скрыть не сумел. Хотя и старался. Он явно собирался чего-то предлагать и торговаться, а теперь его позиция заметно ослабла.
– Да, спасибо, Дмитрий Анатольевич. Раз и вы пришли к тем же результатам, у нас вместо подозреваемого уже, можно сказать, обвиняемый. Теперь что касается непосредственно самого нападения. Тут несколько сложнее. Понимаете, беда молодого поколения, которое только-только обрело возможности чуть шире, чем у большинства людей, в том, что эти самые возможности часто ударяют в голову ощущением мнимого всемогущества. И если негативные порывы вроде отвести глаза и стащить мороженое мимо кассы наставники тщательно отслеживают и жёстко пресекают, то вот с положительными деяниями иногда случается промашка. Конкретно в нашем случае виноваты два парня и девушка из клана Шумских, которым посредник задурил голову, рассказав, что они идут восстанавливать справедливость. Отнять у богатого отчима незаконно удерживаемую внучку и вернуть любящей, но бедной бабушке. Да-да, им тоже результаты фальшивой экспертизы предъявляли как уже чуть ли не в суде доказанный факт, и при этом активно намекали, что вы демонстративно плюёте на закон, а потому им закон нарушать тоже можно, по крайней мере с моральной точки зрения.