— Что такое? — нахмурился я. — Зачем ты меня ищешь?
— Беда, братик! Беда пришла! — заревела Ника.
Глава 23
Я подлетел к ней и схватил руками за плечи.
— Что случилось? — обеспокоенно спросил я.
— Никон… Никон… он… — ревела Ника. Из ее глаз крупными каплями стекали слезы. — Его… з-забрали. Забрали на стену понимаешь?
— Что? — полезли глаза у меня на лоб. — Зачем?
— Он ве-вечером… поднял ложку не к-касаясь, — хлюпала носом Ника. — И дя-дюшка Ник… он…
— Так успокойся, — легонько потряс я ее за плечи. — Соберись. Сделай глубокий вдох. Вот так…А теперь выдох. Во-от умничка. Расскажи мне — что произошло? Как это не касаясь?
Ника вроде бы пришла в себя. Взгляд ее стал гораздо яснее.
— У него похоже открылся дар, — чуть всхлипывая сказала она. — Дядюшка Ник так сказал, когда за ужином Никон поднял ложку. Его отвели к какому-то старику и тот все подтвердил. А так как крепость сейчас нуждается в одаренных его отправят на стену. Тетя Эльза плакала, говорила, что это плохо. Он там может погибнуть, братик, понимаешь? Погибнуть!
Это как раз я понимал лучше всех остальных. Только зачем нужен был двухлетний мальчик на стене? Использовать его как источник? Не думаю, что его дар так сильно развился. Старик магистр совсем сошел с ума раз идет на такое. Скорее страх толкает его на необдуманные поступки.
Крупский тоже хорош! Сам лично сдал моего брата в лапы магистра. Хотя, он человек придворный, поступает сугубо по закону. За не сдачу одаренного грозит смертная казнь. Законы тут для вех равны, даже командира городской стражи никто бы не пожалел.
— Успокойся, я все понял!
— Мне так страшно, Лари! — сестра обняла меня руками, прижав голову к груди. Я сжал ее в своих объятьях. Бинты на моем теле стали моментально мокрыми от ее слез. — Я не нахожу себе места. Очень страшно. Вдруг он там тоже умрет.
— Что значит тоже? Никто не умрет, — говорил я, стискивая ее. — Я разберусь с этим. И если что, защищу Никона любой ценой. Как и тебя.
— Обещаешь? — подняла на меня глаза Ника.
— Обещаю. А теперь беги обратно к Крупским и спрячься, — сказал я ей, высвобождая из своих объятий. — И ни при каких условиях не поднимай ложку взглядом, даже если сильно захочется.
Сестра не улыбнулась на мою шутку. Лишь угрюмо поплелась в сторону дома Крупских.
А я немедля побежал в замок. Нужно было разобраться с этим долбанным стариком. С другой стороны — что я мог сделать? Крепости действительно отчаянно нуждалась защита. Иначе мы все здесь умрем. Гриммеры не пощадят никого. И если Никон сыграет ключевую роль в ее защите, я буду сильно удивлен. Но такой вариант развития не стоит исключать.
По дороге к замку, я столкнулся нос к носу с капитаном Казаковым. За ним следом шли двадцать четыре лучших витязя замка. Все в сияющих доспехах и с ксалантирами на поясах.
— Тебя не учили вовремя приходить на построение, Броневой? — рявкнул он на меня.
— А кто мне сказал, что оно будет? — удивленно посмотрел я на него.
— Тоже мне солдат, — фыркнул капитан Казаков. — Мы выдвигаемся, а на тебе еще даже доспеха нет. У тебя пять минут, чтобы одеться и вернуться к нам.
— Э, а где всех одевают?
Витязи в смятении зашушукались.
— В казарме! Где же еще⁈ — заорал на меня капитан Казаков. — Пять минут у тебя. Ждем у главных ворот, если опоздаешь, то выдвигаемся без такого бравого воина, который «всех победит».
Они прошли мимо меня лязгая доспехами. Среди лиц я увидел сержанта Мезенцева, который бросил на меня извиняющийся взгляд. Видимо за поведение его капитана.
Ну вот и зачем он наплел про меня ему? Или это был князь? Неважно. В том, что капитан заимел на меня зуб, не было ничего хорошего.
Но теперь я стоял на распутье. Нужно было разобраться с магистром — может я хоть как-то смог бы повлиять на него или на князя. С другой стороны — эта дерзкая вылазка капитана Казакова, которая могла переломить ход всего сражения.
Да что ж такое-то а!
Время шло, а ноги сами несли меня в казарму. Душой я болел за брата, но умом понимал, насколько важно то, чем я сейчас буду заниматься.
Пойду в бой, но при этом подстрахуюсь.
Пока на меня надевали доспехи прислужники, я приказал таракашкам найти Никона. Он находился в келье одаренных с остальными детьми и плакал. Сердце сжималось. Естественно, нельзя было отлучать такого маленького ребенка из знакомой обстановки в неизвестную среду.
Над ним суетилась какая-то пышная женщина, которая пыталась его развеселить. Похоже он обслуживала всех одаренных детей и вот теперь все ее внимание было направлено на моего брата. Это успокаивало.
Я приказал одному из своих беркутов следить за братом. Остальным было велено сменять первого, если тот устанет. Таким образом я обеспечил хоть какой-то надзор и защиту для него.
Тоже самое сделал с Никой, только над ней поставил орлов. На всякий случай.
Прошло уже явно больше пяти минут. Я сильно опаздывал. Но уже на подходе к крепости, я увидел, как дружина капитана меня всё еще ждет, сидя на конях.
— Бросил меня! — послышался возмущенный девичий голос.
Я повернул голову. У одного из домов, скрестив руки на упругой груди, стояла Соня. Она смотрела на меня исподлобья.
— Прости, — сказал я. — Я сильно тороплюсь.
Она тут же изменила выражение лица на обеспокоенное.
— Уже? — спросила она. — А как же… Ладно, все понятно с тобой…
Соня подошла ко мне ближе, приподнялась на цыпочки и поцеловала в губы. Я ответил на поцелуй.
— Присмотри за моим братом, прошу тебя, — сказал я ей. — Его забирают на стену, как одаренного. Если найдешь мою сестру Нику, она тебе все расскажет. Она живет в доме Крупских. Присмотри за ними, прошу.
Говорил я, удаляясь от нее. Замерев на одном месте, Соня кивнула, не сказав больше ни слова.
— Мы тут его ждем, а он с бабами лобызается! — накинулся на меня капитан Казаков, пока я забирался на свободную лошадь.
— Да ладно вам, капитан, — бросил ему один из витязей. — Это дело нужное. Тем более драконщица. Я завидую.
Я оглядел их всех. Почему-то у меня появилось стойкое ощущение, что это именно витязи не дали уйти капитану ровно через пять минут.
И они были правы. В такой вылазке каждый меч был на счету. А особенно мой.
— Может быть уже пойдем? Я и так задержался, — пристально посмотрел я на капитана. Вот чего я не собирался делать, так это исполнять субординацию. Этот сопляк еще под стол пешком ходил, когда я крушил тварей направо и налево.
У капитана задергалась верхняя губа, но он ничего не сказал. Только развернулся и на лошади сделал два шага в сторону ворот.
— Отряд! Стройся! — заорал он. — Открыть ворота!
Пока ворота открывались, я видел, как тряслись от страха витязи. Все были бравыми воинами, но они ни разу не бывали в настоящем бою. Особенно с гриммерами. Только двое из них стояли ровно, с гордо поднятой головой — капитан Казаков и сержант Мезенцев.
Я успокоил всех лошадей, на которых мы ехали, и предал им уверенности. Жаль, что на людей мой дар не распространялся. Сейчас было бы очень полезно.
— В атаку! — крикнул капитан Казаков, указав своим мечом вперед, и первым бросился вон из крепости.
Остальные, с криками и улюлюканьями, поскакали за ним. Траектория их движения была заведомо неверна. Крайняя группа артиллерии гриммеров, располагалась гораздо левее заданного курса. Мы рисковали попасть в самое пекло.
Неужели никто из них не додумался пустить отряд для разведки. Или все слишком боялись. Я пришпорил лошадь и поравнялся с капитаном.
— Почему мы скачем этим путем? — спросил я его.
— Не твоего ума дела, — гаркнул он на меня, сосредоточенно глядя вперед.
— Так мы нарвемся на три артиллерии сразу, — в тон ему ответил я. — У нас не будет шансов их победить. Каждую арту охраняют отряды пехоты. И их плотность будет увеличиваться по мере приближения. Нас просто разобьют.
— Со стены видно, что крайняя артиллерия стоит на север-востоке посада, — чуть сбавив тон, ответил Казаков. — Мы туда и направляемся.
Вон он что. Не стали пускать разведотряды, побоялись. Просто посмотрели со стены откуда по ним палят. Что ж это безопасно, но не разумно. Сразу видно, что военного опыта у всех, включая князя, — ноль. Их арта могла просто не стрелять, в тот момент, когда они смотрели.
— Крайняя артиллерия на севере, — твердо сказал я ему. — Ты ведешь своих людей на убой.
— Послушай, пацан… — начал он.
— Нет, ты послушай меня, — оборвал я его. — Если мы поедем этой дорогой, все твои люди умрут. И будешь ты ходить, как сержант Мезенцев, с потерянным взглядом. А я не знаю, смогу ли вытащить вас обоих на этот раз, потому что в прошлый, в амбаре, в дело вмешался дракон. Нам нужно повернуть левее и скакать туда. Максимум, чем ты рискуешь, это потерей времени. Если на севере их не окажется, нам придется проехать пару лишних кварталов, но зато добраться целыми.
Казаков задумался. Но я-то знал, что прав. Орлы вчера показали весь расклад, поэтому уверенность меня не покидала.
После недолгих размышлений, капитан Казаков свернул. Вот теперь мы двигались в правильном направлении.
Перемещаясь между разрушенными домами, мы неслись по широким улицам посада. Скоро должны были появится гриммеры. Первый круг обороны их артиллерии. Обычная пехота, но для неподготовленного витязя они несли большую опасность.
Первая группка появилась из-за домов. Бросилась на витязя, что скакал по правому флангу.
Я к тому моменту уже успел переместиться в центр колонны. Здесь было и самое безопасное место и обзор открывался лучше.
— Осторожно, справа! — крикнул я.
В последний момент, витязь увел лошадь левее и две когтистые лапы пронеслись мимо него. Но уже следующий гриммер готовился к прыжку на него.
Ближайший к ним витязь достал свой ксалантир и рубанул сверху вниз по массивной голове. Череп твари разломился надвое.