— Или по-плохому, — завершил свою фразу дознаватель.
Глава 2
Только не выходи из себя.
Только не выходи из себя.
Нужно держать себя в руках. Равновесие. Мысленный покой.
Очередной удар палкой отбросил меня на стену. Я сполз по ней вниз и закряхтел. Тело было усиленно энергией почти до предела, но все равно было очень ощутимо.
Я морщился от боли и пытался успокоиться, потому что очень хотелось встать, вырвать оружие из рук дознавателя и воткнуть его ему туда… где солнце не светит.
— А ты крепкий малый, — усмехнулся дознаватель, покачивая палкой. Взад-вперед. Взад-вперед. — Даже не кричишь. Остальные на твоем месте уж молят о пощаде. А ты… Еще больше вызываешь подозрений.
— Может тогда не стоит играть с огнем? — дерзко ответил я, пытаясь подняться на ноги. — А то ведь можно и напроситься.
— Вот уже и угрозы пошли, — стал крутить палку на пальце дознаватель. — А я все ждал, когда они начнутся. Но и мы не лыком шиты, как говорится, — он подошел ко мне и схватил за волосы. — Что ты сделал с драконами? Говори!
Я увидел его лицо, которое покрывали давно заросшие шрамы. Он был свиреп, его всего корежило от отвращения.
— Ничего, — ответил я, пытаясь поднять вслед за рукой. Волосы я усилять не мог, поэтому в этой части было все-таки сильно больно.
Похоже, что у них совершенно не было никаких доказательств. Иначе бы они не вели такие допросы с пристрастием. А значит, мне нужно лишь продержаться и не выдать себя.
С другой стороны, я никогда не позволял такого отношения к себе. Сейчас мне было дико не по себе от того, что я под кого-то прогибаюсь.
И все же, я считал, что поступаю верно. Придраться они ко мне вряд ли с чем-то могут. Брал драконов — ну и что, пускай считают уникумом, исключением из правил. Доказать все равно никто и ничего не сможет — мой дар в этом мире невозможно определить.
Даже Свят говорил, что от меня всего лишь как-то странно фонит. Притянуть это они никуда не смогут.
А я пока разовью свой дар по максимуму и дальше разгромлю всех гриммеров. И тогда уже не будет иметь значение со мной будут погонщики или нет.
Осталось только разобраться с мужскими особями, которые никак не встраиваются в мой стройный план и могут стать проблемой в дальнейшем.
Новый удар под ребра откинул меня далеко назад. В этот раз я не ударился о стену, а всего лишь прокатился по полу. Он был скользким, как будто специально созданным для подобных мероприятий, и тем не менее был гораздо жестче чем стены.
— Хватит на сегодня, — констатировал дознаватель, с щелком сложив обратно палку в рукоять. — Тебе есть над чем подумать, — сухо сказал он. — В следующий раз так просто ты не отделаешься, если на заговоришь. Имей это ввиду пока будешь сидеть в камере. Стража! Забрать его!
Дверь отворилась и зашел мой предыдущий провожатый. Снова мешок на голову и кандалы на руки. В камеру меня завели также бесцеремонно, как и в прошлый раз.
Ничего. Это временные трудности. Я приставил паучков к этому дознавателю, чтобы они неотрывно за ним следили. И теперь мне будет известен каждый его шаг.
Я снова залез на шконку и прежде, чем расширять свой дар, решил посмотреть, что он будет делать.
Уральский хребет.
Цитадель. Кабинет начальника службы дознания.
Генерал Федор Семенович Кольцов сидел в своем кабинете на кожаном коричневом диване и изучал доклад о происходящем в Самарской крепости. Многое из изложенного у него вызывало вопросы. И зачастую они были связаны с каким-то юнцом — Ларионом Броневым.
Этот парень был ой как непрост. Но из всего изложенного Джареком Ковальским было больше похоже, что он не несет для них какой-либо опасности. Хоть и вызывает массу подозрений.
Дверь распахнулась без стука и в кабинет вошел Айдар Гуляев. Он молча прошел ко второму диван и уселся напротив генерала Кольцова.
— Ну как он? — спросил Федор Семенович.
— Силен, — ответил дознаватель. — Стойко держал удар, хоть я и бил его на максимуме.
— Значит, все-таки одаренный, — задумался генерал Кольцов.
— Нет, Федор Семенович, — отрицательно покачал головой Айдар. — Я бы почувствовал дар. А тут… Что-то непонятное. И силы есть, и дара нет.
— Опасения Джарека верны? Чернокнижник значит?
— Не похож он на него, — снова покачал головой Айдар. — Да что-то в нем есть, как какая-то аура непонятная. Но это точно не дар и не черная магия.
— Так может именно это и чувствуют драконы? — резонно заметил генерал Кольцов. — Поэтому они так к нему относятся.
— Не исключено, — кивнул Айдар.
— Другого объяснения я не вижу, — пожал плечами генерал Кольцов, кидая на журнальный стол отчет.
— Мы все равно должны быть настороже, — весомо проговорил Айдар. — Если у него такое сильное влияние на драконов, это может быть опасным для нас. Опытный погонщик может управлять только одним, а этому подчиняются сразу несколько. Пока мы знаем о двух, но что ждет нас дальше? Что если все женские особи так или иначе смогут ему подчиниться? К тому же он молод, гормоны играют, эмоции бьют через край. Все это выглядит, мягко говоря, двояко.
— Что ты предлагаешь, Айдар? — нахмурился генерал Кольцов.
— Пока ничего, — скривил лицо тот. — Пока я только присматриваюсь и оцениваю риски. На высшую меру его проступки не тянут.
— Да тут даже наказанием никаким не пахнет, — отмахнулся генерал Кольцов. — Парень — герой. Его наградить бы по-хорошему. Мы остерегаемся, потому что никогда с таким не сталкивались.
— Вот именно, — кивнул Айдар. — И, если не приструнить его самого и его эту… ауру, все может довольно скверно для нас закончиться.
— Я знаю, — сурово произнес генерал Кольцов. — Именно поэтому нам важно на данном этапе понять, чего он хочет и на что в принципе способен. Так что тебе и карты в руки.
— Расколоть его будет тяжело, — медленно произнес Айдар. — Но я и не таких раскалывал.
Уральский хребет.
Корпус погонщиков драконов. Женская казарма.
— Да так, — отмахнулась Соня, глядя на Аллу. — По привычке закрыла. Я ведь столько прожила в другом городе, а там без этого никак.
Она пыталась говорить, как можно спокойнее и убедительнее. Чтобы не вызывать лишний раз подозрений.
Алла свесилась на одних руках и грациозно опустилась на нижнюю койку.
— Ой, не завидую тебе, подруга, — сочувственно произнесла она. — Ни за что бы не захотела участвовать в такой миссии. Там и ванну-то никак не принять. Еще пыль от города и наверно вонища. Я слышала по рассказам.
— Да были там ванны, — пожала плечами Соня. — К тому же у нас и тут не часто удается это сделать. Всё война да война. А городишко вполне славный. Очень уютный. Жаль, что гриммеры смели его практически под чистую.
— И жители, наверно, симпатичные, да? — Алла лукаво ткнула кулачком в плечо Соню. — Говорят местные работяги очень сильные, мускулистые. Еще бы, весь день в поле проводят. И среди них масса красавчиков с шикарными торсами.
— Ага, беззубых, — усмехнулась Соня. — Они же работяги. Особо за собой не следят. Да и военной выправки у них нет. Все как один — деревенщины.
— Да ну! Что неужели не нашла там себе стройного блондина с широкими плечами? — натурально изумилась Алла.
— Не за этим я туда летела! — возмутилась Соня. — Какие блондины, когда враг у ворот стоял? Только и успевала Демигара седлать…
— Ой, прости, — тут же сникла Алла. — Я слышала в каком состоянии его привезли. Как он? Крыло смогут пришить обратно?
— Не знаю, — хмуро буркнула Соня. — Меня к нему не пускают, да я и не хочу видеть его в таком состоянии. Он очень плох. Это уже второй раз, когда он лежит при смерти, а я ничего не могу с этим поделать. Сердце разрывается на части. Пусть лучше мне уже скажут результат и все.
— Понимаю тебя, — кивнула Алла. — Сама три ночи проплакала пока Элиона восстанавливали. Помнишь в том году? Когда нас сбили у западной границы.
— Помню, — кивнула Соня. — А где Ксюша со Светой? — поспешила она сменить тему.
— Их забрали на левый берег Чусовой, — ответила Алла. — Говорят, мы там сильно тесним врага, хотим забрать себе обратно Екат. Так что у них очередная секретная операция. Ты же их знаешь, они у нас всегда на передовой, не то, что мы с тобой.
С этим утверждением, Соня бы, конечно, поспорила. Но не сейчас. Все ее мысли на данный момент занимали яйца дракона. А Алла еще как-то слишком подозрительно заглядывала за ее плечо. Она ведь такая любопытная, везде свой нос сунет.
В этот момент Соне стало понятно, что хранить яйца у себя под кроватью не самая лучшая идея. Да это место было хорошо, для временного размещения, но для постоянного придется найти место получше.
Чертов Ларион Броневой! Злилась на него Соня. Но долго этого делать не могла. Сердце сжималось от одной мысли, что он сейчас сидит в сырой и холодной темнице. Еще и ест не пойми что. С заключенными в цитадели было не принято церемониться.
Интересно как он там?
Цитадель.
Больничное крыло.
Ратибор пришел в себя и сел на кровати. Сначала он не понял, где находится. Но через какое-то время осознание пришло. Масса вопросов роилась у него в голове — почему он здесь? Что с Самарой? Они победили? Смог ли Ларион нормально управлять Гестией?
И самое главное — что ему будет за неповиновение? За отказ от выполнения приказа грозил трибунал и чаще всего он принимал самые кардинальные меры. Смерти он не боялся, иначе бы никогда не стал погонщиком. А вот остаться не у дел или того хуже — просидеть в камере до конца своих дней, было бы для него настоящей пыткой.
Но он знал на что шел. Выбор был более чем сознательный. В вышестоящем руководстве были люди, которые ему благоволили, потому что он был на хорошем счету и пользовался безграничным доверием генерала Кольцова. Надежда на благоприятный исход все еще сохранялась.