И вот в кабинете появилась портальная арка. Отметив способ перемещения, гоблин спокойно наблюдал за тем, как из портала выходит домовой эльф Поттеров, за ней сам лорд, а за ним уже вышел... вышло оно. Высокое, с длинными черными волосами, заострёнными ушами, красными глазами и пепельной кожей. Чёрных тонов одежда: сапоги, строгий плащ, перчатки. Все вещи были покрыты серебряными узорами, но что они значат гоблин даже близко не представлял. Более того, все три гоблина, не удержав лица, откровенно пялились на неведомое создание.
А между тем существо, бегло осмотрев кабинет, двинулось к специально поставленному креслу. На его губах играла лёгкая ухмылка, а глаза с интересом рассматривали всю троицу гоблинов. Во взгляде чувствовалась власть и сила, подкрепляющая весомость его слова. Гоблин понимал, сколь опасное создание сидит перед ним. Оно чувствует себя хозяином положения, а потому будет вести себя свободно. И оно не потерпит тех, кто пойдёт против него.
«Кто же тебя приютил, молодой лорд Поттер?! Что это за создание, давшее вам силу, умения и власть? Неужели вы заключили сделку с демоном, чтобы восстановить свой род...» — пронеслось в голове директора. Но вслух он сказал совсем другое.
— Приветствую вас в Гринготтсе. Я — директор банка Гархарыл. Это — поверенный лорда Поттера, Крахшмыг. А это — будущий поверенный вашего рода, Злотагир, — в этот момент молодой и амбициозный гоблин переглянулись с гостем. — Нам сообщили, что вы хотите открыть в нашем банке свой сейф.
— Да. Это так. Позвольте представиться, Аэлор Аид. Я — учитель этого юного дарования, — он указал взглядом на стоявшего за правым плечом лорда Поттера. Про себя Гархарыл отметил то, как держится мальчик. Гордо, с уважением к сидящему, как к старшему. — А также инвестор в его род. Как можете наблюдать, мои вложения не прошли даром и возвращают Поттерам былое величие.
— За это вам отдельное спасибо, — поклонился поверенный Поттеров.
— Не стоит. Я это делаю исключительно ради своего ученика.
— Понимаю, — кивнул гоблин.
— Так вот, возвращаясь к теме. Я хочу оставить у вас в банке драгоценности на сумму в двадцать тысяч галеонов.
— Хм... Не вижу никаких проблем, но... Позвольте личный вопрос?
— Прошу.
— А какой вы расы?
— Тёмный эльф.
— Эльф?! — переспросил управляющий и переглянулся с другими гоблинами.
— Именно, Гархарыл, именно.
— Но я впервые слышу о представителе подобного народа!
— Быть может потому, что я — последний? — с усмешкой ответил эльф. Но была в этих словах толика горя.
— Это... Печально. Но как так вышло? В истории нет даже упоминания о вашем виде!
— Нет в вашей! — поправил собеседник и, закинув одну ногу на другую, достал магловские сигареты. — Можно?
— Конечно.
— Так вот. Нет в вашей литературе. Зато есть в магловской. Я не знаю, каким образом, но упоминания моего народа попало в их фантастику. Мало того, они даже в кое-чем правы. У нас природная предрасположенность к тьме, — на этих словах он зажёг щелчком пальцев огонь и прикурил. — За это нас очень невзлюбили, посчитав обладателями запретных заклинаний. Более того, ситуацию омрачало то, что мы были сильнее, выносливее обычных людей. А ещё обладаем поистине гигантским долголетием. Чтобы вы понимали, мне тысяча тридцать два года, — услышав эту дату, гоблин нервно икнул, — и поэтому на мой народ объявили охоту. Причём сразу все. И люди, и нелюди. Всё-таки тяжело жить, когда против тебя в буквальном смысле весь мир. Но мои предки выжили. Они передали мне знания всего моего народа, дали силу и цель жить дальше. И укрыли. Нас забыли, считают выдумкой, даже не догадываясь о правде. И знаете, что я скажу? Волшебники тысячу лет назад в той же Англии были на порядок сильнее тех, что есть сейчас.
— И поэтому вы решили показаться, — договорил гоблин.
— Верно, но лишь отчасти. На самом деле я нашёл ученика. Способного, сильного и талантливого. И мне до глубины души не нравится, что им пытаются управлять.
— Ик...
— Ну что вы, не нужно так переживать. Я всего лишь рассказал вам то, что вы хотели услышать. Всё же цель моего визита — оформление счета.
— Хо... хорошо. Злотагир, займись лордом.
— Конечно, — гоблин судорожно начал вынимать бумаги и необходимые артефакты. — Для оформления нужны ваши подписи вот на этих документах, а также слепок ауры и капля крови.
— Хм... — эльф взял в руки бумаги и, неспешно читая, заполнял. Когда документы были готовы, он с интересом посмотрел на амулет, сжимаемый руками Злотагира. — Боюсь, у вас ничего не выйдет. Ваши поделки не могут снять отпечаток ауры.
— Почему?! — изумились гоблины. Они ещё ни разу не слышали, чтобы их работу называли поделкой.
— Моя аура весьма негативно влияет на чувствительные артефакты. А уж если их и вовсе направлять, то... итог печален. Прошу учитывать, что я даже близко не человек, да и от магических существ отличаюсь. Но если вам не жалко артефакт, снимайте, — эльф пожал плечами.
Злотагир вопросительно посмотрел на директора. Дождавшись кивка, он направил артефакт. Поначалу всё шло хорошо, артефакт исправно сканировал ауру и её плотность, но в какой-то момент руны потеряли стабильность и артефакт с небольшим хлопком приказал долго жить.
— Я же говорил. Моя аура весьма пагубно влияет на столь тонкие чужие работы.
— А кровь?
— Прошу, — эльф протянул руку.
Вот только такая процедура, как прокол пальца, так же вызвала определённые проблемы. Первая игла сломалась, вторая последовала за ней. Видя бесплодные попытки гоблинов, эльф откровенно веселился, чем неимоверно раздражал и пугал работников банка. Ведь это что же за монстр, которого не берет зачарованная игла?!
Но, наигравшись, гость сам вынул свой кинжал и лёгким движением руки порезал палец. Но каково же было удивление уже всех сторон, когда зачарованная игла начала разрушаться от капнувшей на неё темной крови, а капля на пальце уже свернулась и шёл процесс регенерации. Образовавшуюся тишину разрушил смех эльфа. Он смеялся до слез, а когда успокоился, заговорил.
— Давайте... давайте вы мне просто дадите ключ от моего сейфа? Сомневаюсь, что кто-то сможет скопировать мою кровь и мою же ауру.
— Соглашусь, это будет лучшим вариантом.
На том стороны и сошлись. Проведя эльфа до его хранилища, гоблинам пришлось приложить титанические усилия для сохранения самообладания. Ведь Аид вынул из-за пазухи неприметный кошелёк, из которого начал высыпать драгоценности. Украшения, камни, даже некоторые артефакты, все это высыпалось в кучу и тут же распределялось по местам двумя проворными гоблинами. Вот только, по приблизительной оценке, вещей тут было не на двадцать, а на все двадцать пять тысяч. Артефакты особенно привлекли внимание гоблинов, но по понятным причинам, ничего лишнего себе не позволяли. Заметив интерес, эльф предложил гоблинам продать один из артефактов и обменять некоторые драгоценности на редкие материалы, будь то мифрил, органы дракона или что-то ещё. А судя по загоревшимся глазам, Аид попал в десятку. Гоблины уже выбрали, какой артефакт хотят забрать и на какую сумму. Артефактом же был доспех с функцией развёртки прямо на носителе.
Разошлись обе стороны довольные друг другом, с одним единственным «но». «Но» это было в директоре банка. Он пытался понять, чем обернётся их миру возвращение из небытия такого существа.
* * *
Аид
В замок мы вернулись в отличном расположении духа. Пока я занимался своими делами, Гарри разбирался со своим счётом. Откуда у меня драгоценности? От почившего щедрого создателя Азкабана. Кроме того, я закинул туда кое-что из Хогвартса и от себя. Видеть, как лучшие артефакторы Англии пускают слюну на один из моих старых доспехов, было сродни бальзаму для моей чёрной души. А вот разыграть спектакль с аурой и иголками для меня было легче простого. Полюбившееся мне светлое заклинение «рассеивание» заставило артефакт сломаться.
А усилить на пару секунд кожу — дело как два пальца об асфальт. Правда, вышел казус с кровью. Я честно сам не ожидал, что моя «перекачанная» темной энергией кровушка которая на деле жидкая мана так хорошо подружится с тонким артефактом. Что же случилось? А то, что артефакт банально частично распался. Из-за чрезмерной тёмной энергии текущая по венам мана приобрела свойство, аналогичное заклинанию «касание тьмы». Да, галимое. Да, кастрированное. Но для тонкого хрупкого прибора этого хватило. В остальном же моя кровь никакой кислотой не является. Просто небольшой побочный эффект, а также привет от ненавистной обсидиановой палочки.
Перекусив в Тайной Комнате, (Пока там были, змей неверя своим глазам рассматривал меня со всех сторон) мы с Гарри теперь направились туда, куда планировали изначально. В кабинет директора!
* * *
Хогвартс
Двое шли по людным коридорам школы. Ученик и его Учитель. Те, кто их видели, замирали и смотрели на необычное существо, указывая пальцами. Возле них то и дело, раздавалось: «Смотри», «Что это за создание?», «Это — учитель Поттера?!», «Дроу?!», «Откуда он здесь?», «Куда они идут?», «Он меня пугает» и сотни других подобных высказываний. Иностранцы, видевшие эту пару, начинали смотреть с интересом — всё же не каждый день видишь невиданное грозное существо, которое идёт по коридорам подобно ледоколу.
Сам Эльф, казалось бы не обращал ни на кого внимания. Его взгляд был строг и целеустремлен, прямо как у идущего по правую руку Гарри Поттера. Теперь, зрители могли воочию увидеть, с кого это лучший ученик школы, брал пример и на кого ровнялся.
Но вдруг раздался недовольный голос Минервы:
— Кем бы вы ни были, немедленно остановитесь!
Остановившись, оба мага посмотрели в сторону источника голоса. И если Гарри смотрел с недовольством, то его учитель выглядел слегка заинтересованным. От зрителей не могло укрытся, с каким высокомерием эльф посмотрел на приближающегося к ним декана Гриффиндора. Протиснувшись из-за учеников, она пошла к магам, но каждый её следующий шаг становился все короче, все неувереннее, а в глазах замаячило опасение.