Магистр с шумом вытолкнул из груди воздух, что должно было, вероятно, обозначать крайнюю степень озабоченности, и Сова поняла, что самого главного она еще не услышала.
— Я вызвал именно тебя потому, что в свое время был замешан в твоих личных делах. И всегда могу гарантировать: все, что мне известно, я храню, как свою собственную семейную тайну. В качестве благодарности я рассчитываю, что могу полагаться на тебя в том же самом.
Ей пришлось, не мигая, выдержать долгий испытующий взгляд.
— Два месяца назад, — продолжил он, — возглавить вооруженные силы Киферона предложили моему сыну.
Сова затаила дыхание, потому что в наступившей тишине собственные вдохи и выдохи вдруг показались ей слишком шумными. «Интересно, что он хочет от меня? — подумала она, — Чтобы я передала его отеческое проклятие непутевому отпрыску? Он ни за что не стал бы посвящать меня в такие дела, если бы не было реальной угрозы согласия сына на такое предложение».
— Н-да.. — протянула Сова, с осторожностью выдыхая скопившийся в легких воздух. — Как говорит Командор: «Так ясно, что даже мне». Он согласится? Или уже согласился?
— Еще нет. Но у меня есть все основания думать, что через месяц он вступит в должность.
— С учетом утечки это будет выглядеть так, будто вы решили и сохранить за собой кресло магистра, и сына пристроить на теплое местечко, чтобы не терять представившейся возможности. Любое выступление Ордена, то есть ваше, в Парламенте будет расцениваться как играющее на руку Киферону. Что бы Орден ни делал. Я так понимаю, что утечка была организована со вкусом. И вероятность того, что он примет предложение, большая.
Магистр кивнул.
— Месяц назад он написал рапорт об увольнении, — сообщил он.
— Ну так не увольняйте его. И дело с концом!
Он бросил на нее хмурый взгляд.
— У меня нет права удерживать кого бы то ни было на службе. Он не заключал такого контракта. Он не в генштабе.
— А где?
— Он обычный офицер десантных войск. Не «вечник».
«Вечниками» в Ордене для краткости называли тех, кто подписывал бессрочный контракт без права расторжения. Сове вдруг показалось, что Магистру неприятны ее вопросы.
— По уставу Орден должен предложить ему гражданскую службу вместо военной, — продолжил Магистр. — Но я этого делать не стану.
— Почему?
— Во-первых, потому что он все равно откажется. А во-вторых, не хватало еще, чтобы он принял предложение Киферона, оставаясь гражданским сотрудником Ордена! Я не дал ход его рапорту. Если Ястри вступит в должность, мне придется сделать вид, что никакого рапорта не было, и уволить его со скандалом. Никаким другим образом я не смогу защитить репутацию Ордена. А у меня и без того не лучшие отношения с сыном. Скандал будет означать полный разрыв.
Она поняла, что Магистр нисколько не лукавит. Если будет нужно, он вполне способен ради дела всей своей жизни пожертвовать кем угодно, даже единственным сыном.
— Вашего сына будет легко оправдать, — заметила она. — Его бывшие сокурсники давно в погонах полковников, а он из-за вашей щепетильности так и застрял в майорах. Подальше от штаба, желательно — в действующих войсках. Чтобы, не дай Бог, никто не подумал, что он имеет какие-то преимущества перед остальными, вы лишили его даже заслуженного. У него изначально не было никаких шансов сделать карьеру в Ордене. Здесь он всегда был бы только «сыном Магистра». Киферон для него — это шанс быстро подняться. Особенно если Киферон получит статус столицы. Сколько ему лет?
— Тридцать один. И я вызвал тебя не для того, чтобы ты констатировала, какой я плохой отец, пересказав все орденские сплетни.
— Ну… — Сова уважительно склонила голову, — зато вы хороший Магистр.
Он устало удивился тому, что слышит. Сова ждала приказаний, но они почему-то задерживались. Наконец она не выдержала:
— Итак, что вы хотите? Чтобы я его отговорила? Убедила? Запугала? Подкупила? Что именно?
— Ничего из этого. Я мог бы предложить тысячу разных способов помешать его вступлению в должность, вплоть до ареста и заключения под стражу, но, действуя силой, я привлекаю внимание к конфликту, и можешь быть уверена, ни один угрожающий жест Ордена не останется незамеченным. К тому же, бессмысленно разрабатывать планы, пока мы не представляем все факторы операции.
Сова с грустью подумала, что даже судьба собственного сына может быть обличена Магистром в сухой казенный язык приказов и распоряжений.
— Я могу поставить задачу, но ее решение тебе придется искать самостоятельно и на месте, — продолжил он. — Исходя из обстановки. Кстати, рекомендую пригласить с собой своих. Одна голова — хорошо, но три — куда лучше.
— Магистр, позвольте один вопрос. — Взгляд, брошенный на нее, не поощрял к лишнему любопытству, но поскольку формального отказа дано не было, Сова спросила: — Почему именно я?
— Ты подходишь для этого дела по нескольким признакам. Во-первых, ты — человек, посторонний Ордену и на каждом углу выпячивающий свое недовольство службой. Это должно вас сблизить поначалу. Совместная ненависть вообще сближает. Во-вторых, ты постоянно ссоришься со мной и многие, в том числе и Ястри, полагают, что ты в вечной опале и что тебя терпят лишь до поры до времени. К тому же после командировки на Тонатос ты находишься под подозрением, и тебя проверяют как потенциального агента врага.
Сова почувствовала, что сейчас захлебнется от приступа жгучей обиды, но он не дал ей раскрыть рта.
— Не возмущайся. Это лишь обычная процедура, ее проходят все. Что-то вроде карантина, который длится всего полгода. Я знаю, как это обидно, я сам через это проходил, но я также знаю, как это необходимо. Таким образом, у тебя еще меньше оснований любить Орден, чем у него. Вы оба пострадали и от Ордена, и от меня лично. У вас вообще много общего. — Он помолчал, словно сожалея о сказанном, и продолжит: — Если тебя выпроводят в отпуск, это ни у кого не вызовет подозрений. Твое появление на Кифероне едва ли будет замечено — ты слишком мелкая птица.
— Спасибо! — Сова фыркнула.
— На тебя никто не обратит внимания, никто не примет тебя всерьез. Это поначалу даст тебе шанс просто подобраться к нему. Твоя задача на первом этапе — удержаться рядом. Хотя бы удержаться рядом и оценить ситуацию. Еще один плюс — ты женщина. Он не воспримет тебя как угрозу. И, возможно, будет с тобой чуть более откровенен, чем с мужчиной. Он вырос без матери. В женщинах он разбирается еще хуже, чем ты в политике.
Сова улыбнулась. Магистр, кажется, впервые позволил себе заметить, что она все-таки принадлежит к женскому полу.
— Вы так и не сказали, что именно мне нужно делать. В целом задача ясна — помешать его вступлению в должность. Но как?
— Не знаю, — отрезал он и уточнил: — Пока не знаю. Пойдем от противного. Чего делать нельзя? Нельзя давить на него и прямо говорить об этой проблеме. Он не должен даже заподозрить, что ты действуешь по моему приказу— это только подтолкнет его к цели. Никаких превентивных мер: несчастных случаев, захватов в заложники и прочих глупостей. Далее — ничего скандального, ничего, что может привлечь внимание, вызвать шумиху. Огласка тут нужна меньше всего.
— Вы еще не все перечислили? — иронично поинтересовалась Сова. — Может, перейдем к тому, что можно?
— Нет. Есть еще кое-что. Не стал говорить об этом сразу, чтобы не отбивать желание работать. У Ястри есть еще один хороший стимул занять должность.
— Какой?
— Кажется, он собирается жениться, — с неохотой заметил Магистр.
— На ком? — деловито поинтересовалась она. — Нельзя ли уговорить невесту оказать на него разумное влияние?
— Невеста — дочь императора Киферона Димитра.
Сова присвистнула.
— Вы умеете обнадежить! Какое уж тут, к черту, желание работать?! Насколько это решенный вопрос? Дата свадьбы? Помолвка?
— Нет, не настолько. Пока ничего официального. Но мне доложили, что он часто бывает при дворе, и в ближайшее время о помолвке может быть объявлено публично. Его хорошо обработали. Обласкали, кинули приманку.
— Что для него важнее? Должность или брак? Чем он скорее пожертвует — невестой или карьерой?
— Это тебе предстоит выяснить на месте. Тут больше вопросов, чем ответов. И слишком мало времени, чтобы долго думать. Так что отправляйся завтра же. Конечно, тебе не мешало бы больше узнать о нем. Но, если честно, я думаю, что факты тебе не помогут, и рассчитываю на твою интуицию. На женскую интуицию, если тебе интересно. Посмотри его личное дело. В твоем распоряжении любая информация, но — ни дня задержки на базе. С его друзьями говорить запрещаю. Если до него дойдет информация, что им интересуются, операция будет провалена в самом начале. Вопрос с твоим отпуском и прочими формальностями решен. Кстати, полчаса назад должен был прилететь твой Командор. Надеюсь, не надо объяснять, что информация не должна выйти за пределы вашего ментального пространства? Связь — только лично со мной по телепатическому каналу один раз в 24 стандартных часа, начиная с настоящего момента. Задание ясно?
Сова кивнула. Наверное, Магистр ждал, что она встанет и немедленно приступит к исполнению, но она медлила. Он понял.
— Если все пройдет успешно, обещаю забрать тебя из управления связи, — нехотя добавил он.
— Меня интересует сектор Тонатоса, — с нажимом в голосе напомнила она.
— Хорошо, я подумаю. Теперь все?
Сова улыбнулась. Видимо, ей следовало сказать: «Так точно!»
Разрезанное на сто двадцать восемь частей яблоко было аккуратно разложено на тарелочке — долька к дольке. Дважды один и тот же прием в борьбе с «домовым» не удавался никогда — в бой вмешивался обслуживающий технику оператор. После первого поражения комбайна он успел подготовиться к обороне и не просто ограничил минимальную толщину дольки, но в надежде усовестить Сову еще и послал вслед клиенту не съеденный им заказ. В присланную коробку были также вложены три целых яблока и познавательный диск с программами по их обработке для домашнег