— Что ты будешь делать дальше? — Сова кивнула в сторону двери.
Ответа не последовало. Он не собирался посвящать ее в свои планы. Он молча разглядывал ее, и его странное спокойствие перед лицом открытого мятежа беспокоило Сову. Едва отдышавшись, она уже вновь готова была вскочить, куда-то бежать, что-то делать. Но — действовать! Неподвижность казалась невыносимой.
— Судя по всему, твоя армия тебя предала.
Ей хотелось, чтобы он тоже готов был вскочить, куда-то бежать, спасаться.
— Не без вашей помощи, — желчно подметил он.
Он распотрошил медпакет из комплекта снаряжения и приказал:
— Помоги. Под лопатку.
Сова на ощупь содрала упаковку со шприца-ампулы. Руки дрожать уже перестали, так что она без колебаний всадила укол обезболивающего в подставленную ей спину.
— Тебя убьют, — тихо сказала она, пока он не успел обернуться. — Не одни, так другие.
— Я оставляю всем жаждущим отличную копию неповторимого себя. — Он кивнул на лежащее у дверей тело. — Я даже дам им время отпраздновать победу. Так что теперь никто не знает, что я жив. Никто, кроме тебя.
Если бы это прозвучало угрожающе, Сова не обиделась бы. Все правильно. Он не доверял ей. Она — лишний свидетель.
— Обойдемся без второго покушения на мою жизнь, — примирительно предложила она. — Я не буду докладывать в Орден о твоем чудесном спасении.
— Будешь. — В его голосе и в самом деле не слышалось — угрозы. Только насмешливое понимание. — Ты — враг. И я не знаю, что с тобой делать.
— Лучше подумай, что ты будешь делать с собой, — посоветовала она. — У меня в порту «Водолей». Из кабинета — подземный ход. Я могу вывезти тебя с планеты. Пока не поздно. Надо уходить.
Только теперь он обернулся к ней. Она требовательно смотрела на него снизу вверх и ждала решения.
— Куда уходить?
Он не хотел ее понять. Теперь в его голосе вместе с удивлением сквозила непомерная гордыня человека, готового скорее умереть, чем принять помощь из чужих рук. Сова сжала зубы.
— Куда уходить? — высокомерно переспросил он. — Из моего дворца? Из моей столицы? С моей планеты? Нет, я не окажу Ордену такой услуги.
— Тебя убьют!
— А вы предлагаете жизнь в обмен на власть? Передай своему Магистру, что я не собираюсь торговаться. Тебя за этим сюда прислали? Я нужен Ордену живым? — Он вдруг закашлялся, и сквозь кашель она услышала последнее: — Надо было все-таки тебя убить.
Сова не выдержала. Приступ кашля случился как нельзя вовремя. Пластырь с парализатором впился в чужое запястье в тот момент, когда Симаргл пытался вновь прижать маску к лицу, чтобы сделать вдох. Его рука нечаянно оказалась слишком близко от Совы. Секунда — и гордо задранная голова диктатора стала бессильно запрокидываться назад. Сова подставила плечо, чтобы подхватить падающее тело.
Она не стала сдирать пластырь с парализатором с руки. Еще не хватало, чтобы он очнулся по дороге. Поправила маску на его лице, прислушалась к прерывистому дыханию.
Выстрелы за дверью стрекотали все ближе. Задерживаться тут не стоило.
Это было неимоверно трудно: дотащить Симаргла до лифта тайного хода. Расслабленное тело было тяжелым. До капсулы подземного туннеля Сова добралась уже в полном изнеможении. Кое-как впихнула Симаргла в проход между креслами. Шестиместная машина с автономным электромотором на максимальной скорости понеслась по монорельсу в порт.
— Ордену ты не нужен. Ни живым, ни мертвым.
Он не мог ее слышать, но, едва отдышавшись, Сова продолжила прерванный диалог
— Ты уж извини, у меня не было времени тебя уговаривать.
Она осторожно пристроила голову Симаргла у себя на коленях. В тусклом свете капсулы его лицо, лишенное, наконец, привычного высокомерно-ироничного выражения, казалось усталым и измученным. Сова прислушалась к своим ощущениям. Нет, его биополе больше не кололось ударами тока. Оно словно бы замерло, ослабленное парализатором, перестало пугать неуправляемой мощью своего напряжения. Или, может быть, она сама сейчас впервые не чувствовала угрозы, исходящей от Симаргла. И не сопротивлялась.
Она еще подержала в руках его бессильную руку, а потом неожиданно, удивляясь самой себе, осторожно погладила высокий, холодный лоб. За окнами кабины мелькали стены тоннеля. И вдруг захотелось, чтобы тоннель стал бесконечным, и можно было бы бесконечно долго сидеть рядом с Симарглом, держать на коленях его преступную гениальную голову — ту самую, за которую в Федерации объявлена награда, не таясь, вглядываться в безупречные черты лица, не встречая насмешки, касаться прямых черных волос без всяких признаков седины. Он ничего не узнает. Не увидит. Не почувствует.
Когда капсула начала торможение, Сова опомнилась. Нужно тщательно проверить оружие. Покидать укрытие, волоча на себе бесчувственного Симаргла, опасно — она не знает, что ждет ее снаружи. Очевидно одна — она сможет одновременно защищаться и тащить тяжелое тело к кораблю. Оставлять Симаргла в укрытии тоже не годится: чтобы перегнать корабль на причал номер «1» нужно время и разрешение портовых служб. Запрос перемещения между причалами может вызвать подозрение. Сейчас каждая минута — на вес золота. За то время, что Сова будет отсутствовать, тайный ход могут найти и обыскать.
На этом конце тоннеля лифт тоже работал — предусмотрительный хозяин позаботился об автономных источниках энергии на случай экстренной эвакуации. Сова оставила Симаргла у кабины лифта и осторожно выглянула на причал.
Причал номер «1» был пуст. Но как добраться до причала под номером «15», где ее ждал «Водолей? Снять парализатор с Симаргла и дать ему возможность спасаться самостоятельно? Нет, он и не подумает бежать. Его не переубедить и не заставить. Сова готова была вернуть ему сознание не раньше, чем «Водолей» выйдет на внешнюю орбиту Тонатоса и будет в полной безопасности.
Укрываясь в тени неприметного строения, откуда начинался тайный ход, Сова прокралась вдоль причала. И тут ей наконец повезло: у стены здания, придавая ему вид исключительно хозяйственной постройки, были ровными рядами уложены грузовые контейнеры, а на них валялся кем-то забытый портативный антиграв — отличное устройство для поднятия тяжестей. На этом, впрочем, везение заканчивалось — антиграв был больше чем наполовину разряжен. Но на некоторое время батареи еще должно было хватить.
Она приладила прибор на пояс Симаргла и включила. Вспыхнул индикатор — и тело Симаргла стало легче. Теперь оно весило килограммов тридцать, не больше. Нужно было торопиться. Сова перекинула руку Симаргла через свое плечо, взяла бластер наизготовку и вышла на открытое пространство.
Когда у входа на причал закричали, до корабля ей оставалось метров двадцать, и антиграв доживал последние мгновения. Разворачиваться и стрелять не имело смысла — колени подкашивались и дрожали. Ее спасло только то, что нападавшие, видимо, не имели приказа убивать беглецов и палили в воздух для устрашения. Но когда перед Совой гостеприимно раскрылся грузовой люк «Водолея», они опомнились. Выстрелы защелкали по обшивке корабля. Сова уронила Симаргла в глубь трюма, и, не удержавшись, развернулась лицом к преследователям.
Ей удалось сделать несколько результативных выстрелов по бегущим к кораблю солдатам прежде, чем ее задело. Мгновенная боль взорвалась одновременно в двух местах — в ноге и в плече. Сова зашипела и повалилась в темную глубину трюма.
Люк немедленно захлопнулся за ней. В трюме вспыхнул свет. Любимый корабль спешил помочь ей всей своей автоматикой.
В рубку!
Ей даже некогда было себя пожалеть — она жалела корабль. Конечно, на причалах никто не держит тяжелых лазерных пушек. Но она-то читала отчеты о планетном щите Тонатоса. Спасибо тебе, Симаргл, ты позаботился об обороне своей планеты при помощи противокорабельных ракетных установок, рассчитанных на борьбу с низколетящими орбитальными целями, мощнейших генераторов полей. Сова готова была принести в жертву местному богу огня собственный скальп, только чтобы отключить всю эту смертоносную технику — полевая защита «Водолея» выдержит от силы чстыре-пять попаданий, да и то не очень мощных.
Корабль дрогнул и пошел на подъем.
— Борт пятьсот тринадцатый, прекратите движение!
Это обращаются к ней! Сова забыла, что у нее новый идентификатор.
— Что я бы делала без ваших указаний? — ехидно поинтересовалась она у диспетчера.
Впрочем, ей было чем себя занять помимо перебранки с портовыми службами: судя по показанию радара, к ней спешили аж четыре перехватчика. Только бы не гравитационное поле! Прижмут к поверхности так, что не вырвешься! Впрочем, перехватчики едва ли оснащены генераторами, значит, на малых высотах у нее есть шанс отбиться.
Да, Орден мог бы гордиться ею. По крайней мере, учили ее не зря. Когда темное небо над космопортом озарилось второй по счету вспышкой взорванного корабля противника, преследователи поняли, что имеют дело не с прогулочной яхтой, а с боевым кораблем последней модификации. И если уж он взлетел, его так просто назад к поверхности планеты не прижмешь. Обозленная болью в прострелянных ноге и плече, Сова и не думала удирать в подпространство. Это был ее первый реальный бой, сильно отличавшийся от тренировок на тренажерах-имитаторах. В перекрестие прицела уже завис третий корабль, когда Сова вспомнила, что в ее задачу не входит уничтожение всего наличного флота Тонатоса. Она выругала себя за беспечность. Энергия еще пригодится для прорыва щита.
Но прорывать ничего не пришлось. Она успела все-таки сообразить, зачем ей наперерез послали целых четыре перехватчика вместо того, чтобы просто накинуть на «Володей» сетевое поле на нижней орбите. Или расстрелять корабль на средней. У Тонатоса больше не было щита! Эта информация стоила двух уничтоженных перехватчиков.
«Водолей» ушел в открытый космос без единого выстрела в спину.
Он очнулся в тесной полутемной камере и тут же попытался вскочить. Не тут то было! Вязкое изоляционное поле плавно погасило его порыв и придавило тело назад к жесткой кровати. Он попробовал сесть — и вновь оказался распростертым под давлением изолятора. Тюрьма? К горлу подкатила ярость. Он с трудом удержал себя от третьей, безнадежной попытки вырваться из замкнутого энергетического кокона. Тюрьма. Сознание метнулось назад: газ, кабинет, Сова… Орден. Он заскрипел зубами в бессильной злобе, и в этот момент дверь камеры плавно съехала в сторону и в образовавшемся проеме…