– Ты… ты теперь убьешь меня? – прохрипел наемник.
Главнокомандующий удивленно вскинул брови, поражаясь, как тот еще не отключился после полученных травм и болевого шока. Склонив голову вбок, Хантер пристально всматривался в то месиво, что когда-то было лицом преступника.
– Тебе бы этого хотелось? – ледяным эхом пронеслось в помещении.
– Все равно… – наемник зашелся кашлем и сплюнул кровью на пол. – Я не жилец… Эта ищейка не оставит все в покое…
– Ищейка? – командир подошел ближе.
– Бакстеру… нужна она. Он… он сказал, чтобы… мы… привели ее. Достали для него… любой ценой. Мы… – снова приступ удушающего кашля, – не справились. Все, кто… уцелел, нежильцы… – он с большим трудом поднял голову, чтобы посмотреть в холодные глаза Хантера. – Так что… да… мне бы… этого хотелось.
Не сводя пристального взгляда с наемника, главнокомандующий расстегнул кобуру и вытащил личное оружие. Служебный пистолет, как и форма, остались дома, но кольт «Питон» всегда был при нем.
Вытащив револьвер, взглянул на барабан – пустая каморка на месте. Взвел курок и не моргнув выстрелил. Гильза, упавшая на пол, своим звоном оповестила об окончании допроса.
Хантер никогда не был милосердным к тем, кто нарушает закон. И смерть наемника не являлась актом милосердия. Солт знал, что как только тот попадет в тюрьму, подсадные заключенные из Зоны Б узнают, что именно рассказал преступник, а главнокомандующему незачем оповещать противника о том, что и сколько он знает. И если Гарри Бакстер будет считать, что его отряд несостоявшихся похитителей мертв, то успокоится.
Хотя бы на время.
Глава 19
За два месяца, что прошли после нападения в общественной душевой, раны затянулись, а в некоторых местах даже шрамов не осталось. Конечно, меня мало волновали эти мелочи, но чем меньше напоминаний о неприятных событиях у меня будет, тем проще о них забыть. А ничто так не бередит душу, как физические отметины.
Эд действительно исправился: больше проступков за ним я не замечала. Он гулял с девочками, играл или включал DVD, пока я тренировалась в штабе солдат Хэйвена. Нет, в их ряды я не вступила, но после того случая с наемниками Бакстера решила, что форму поддерживать может оказаться не просто полезным, а жизненно необходимым.
Мама завела много знакомств среди женщин ее возраста. Оказывается, здесь есть даже что-то похожее на книжный клуб. А Норма Грин ничто так не любит, как провести вечер за хорошей книгой.
С Хантером за эти дни я не виделась. Странные ощущения одолевали меня на самом деле. Я не испытывала к нему каких-либо ярких чувств, но постоянно будто искала глазами. Это было для меня в новинку.
– Эй, не зевай!
Я отвлеклась на движение у входа, когда Мэл окликнул меня. Друг хотел сделать подножку и опрокинуть меня на спину, но я вовремя отпрыгнула и перешла в атаку. Взяв разбег на два шага, накинулась на него, обхватывая торс ногами, а верхней частью туловища старалась взять размах таким образом, чтобы получилось нанести смертельную рану острым предметом под лопатку. Правда, вместо настоящих ножей в руках были деревянные. Касание означало поражение. И я его коснулась.
– Черт, Джо, как тебе это удается? – восхищенно спросил Мэл, пока я слазила с него.
– Меня тренировал лучший учитель, – не без тени уважения ответила я, снимая резинку с волос.
Друг, воспользовавшись тем, что я отвлеклась, все-таки подставил подножку, отчего я упала на спину, но успела его потянуть за собой. Так Мэлвин оказался сверху, а его руки – по обе стороны от меня. Будто заключенная в ловушку, часто дыша, наблюдала за его дальнейшими действиями.
– Ну, что будешь делать?
Хищный взгляд Мэла блуждал по моему лицу, словно хотел обнаружить там замешательство или панику.
Как же плохо он меня знает.
– Буду выбираться.
– А получится? – его лицо стало ближе, а тон – ниже.
Мне это не нравится.
Ледяная ухмылка отразилась на моих губах, после чего со всей силы ударила лбом в кадык. Схватившись за горло, друг закашлялся, чем дал возможность выбраться из-под него. На мгновение на его лице отразилась растерянность, а потом он широко улыбнулся.
Я же была зла.
– Какого черта ты творишь? – не выдержала я, глядя, как он самодовольно скалится.
– Джо, не злись, – он примирительно поднял ладони. – Ты же знаешь, как действуешь на меня. А в таком виде – это вообще, как красная тряпка для быка!
– В каком виде? – не поняла я.
Он стал подходить ближе. Хотелось сделать шаг назад, чтобы сохранить дистанцию, но так я бы показала свою слабость, отступая. Поэтому оставалось лишь невозмутимо смотреть в его зеленые глаза, в которых опять отражался тот самый взгляд. Ему же будет лучше, если на взгляде все и закончится.
– Ты вся мокрая, а щеки красные, – тон голоса стал ниже. – Ты не представляешь, каких усилий мне стоило не поцеловать тебя прямо там, когда твои губы были так близки.
Когда между нами оставался всего шаг, он прикусил губу и поднял голову, прикрывая глаза. Тяжело выдохнув, вернул взгляд ко мне. Мэл хотел что-то сказать, но осекся, встретившись с моим, не самым дружелюбным, выражением лица.
– Почему ты раньше этого не сказал? – внутри все закипало от раздражения. – Ты хоть подумал, в какую проблему это может вылиться?
Он поморщился и опустил глаза.
– Я тебе настолько противен?
Его слова стали для меня пощечиной, и я отшатнулась от него. У меня и в мыслях не было оскорбить или причинить ему боль. Он мой друг и ближе него у меня никого тут нет. Не считая семьи. И он ее часть.
– Что? Нет! Я…
– Тогда что происходит, Джо? Почему ты воспринимаешь меня, как проблему, от которой нужно избавиться?
Столько обиды и горечи в его словах.
– Ты знаешь, почему я держу дистанцию, Мэл, – я подошла ближе и… взяла его за руку.
Мне тяжело переносить физический контакт с другим человеком после смерти Томаса, и это действие далось не без труда. Мэлвин немало удивился, но ничего не сказал, давая возможность мне выговориться.
– Прости, если тебя это угнетает или оскорбляет, но иначе я не могу. Хоть и прошло уже полгода, но ночью… – у меня перехватило дыхание.
Кое-как совладав с эмоциями, постаралась ровно выдохнуть.
– Я знаю, Джо, – тихо сказал он.
Поджав губы, качнула головой.
– Знаешь?
– Ты беспокойно спишь. Тебе он снится? – заботливо поинтересовался друг.
Я ничего не сказала. Только кивнула.
– Не только он. Помимо Томаса я вижу того… наемника, – признание далось с трудом.
– Джо, о таких вещах надо говорить сразу, а не спустя несколько месяцев, – поучительно заявил он, как и я пару минут назад. – Но нам пора освобождать зал. Пойдем домой, там и поговорим.
– Давай.
В коридоре перед спортзалом стало совсем людно: отряд вернулся с задания. И непростой отряд…
У прохода, который вел на улицу, стоял Хантер и разговаривал о чем-то с Элкаем. Мужчина с серьезным видом кивал в ответ на то, что говорил ему главнокомандующий. Словно почувствовав, что на него смотрят, Хантер повернул голову точно в том направлении, где стояли мы. Не меняясь в лице, плотно сжал челюсти и снова вернул взгляд на Роджерса.
– Похоже, у них что-то случилось, – высказала другу я свое предположение.
– Не думаю, – Мэлвин даже усмехнулся. – Причина плохого настроения командира Солта-старшего совершенно иная.
– Не поделишься?
Мэл только ухмыльнулся и покачал головой, затем кивнул в сторону выхода. Мы стали продвигаться по коридору. За этот путь успела поздороваться с Тацуо и Стерджисом, а также обнять Кортес, которая обещала заглянуть после инструктажа.
На выходе Хантер все же остановил нас.
– Джоанна, нам надо срочно поговорить, – вместо приветствия заявил он.
Вид у главнокомандующего был напряженный.
– Хантер, это подождет… – начал было Мэл, но жесткий взгляд Хантера прервал его.
– Нет, Диз. Это больше не может ждать, – старший брат снова обратился ко мне: – А ты пойдешь со мной.
Я даже не успела ничего ответить, как он добавил на тон ниже:
– От этого зависит твоя жизнь.
Если внешне я оставалась спокойной, то внутри стало нарастать беспокойство. Ведь если что-то грозит мне, значит, и моя семья в опасности. А я не могу допустить, чтобы им причинили вред.
– Хорошо, – с серьезным видом согласилась я.
– Тогда жду вас в своем кабинете, – главнокомандующий перевел взгляд на Мэла. – Диз, Элкай хотел доложить тебе о вылазке. Поговори с ним, это важно.
– Понял, – нехотя ответил друг.
Я обратилась к нему:
– Встретимся дома?
– До прилива осталось немного, – согласно кивнул он, – думаю, Хантер не станет тебя надолго задерживать.
Неопределенно пожав плечами, развернулась в сторону холла, после чего дошла до большой лестницы и поднялась на второй этаж. Легкое волнение не покидало ни на секунду. В основном из-за того, что суть разговора остается неясной. Возможно, раскроются подробности нападения двухмесячной давности, ведь из Мэлвина я ни слова не добилась. Друг утверждал, что Хантер ничего нему не рассказал: как проходил допрос и что удалось узнать у преступника.
У двери главнокомандующего остановилась и задумалась, как поступить: зайти как ни в чем не бывало или постучаться для приличия? В конце концов, он занимает высокий пост, а я проявлю пренебрежение и неучтивость по отношению к командиру. А если мне нужны ответы, то стоит и вести себя подобающим образом. Стукнув два раза по двери, услышала дежурное «Войдите» и повернула ручку.
Хантер сидел за письменным столом и активно печатал в ноутбуке.
– Ты хотел поговорить, – утвердительно заявила я.
– Верно, – он закрыл ноутбук и, отложив в сторону, поднялся с места. – Меня интересуют обстоятельства смерти Томаса Бэйтса.
Поводив нижней челюстью из стороны в сторону, я слегка сузила глаза и, понизив тон, проговорила:
– Не могу ничем помочь. Ты зря меня позвал.