Он кивнул кому-то позади меня. Тот окрикнул солдат, и те встали в ожидании дальнейших указаний.
– В чем дело? – спросил Хантер.
– Там…кхм… на предпоследнем… кхм… этаже мутанты. Много.
– Джоанна, эти люди знают свое дело, – заверил он.
– Нет, ты не понимаешь, – я взяла его за руку. – Незачем рисковать.
Хантер наклонился и понизил тон.
– Что ты задумала?
– Я могу увести их, – уверенно сказала я. – Только…
– Нет.
Хантер выпрямился и строго посмотрел мне в глаза. Я не собиралась сдаваться.
– Но…
– Джо, ты просишь меня довериться мутанту, что живет внутри тебя и может в любой момент стать тобой, – жестко отрезал он, порывисто проводя рукой по волосам. – Я не готов так рисковать.
От шока мой голос почти перешел на шепот.
– Ты мне не доверяешь?
Вижу, как Хантер постепенно теряет самообладание, с силой прикусывая губу.
– Черт, Джоанна! Тебе я доверяю, но ему, чьи глаза безумно смотрят на меня во время приступов, я не стану доверять ни твою жизнь, ни жизни своих людей.
Отвечать не стала, слабо кивнула и поплелась к диванчикам, что стояли вдоль стен.
Хантер остался на месте.
Опустившись на один из них, стала наблюдать, как осеннее солнце постепенно озаряло Хэйвен. Вода стремительно понижала свой уровень. Это означало, что скоро придется провести еще один ответственный этап – запуск трансляции.
Уильям Бакстер мертв.
Что я чувствовала по этому поводу?
Злость испарилась, как только Хантер оказался рядом. Его присутствие играло роль холодного душа в летний зной. Отрезвляло и давало возможность здраво мыслить. И он снова спас меня. Я бы не погибла от рук ублюдка, пришлось бы его убить, но чем это обернулось бы для меня?
Я заранее знала, что убийство меня уничтожит, как человека. От прежней Джо теперь мало что осталось, а после расправы над Уиллом Бакстером исчезла бы последняя крупица личности.
Хантер не дал мне потерять себя, сделал всю работу за меня, все еще заботясь о том, чтобы мать полноценно вернулась к детям.
Но где они?
Я так и не выяснила. От этого голова гудела, а чувство беспомощности и досады полностью поглотило.
Где же вы, девочки мои?
– Джо, – Хантер бесшумно подошел, что от неожиданности я дернулась. – Надо обработать раны.
Раны? Их не было, но я не спешила сообщать об этом. Слишком потеряна была.
Он опустился рядом со мной и распаковал бинты с антисептиком. Промокнув ткань, прикоснулся к ладони, которую Бакстер проткнул, а там от ранения почти ничего не осталось, кроме розовой полосы. Отпустив руку, Хантер взялся за лицо, аккуратно стирая засохшую кровь.
– Не злись на меня. Я не мог поступить иначе.
Теплота в его голосе возвращает меня к жизни.
– Я понимаю, – тихо ответила я, прильнув к его ладони, которая придерживала голову, пока другой рукой от обрабатывал меня.
– Боюсь, Джо, не понимаешь.
Он говорил это с такой интонацией, что я замерла на месте. Подняв взгляд к его выразительным зеленым глазам, увидела в них столько нежности и грусти. Кажется, даже перестала дышать.
– Так расскажи, что тебя тревожит, – тихо проговорила я.
Хантер отложил антисептик с бинтом в сторону.
– Меня тревожит многое, но дело не в этом, – он придвинулся ближе, опуская свое лицо к моему.
– А в чем же?
– В том, что я люблю тебя, Джо.
Сердце пропускает удар, легкие выжаты. В голове ни одной мысли, а во рту пересохло так, что язык прилип к небу. От открытого признания и шока рот приоткрылся сам собой.
Первое ощущение – у меня за спиной есть крылья, а слова Хантера только что их расправили. Могла ли я ему ответить аналогичным признанием?
Додумать не успела, потому что к нам подошел один из солдат.
– Командир, разрешите доложить?
Досадливо поморщившись, Хантер отстранился и встал.
– Докладывай.
– Сэр, наши бойцы обыскали каждое здание в городе, и в одном из них оказались дети.
Мозг всколыхнулся от полученной информации. Я в нетерпении поднялась с места.
– Где именно? – спросил главнокомандующий.
– Здание администрации, на краю города.
Хантер наградил меня ободряющим взглядом.
– Значит, выдвигаемся.
Я вскрикнула от неожиданно возникшей боли в голове. Обхватив ее руками, зажмурилась и попятилась назад. Чьи-то руки обхватили меня, не давая потерять равновесие. Перед глазами мелькали картинки из того странного видения, что приходило во сне и перед нападением на Бакстера.
Но то был не сон, а именно видение, будто я была не в своем теле.
Я была в его сознании.
И четко, словно на повторе, слышала приказ.
Приказ мутантам атаковать.
Немедленно и одновременно.
Хантер
Он держал ее на руках, не переставая произносить, как мантру, одни и те же слова, в надежде, что она посмотрит на него, вернется к нему. Больным уколом в груди отдавался каждый приступ. Хантеру было невыносимо видеть ее такой, но показать всю степень сожаления и безысходности не мог.
Джоанна – его Джо – нуждалась в поддержке и нерушимой опоре. И он готов стать для нее этой опорой. Главное – не демонстрировать весь внутренний ураган эмоций ей, иначе она опустит руки.
– Джо, оставайся со мной, – без устали повторял он.
Ему было все равно, что рядом люди. Плевать на то, что он у всех на виду молил Джоанну… Все желания Хантера слились в одно имя, которое срывалось с его губ в течение нескольких минут.
Наконец она открыла глаза. И, хвала всем высшим силам, они были практически карие. Джоанна дрожала, но на лице ни намека на слезы. Только невообразимый ужас в глазах.
– Они… Они идут.
Глава 29
Хантер
Прохладный утренний ветер завывал, блокируя все звуки извне. Безмолвным щитом стояли солдаты Хэйвена, устремив взор в пустующую даль. Главнокомандующий армией, Дилан Хантер Солт, возглавлял оборону города, положившись лишь на слова той, которую любил.
После того, как Джоанне привели детей в Кейн-Холл, с Хантером пришлось снова расстаться. Она не умоляла его остановиться или остаться с ней, но взяла обещание, что Хантер вернется живым. Вернется к ней. И чем дальше он отдалялся с солдатами от Кейн-Холла, тем острее чувствовал потребность в Джоанне.
«Остался последний рывок» – говорил он себе, держа в руках автомат, как и полторы тысячи солдат.
Все эти люди пошли за ним, а в услужении Бакстеров была едва ли сотня бойцов, которых быстро вычислили и отправили в тюрьму.
– До сих пор не могу поверить, что ты собрал всю армию Хэйвена только для того, чтобы успокоить свою девчонку, – усмехнулся Коэн, растирая покрасневшие от холода уши.
– Следи за языком, Курт, – рыкнул Хантер. – Джоанна понимает, о чем говорит.
– Да? Тогда почему я не вижу ни одной твари? – в голосе Коэна слышалось нетерпение.
Хантер много раз обдумывал сказанные Джо слова. Она не могла ошибиться, но и точного времени нападения тоже не знала. Но, глядя в ее полные ужаса глаза, не мог не поверить в то, что Джоанна произнесла. Хантер понял, что действовать нужно немедленно. Людей эвакуировать не было времени и рассчитывать на удачу не приходилось – Приливы стали слишком непредсказуемыми, и стихия могла настигнуть мирных жителей по пути к Дэнверу или к любому другому убежищу. Лучшее, что можно было сделать – это запереться в домах, закрыть ставни и не высовываться.
Командир Солт не успел ответить Курту Коэну. Земля под ногами затряслась с такой силой, что все с трудом удержались на ногах. Асфальт покрылся крупными трещинами, будто кто-то снизу пробивал себе путь наверх. Так оно и оказалось.
В паре десятков ярдов от Хантера земля разверзлась, и оттуда показалась рука, размером с автомобиль, затем все существо выбралось наружу. Его кожа была темного цвета и мерцала периодически до боли знакомым Хантеру синим цветом. Мышцы переливались в утреннем солнце, и существо казалось невероятным, особенно если учитывать его рост – почти пять этажей.
Первыми сработали снайперы, находившиеся на крыше. Их основная задача заключалась в отстреле дальних целей, а потом прикрытие своих. Под тяжелое дыхание твари раздалось несколько выстрелов одновременно.
Монстр взревел от боли, после чего из дыры, откуда он появился, стали появляться мутанты.
Хантер ни разу не моргнул, не показал солдатам своего страха, лишь произнеся четкий приказ:
– Огонь.
***
Джоанна
До сих пор не верится, что дети со мной. Обнимать их, целовать и вдыхать родной запах с таким упоением, будто это жизненно необходимо. Меня одолевали разные эмоции, когда впервые взяла на руки Мэгги, которая пальчиками зарылась в моих волосах, когда увидела хмурую и такую серьезную Поппи, которую за руку привел Джим.
Я была счастлива в тот момент. Казалось, что жизнь наконец-то может вернуться на круги своя. Омрачало атмосферу только предстоящее нападение мутантов. Хантер заверил, что их сил будет достаточно для отражения атаки, какой бы силы она ни была. Его люди обучены достойным образом, так что оставалось только ждать, когда в голову последнего мутанта зарядит автоматная очередь.
Сейчас, сидя в кресле пентхауса Кейн-Холла и держа спящую малышку на руках, вспоминала, как просила Хантера вернуться ко мне. Тоска по нему оказалась куда болезненнее, чем я предполагала. Наивно обманываясь, вынуждая отрицать очевидное, продолжала причинять самой себе боль. И лишь контрольный вопрос, возникший в голове, все расставил на свои места.
В гостиную зашел Джим, заставляя прервать все размышления.
– Поппи уснула на большой кровати.
– Надо же, а я думала, она так тебя гоняла, что я думала ты первым отрубишься, – усмехнулась я.
– Нет, дети меня никогда не утомят, – доброжелательно улыбнувшись, Джим сел в другое кресло. – В штабе их было немного, но те, кто остался без родителей, были под моим присмотром. Кажется, что дети – единственное, что осталось неизменным в нынешних реалиях.