Всё началось с того, как мы начали выбирать, на кого мы можем поставить, и сразу же столкнулись с тем, что вся политика в Ботсване была уже давно поделена между кланами. Право сильного? Именно так: побеждал ставленник более сильного клана. Тогда я предложил найти нейтрального претендента и попытаться раскрутить его. Выбор пал на главу профсоюза; за профсоюзами стоит немалая сила, и они могут дать фору кланам. Но кандидатура оказалась более чем экзотичной. Если бы снимали фильм, я бы его взял на роль боцмана на пиратском корабле. Но других кандидатов у нас не было, поэтому будем работать с тем что есть. Вот и сидим мы вчетвером за столиком. Я, Йорген, Табо и Отсиле его секретарь. Кстати Otsile — означает "он пришел".
Встреча происходила на нейтральной территории, на моём любимом острове Кипре. Йорген полностью снял ресторан на вечер, так что сегодня нам никто не помешает.
— Мистер Шарп, — на ломаном английском намешливо произнёс Табо, — я очень польщён вашим предложением, но, похоже, вы не улавливаете реалии нашей республики. Выборы — это ширма, право сильного вот что реально происходит у нас. Если я выдвину свою кандидатуру на выборы, то мне сразу прилетит вызов на поединок. А среди кланов найдутся девятки и даже десятки.
«Мда, я-то думал, они приукрашивают, а тут действительно всё запущено. Дикие люди, право сильного удумали, но что мне теперь делать? Надо искать выход из ситуации, иначе будет очередной провал, и моя репутация упадёт ниже плинтуса». Я включил усиления на максимум, должен быть выход.
— Скажите, мистер Табо, а право сильного распространяется на всех или только на одарённых? — я схватил за хвост мелькнувшую мысль.
— Конечно, на одарённых, кто будет вызывать простых людей на поединок, это позор, — фыркнул он.
— Мистер Отсиле, а вы одарённый? — вкрадчиво спросил я.
Табо и Отсиле переглянулись, похоже, я нашёл выход. Опять условности этого мира, из-за которых люди не видят дальше своего носа. Одарённым достаётся всё, а остальным — лишь объедки.
— Нет, мистер Шарп, я не одарённый, — после паузы произнёс секретарь.
— Значит, вас никто не посмеет вызвать на поединок? — уточнил я.
— Не должны, — не очень уверенно ответил Отсиле.
Секретарь, на фоне своего босса, выглядел плюгавым. Небольшого роста человечек с залысинами и с живыми и умными глазами.
«Чем не чернокожий Ленин?» — мелькнула у меня мысль.
Все присутствующие в ресторане выглядели удивлёнными, как будто я только что открыл им какую-то тайную истину. Всё же лежит на поверхности. Если одарённые так озабочены своей силой и меряются ей между собой, то неодарённые могут использовать это в своих интересах. Просто до сих пор никто из неодарённых не подпускал к делёжке пирога. Настало время исправить эту несправедливость.
— Мы создадим нашу партию неодарённых, партия равенства и братства, дайте мне минуту, я вам всё сейчас сформулирую, — сказал уходя в себя и запустив поиск что я знаю о большевиках.
— Мы напишем тракт "Что делать?" — манифест для неодарённых, вот основные положения этого трактата:
Авангардная Партия: что простолюдины или рабочий класс сам по себе не может достичь "пролетарского сознания" и что ему нужно руководство в виде профессионально организованной авангардной партии, состоящей из интеллектуалов и рабочих лидеров.
Идеологическая Дисциплина: что эффективная деятельность возможна только при строгой идеологической и организационной дисциплине внутри партии. Нужно выбрать идеологию которая будут близки к культуре Бостваны.
Социализм и Социал-Демократия: Истинная социал-демократия должна объединять в себе теорию и практику, идеологию и организацию, чтобы привести к реальным социальным изменениям.
Профессиональная Агитация: Агитация должна быть профессиональной, хорошо организованной деятельностю вместо спонтанных массовых выступлений.
Я оглядел присутствующих, все пребывали в шоке, сейчас нужно додавить.
— Скажите мне, какой процент неодарённых в Бостване? — спросил я.
— Где-то 80%, — ответил Табо.
— Господа, я понимаю, что это звучит радикально. Но не забывайте: наилучший способ предсказать будущее — создать его самим. Мы стоим на пороге исторического момента, когда можем перекроить правила игры в пользу неодарённого большинства. Мы можем стать первопроходцами нового движения, которое изменит лицо нашего общества, — пафосно заявил я.
— Табо, вы — глава профсоюза, ваше слово имеет вес среди работающих людей. Отсиле, ваша неодарённость дает вам уникальную возможность баллотироваться на выборах и не получить вызова на поединок. Вместе мы можем создать что-то действительно значимое. Не просто партию, но движение, которое вдохнет надежду в миллионы африканцев, и не только в вашей стране, но и по всему континенту. «Африканцы всех стран, объединяйтесь!» — это будет нашим слоганом. — Не дав им опомниться, продолжил я. — Ну и конечно, я здесь не просто так. У меня есть ресурсы и связи, которые помогут этому движению стать реальностью. Но чтобы это произошло, нам нужно действовать сейчас. Пока кланы и одарённые заняты собой, у нас есть уникальный шанс изменить правила игры.
Основные тезисы нашего движения:
— Во-первых, неодарённые должны иметь равные права и возможности в обществе, как и одарённые. Это значит равный доступ к образованию, здравоохранению и работе.
— Во-вторых, необходимо создать сильные социальные программы, которые бы поддерживали неодарённых, особенно в сфере образования и занятости.
— В-третьих, необходима реформа законодательства, чтобы оно перестало дискриминировать неодарённых в пользу одарённых. Это касается как гражданских, так и уголовных законов.
— В-четвёртых, нужно ввести практику ротации на важных государственных и корпоративных постах, чтобы неодарённые тоже могли принимать ключевые решения в стране.
— В-пятых, необходимо создать общественные организации, которые будут мониторить соблюдение прав и свобод неодарённых, а также будут представлять их интересы на всех уровнях власти.
— В-шестых, мы должны активно использовать средства массовой информации для пропаганды этих идей и просвещения общества по вопросам равенства.
— И наконец, мы должны научить неодарённых объединяться и действовать солидарно в своих интересах. Это будет сложно сделать, если каждый будет думать только о себе.
Я замолчал, глядя в глаза каждому из присутствующих. Это был момент истины. Шанс начать что-то новое всегда влечет за собой риск, но не делать ничего — ещё больший риск.
Африканцы пребывали в шоке. Шок — это моё, моя стихия. Мир без революций ждал меня.
— Мистер Отсиле, вам нужна кепка, и если бы вы могли немного каратавить, это было бы отлично, — добил я секретаря.
— Картавить? — ошарашенно переспросил он.
— Ну типо, пгогреталий всех африганцев соединятесь, — я сознательно исковеркал лозунг.
— Я так не могу, — после паузы ответил он.
— Ну, тогда хотя бы кепку найдите.
Мне неожиданно пришло понимание, что я могу проделать то, что сделал в моём мире В.И.Ленин, только вместо рабочих и крестьян, я использую неодарённых. Нужна наглость, харизма и быстрота действий. Всё это есть у меня. Как там было, пролетарий всех стран объединятесь? Заменим пролетарий на африканец и получается отличный слоган
— Верьте мне, мы сейчас в положении верхи — не могут, низы — не хотят. Время собирать камни.
****
— Значит так, наше дело — дискредитировать сегодняшнее правительство, всё понятно? Вопросы есть? — я оглядел собравшихся.
Мы сегодня собрались полным составом: я, Йорген, пятеро стажёров и Вероника. Последнюю я долго уговаривал присоединиться к нам и, в конце концов, уговорил. Нас восемь, и мы расшатаем устои этого мира! С африканцами я, в конце концов, договорился. Им, конечно, не понравилось, что клан Миллеров приватизирует их алмазные рудники, но я популярно объяснил, что приватизация — это не только отобранные ресурсы, но и инвестиции. А что такое инвестиции? Это больницы, школы, дороги, коммуникации. Я говорил настолько уверенно, что даже бандит Табо сумел сложить два плюс два и понял, какую выгоду это может принести их стране. Сегодняшнее положение дел состояло в том, что республика просто откупалась алмазами русскому царю. Я же предлагал большее — я предлагал развитие. Это слово отсутствовало в африканском словаре; все старались разграбить и без того нищий континент.
Йорген и Вероника уже имели опыт работы со мной и не спешили задавать вопросы. Они флегматично сидели и смотрели перед собой. Они понимали, что если я что-то задумал, то свернуть меня с пути уже невозможно: нужно расслабиться и получить удовольствие. А вот студенты этого ещё не понимали, поэтому одна из блондинок резво вздёрнула руку.
— Разве мы не должны продвигать нашу платформу? Зачем нам распылять силы и дискредитировать оппонентов? — спросила Марина, обладательница самого большого бюста.
Марина с самого первого дня задала себе задачу соблазнить меня. «Всё-таки надо было познакомить её с Ками», — с запозданием подумал я. Ками уж точно объяснила бы ей, что можно, а что нельзя.
— Всё очень просто, — улыбнувшись, ответил я. — Наша цель — внести сумятицу в ряды оппонентов, чтобы они не знали, кто против кого. Нам будет легче продвигать свою платформу, когда вокруг будет лишь хаос и скандалы. Мы получим дополнительные очки.
— И как мы это сделаем? — не успокаиваясь, спросила Марина.
— Всё очень просто, Йорген всё организует, — и протянув руку, я продолжил. — Йорген, поясни, как всё будет организовано.
Йорген откашлялся и, перейдя к доске, начал чертить:
— Kgosi — что означает "король" или "вождь". Наш главный конкурент, он же глава правительства. У него двое детей: наследник Keitumetse — что означает "я радуюсь", и его сестра Palesa — что означает "цветок". Так вот, наследник учится в России, но учебный год подходит к концу, и потом его ждёт увлекательное путешествие по Европе. Я подготовил ему сюрпризы: в каждом городе, где будет останавливаться Keitumetse, будут происходить ограбления в музеях. И вначале никто не свяжет это с прибытием наследника в этот город, но это только вначале...