Годы холодной войны многому их научили. Даже последующие перестройка и попытка России снова занять одно из ведущих мест в мировой политике не смогло заставить их растерять полученные навыки. Как не крути, а учили молодых те, кто когда‑то учился на собственных, иногда кровавых ошибках.
Сам Джесси, всегда относился к русским с подозрением, но никогда не считал их глупцами. Чего только стоили те проблемы, что умудрились создать полиции и ФБР, так называемые братки. Въезжая в страну под видом бизнесменов средней руки, они моментально организовывались в банды, и сходу облагали данью все окрестные кварталы, где проживали не только их земляки.
По жестокости и умению обращаться с оружием, эти ребята умудрились переплюнуть и чёрных и китайцев и все остальные этнические группировки. Но самое неприятное заключалось в том, что ни одна силовая структура не могла понять их логики. Поэтому, Джесси не тешил себя большой надеждой на успех.
Увидеть всё, что можно было увидеть без помощи агентуры и завербованных стукачей, и вернуться обратно, желательно здоровым. Судя по тому, в какой спешке, а главное, с какой экипировкой его отправили в это путешествие, у начальства просто не было больше связи с постоянными агентами, работавшими в России, и отсутствие информации они решили компенсировать обычным «пилигримом».
Даже то, что его отправили на континент длинным маршрутом, говорило само за себя. Ведь даже в условиях тотального дефицита топлива и транспорта, у агентства должно было хватить ресурсов, чтобы выделить ему хоть какую‑то посудину, способную перевезти его через океан в старушку Европу.
Но, исходя из, всё того же доброго старого правила, не класть все яйца в одну корзину, начальство отправило его в дальний переход, оставив путешествие через океан кому‑то другому. Именно этого другого, Джесси ненавидел всей душой, стремительно скользя по заснеженной тайге.
Уже получая задание, он понял, что всему виной его внешность. Чёрная грива прямых, длинных волос, и высокие скулы делали его похожим на местное население. Примесь белой крови выдавал высокий рост и цвет глаз. В любом случае, встретить в этих местах человека с подобной внешностью было не сложно. В этом, Джесси не сомневался.
Размышляя, таким образом, он мчался по тайге, регулярно сверяясь с компасом и тихо сатанея от одиночества. Ему жутко хотелось просто с кем‑нибудь поговорить. Но уже спустя два часа после того, как встал на лыжи, Джесси понял, что его снова ведут. Всё те же бесшумные тени скользили по снегу параллельно его курсу, при этом оставаясь вне зоны досягаемости.
В очередной раз, посмотрев на свой компас, он огляделся и, заметив, что несколько теней мелькнуло справа, понял, что звери решили куда‑то загнать его, но ночной отстрел заставил их держаться на расстоянии. Во всяком случае, пока. Проверив, как выходит из кобуры пистолет, Джесси упёрся палками в снег, и снова заскользил вперёд.
Первое поселение людей он нашёл случайно. Просто в очередной раз, перемахнув сопку, он заметил тонкую струйку дыма, медленно поднимавшуюся над заиндевелыми кронами, и радостно улыбнувшись, стремительно кинулся в сторону жилья. Но уже на подходе к нескольким деревянным домам, сложенным из цельных стволов, он понял, что волки не собираются упускать свою добычу.
Над тайгой раздался долгий, тоскливый вой, и стая ринулась вперёд, стремительно отрезая ему дорогу. Разогнавшись на спуске, Джесси решил не останавливаться и, выхватив пистолет, взял его двумя руками, одновременно пытаясь отследить траекторию спуска. Убедившись, что видимых препятствий не заметно, он дождался, когда расстояние между ним и волками сократиться до прямого выстрела и, поймав на мушку самую крупную зверюгу, плавно нажал на курок.
Выстрел разорвал тишину и волк, громко взвизгнув, высоко подпрыгнул. Быстро переведя прицел на другого, Джесси снова выстрелил, но на этот раз промахнулся. Под лыжу подвернулась какая‑то кочка, и прицел был сбит. Но теперь, это было не важно. Дверь одного из домов открылась, и на пороге появился невысокий, кряжистый мужчина, с охотничьим ружьём в руках.
Раздался грохот, и ещё один зверь с визгом покатился по склону. Чуть не закричав от восторга, Джесси выпустил ещё одну пулю в белый свет как копеечку и, сунув пистолет в кобуру, оттолкнулся палками, увеличивая скорость. Мужик вскинул ружьё, и за спиной Джесси раздался очередной визг. Подлетев к дому, он заложил лихой вираж, гася скорость, и воткнув палки в снег, сорвал с плеча карабин.
Но стрелять уже было не в кого. Не даром волков считали самыми опасными хищниками. Потеряв трёх сородичей, стая бесшумно скрылась в тайге. Не обращая на Джесси никакого внимания, мужик перезарядил ружьё и, достав из кармана моток верёвки, отправился на склон. Увязав всех трёх убитых зверей в одну связку, он перекинул свой конец верёвки через плечо, и решительно потащил туши к дому.
Сжимая в руках карабин, Джесси насторожено всматривался в темнеющую тайгу, готовый в любой момент прикрыть мужчину огнём. Подтащив случайную добычу к порогу, мужчина бросил на Джесси внимательный взгляд, и чуть подумав, проворчал:
— Помоги занести, а то застынут, не ободрать будет.
Закинув карабин за спину, Джесси ухватил одну тушу за задние лапы, и нерешительно шагнул к дверям. Заметив его настороженность, мужик вздохнул, и неодобрительно фыркнув, приказал:
— Шагай, чего встал.
Сделав глубокий вздох, Джесси шагнул в двери с таким чувством, словно собирался нырнуть в ледяную воду. Следом за ним ввалился хозяин и, подтолкнув Джесси в спину, велел:
— У печки бросай. Сейчас обдерём, а потом и повечерять можно.
Покорно бросив тушу в указанное место, Джесси внимательно осмотрелся и неожиданно понял, что оказался под прицелом сразу восьми пар глаз. Сделав вид, что ничего удивительного не замечает, он аккуратно отставил карабин к стене и, скинув рюкзак, развязал завязки ремня. Стянув через голову кухлянку, он остался в одной рубашке и высоких торбасах. Окинув мощную фигуру Джесси долгим, внимательным взглядом, сказал:
— А штаны эти изнутри тоже меховые ?
— Да, — кивнул Джесси с заметной растерянностью.
— Тогда скидывай, а то сваришься в них. Тепло в избе.
— Простите, но мне нужно место, чтобы переодеться. Не могу же я штаны при детях снимать, — проворчал Джесси, окончательно смутившись.
— Ну, тогда в сени ступай. Там и переоденешься. Здесь отдельных комнат нету, — усмехнулся в ответ мужик, ловко подвешивая тушу под потолочную балку.
Порывшись в вещмешке, Джесси извлёк из него тренировочные штаны. Выскользнув в предбанник, называемый здесь странным словом сени, и быстро переодевшись, он вернулся обратно. За тот небольшой промежуток времени, что потребовался ему для переодевания, мужик успел ободрать одного волка, и уже подвешивал к балке второго.
Подивившись такой оперативности, Джесси потянулся, было к оставшейся туше, но мужик, заметив его жест, только отмахнулся:
— Отдыхай, сам справлюсь.
Растеряно отступив, Джесси осторожно присел на широкую, длиной от одного конца стола до другого скамью, и внимательно осмотрелся. Дом был построен старательно, явно на долго. Промежутки между брёвнами были проконопачены мхом, а небольшие окна забраны стеклом. Заметив эту дань цивилизации, Джесси немного воспрял духом.
Изготавливать стекло сами, поселенцы не могли, следовательно, где‑то не очень далеко есть поселение побольше, где можно достать нужные стройматериалы. Все предметы домашнего обихода были сделаны вручную, и Джесси даже не сомневался, что сделал их сам хозяин. Внимательный взгляд агента давно уже заметил ящик с плотницким и столярным инструментом.
Посреди дома, была сложена широкая каменная конструкция, из которой, хозяйка дома доставала горшок с чем‑то умопомрачительно пахнущим. Невольно принюхавшись, Джесси сглотнул набежавшую слюну, и тут же услышал тихий детский смех. Сделав вид, что ничего не происходит, он принялся внимательно наблюдать, как хозяин дома растягивает снятые шкуры на правиле, раме, сделанной из древесных прутьев толщиной в палец.
Разобравшись с добычей, мужик поднялся, и одобрительно крякнув, весело проворчал:
— Ну, как говорится, не было ни гроша, и вдруг алтын. Долго они тебя гнали, парень ?
— Вторые сутки пошли, — коротко ответил Джесси.
— Ну, значит, вовремя ты на нас выскочил. Меня Савелием звать, а тебя ?
— Женька, — назвался Джесси, вспомнив, как отец его русского приятеля называл его этим именем.
— Ну, Женька, так Женька, — пожал плечами Савелий, пожимая протянутую ладонь так, что у Джесси явственно захрустели кости.
— И как тебя в наши края занесло? Все большие посёлки в другой стороне находятся, а ты от тундры шёл.
— Решил эти места осмотреть. Узнать, сколько тут народу после нападения выжило, — ответил Джесси, решив не слишком уходить от истины.
— Не много, — покачал головой Савелий, разом помрачнев. – Кто после бомбардировки живым остался, в леса ушли. Первую зиму многие не пережили. Знаешь, что основную массу народу спасло? Только то, что у людей охотничьи ружья были.
Власти всё визжали, что, мол, оружие в руках, опасность, друг друга стреляют. А кто стрелял‑то? Только дураки да уроды. Нормальные люди, у кого охотничье оружие было, дома его и держали. Зато, когда твари эти налетели, хоть семьи свои спасти смогли. Не все конечно, но многим легче было. Да тут ещё волки. Совсем озверели, даже оружия не боятся.
— Я заметил. После волков, за мной росомаха увязалась, да видно отстала, — кивнул в ответ Джесси.
— Росомаха ?! — моментально насторожившись, переспросил Савелий. – Росомаха, это серьёзно. Жаль, что не подстрелил. За её шкуру можно нужные товары получить.
— Не до того было. Сначала волки, потом она, а потом опять волки. Так что, не до жиру, быть бы живу, — ввернул Джесси, вовремя вспомнив одну из любимых поговорок отца своего приятеля.
— Тоже верно, — усмехнулся Савелий. – Да и охотиться на неё с умом нужно. Росомаха, зверь серьёзный, и на рану крепкий. А уж хитрая, хлеще лисы. Того и гляди, скидку сделает и за спину зайдёт, — принялся пояснять он с большим знанием дела.