– И правильно сделал. Молодец, – похвалил его Матвей и, зачерпнув старым ковшом воды из бочки с дождевой водой, принялся смывать кровь с морды пса.
Генералы, переглянувшись, только неопределённо пожали плечами. Заметив их жест, Матвей выпрямился и, отряхивая руки, спросил:
– Что-то не так, господа офицеры?
– Да вот, смотрю на это безобразие и думаю, а что будет, если ему волю дать? – задумчиво протянул генерал из центра.
– Куча трупов, – равнодушно пожал плечами проводник.
– Так получается, что он у вас людоед?
– С чего это? – не понял Матвей. – Из-за этих уродов, что ли?
– Ну, говорят же, что если собака попробовала человеческой крови, то уже не остановится.
– Бред сивой кобылы, – отмахнулся Матвей. – Для хищника нет разницы, чья именно это кровь. Главное, чтобы она вообще была. А на человека они начинают охотиться только потому, что это самая лёгкая добыча. Я не говорю о больных или раненых животных. Это отдельная тема. А так, если здоровый зверь начал охоту на человека, значит, понял, где не нужно сильно напрягаться. А уж такие вещи они понимают быстро.
– Выходит, все легенды про людоедов только легенды? – уточнил Лоскутов.
– Ну, случаются, конечно, аномалии, но не часто, – покачал головой проводник.
– Значит, вы не опасаетесь, что однажды он бросится на кого-то в деревне? – не отставал от проводника генерал.
– Я знаю, что просто так он никого не тронет, – чуть ли не по слогам ответил Матвей.
– Ладно, вам виднее, – согласился генерал с неожиданной готовностью.
Тем временем бойцы быстро избавили тела от всей экипировки, оружия и всех мелочей, по которым убиенных можно было бы идентифицировать, и, погрузив в садовую тачку, повезли к грузовику. Вскоре о перестрелке напоминали только разбросанные по двору пистолетные гильзы и пятна крови на асфальте. Черпая ведром из ближайшей бочки, проводник принялся замывать кровь, пока она не свернулась.
Володя, которому трудно было поднимать тяжести из-за ранения в живот, принялся собирать гильзы, а Вадим взялся отгонять трофейную технику.
Через час всё было убрано. Володя, подойдя к Матвею и задумчиво подкидывая на ладони пару стреляных гильз от пулемёта, проворчал:
– Вот, а говорил, что «Утёс» на машине не нужен. Пригодился.
– Да уж, пригодился, – растерянно кивнул проводник.
– Запомни, сержант. Оружие – твой первый друг, и лишним оно не бывает. Никогда.
– Чего это тебя на философию потянуло? – удивился проводник.
– Муторно, – неожиданно признался стрелок. – Попроси у генерала один АГС на твоего «козла».
– Связи не понял, – откровенно признался Матвей. – Тебе муторно, а я должен гранатомёт добыть?
– У меня перед ранением так было. Потому и прошу АГС достать. Похоже, опять в крутую заваруху влезем, – пояснил Володя.
– Вот теперь понял, – кивнул проводник. – Добро. Будем на базе, спрошу.
– Только проси «тридцатку». У «семнадцатого» отдача больно жёсткая, – быстро добавил Володя.
С улицы их окликнули, и вскоре вся команда отправилась избавляться от улик и тел.
Это неожиданное приключение прошло удивительно незаметно. Даже наблюдательная Дана не обратила внимания на несколько влажных пятен на асфальте рядом со своим забором. Ещё через три дня Матвей получил у генерала требование на склад, для получения автоматического гранатомёта, и направление в питомник, где ему обещали оказать всяческое содействие в подборе подходящей суки для Роя.
Обрадовав Володю, Матвей дождался выходного дня Даны и, посадив её и Роя в машину, отправился в питомник. Кинологический питомник расположили недалеко от базы, в лесу. Небольшие вольеры, примерно два метра на два, прочные, сбитые из толстых досок будки и трёхметровый бетонный забор по периметру, с колючей проволокой по краю. Вот и всё хозяйство. Кухню свою решили не строить, пользуясь одной из столовых на базе.
Как объяснил Матвею генерал, так было проще контролировать расход продуктов и быть уверенным, что готовая хряпа для собак не отправится на сторону. Заправляли в питомнике пять энтузиастов, слишком старых, чтобы нести службу в строевых частях, но ещё достаточно крепких, чтобы справиться со сворой крупных собак самых разных пород. К удивлению проводника, выяснилось, что в питомнике содержали только породистых собак. Это было единственное по всей стране место, где старательно блюли чистоту крови и линии разведения.
Внимательно выслушав рассказ Лоскутова, Матвей одобрительно кивнул и, перечтя полученный документ, бережно спрятал его в нагрудный карман.
– Одного щенка я у тебя заберу, – неожиданно сказал Лоскутов.
– Уверены? – осторожно спросил проводник. – Это не так просто, как кажется. Особенно пока кутёнок маленький.
– Справлюсь. В крайнем случае вы с Данкой поможете. И это не оговаривается, – резко сказал генерал.
– Вам решать, – удивлённо покачал головой Матвей.
Добравшись до питомника, проводник предъявил приказ на КП и, взяв Роя на поводок, оказался в святая святых питомника. Встретивший их пожилой мужчина с широкой, окладистой бородой первым делом внимательно осмотрел пса и, одобрительно покивав головой, проворчал:
– Хорош паршивец. Хорош. На племя собираешься суку брать?
– Обязательно, – коротко кивнул Матвей.
– Есть у меня пара собак, – задумчиво потеребил бороду мужик.
– Только пара? – удивился Матвей. – Неужели всех на границу отправили?
– Не совсем, – мрачно поморщился бородач. – В начале войны много собак погибло просто так. Случайно. Потом, когда СКС появилось, ради щенков собак вязать начали как бог на душу положит. Главное – количество. Вот и испортили почти весь племенной материал. А эти, – тут он ткнул пальцем себе за спину, – из чистокровных. Никаких внеплановых вязок. То, что тебе нужно.
– Отлично. Давай посмотрим на них, – решительно кивнул Матвей.
Мужик провёл их коридорами между вольерами и, дойдя почти до забора, остановился. Похлопав ладонью по углу двери вольера, он коротко свистнул, и из будки нехотя вылезла крупная, молодая сука ротвейлера. Увидев Роя, она насторожилась и, пружинисто подскочив к сетке, глухо зарычала. Рой не спеша уселся и, склонив голову набок, внимательно уставился на новую знакомую.
– Как её зовут? – спросил Матвей, рассматривая собаку.
– Эльза. Чистая немка, – с нескрываемой гордостью ответил бородач.
– Агрессивная?
– Есть маленько, – скривился мужик.
– Как управляется?
– Если честно, то тяжело. Упрямая, как ишак.
– Откуда она у вас? – повернулся Матвей к мужику.
– Приятеля моего псина. Погиб он. Я её у развалин его дома нашёл. Кожа да кости. Думал, не выхожу. Ничего, оправилась. Вон, какая красавица получилась. Вот только с подчинением у неё действительно проблема. Меня ещё кое-как слушается, а вот посторонних…
Словно в подтверждение его слов, Эльза вдруг сорвалась с места и, прыгнув прямо на сетку, попыталась дотянуться до Матвея. Ожидавший чего-то подобного проводник не отшатнулся. Положив обе ладони на сетку, он присел на корточки и, заглядывая собаке в глаза, тихо проговорил:
– Ну что ты злишься, девочка? Я ведь не драться к тебе пришёл. Что с тобой такое случилось?
– Она скучает, – получил он неожиданный ответ от Роя.
– По хозяину? – на всякий случай уточнил Матвей.
– Да.
– Посмотрим на вторую собаку?
– Да.
– А где вторая сука? – спросил проводник, поднимаясь.
– Там, за углом. Эльза её почему-то терпеть не может, – вздохнул бородач.
Они перешли ко второму вольеру, и мужик, так же свистом вызвав из будки собаку, негромко сказал:
– Это Тейла. Тоже немка. Но она постарше Эльзы, досталась мне случайно. На дороге твари машину с беженцами обстреляли. Хозяев убило, а ей левое бедро опалило. Залечил, но она какая-то угрюмая стала. С послушанием всё отлично, но как-то механически, словно на автомате. Такое впечатление, что где-то в облаках витает. Если честно, для племени я бы Эльзу рекомендовал.
– Это ему решать, – ответил Матвей, кивая на Роя.
Сука подошла к сетке вольера и принялась с интересом рассматривать Роя. Сам Матвей, присев на корточки, осторожно погладил пса по шее, одновременно спросив:
– Которая из них тебе больше нравится?
– Эта, – коротко ответил Рой. – Та слишком злая. Она злится на всех и не хочет слушать. Она думает, что все виноваты, что её хозяина убили.
– А эта как думает? – с интересом спросил проводник.
– Она видела, кто убил её хозяев. И она хочет воевать. Она хочет убивать врагов.
– Поэтому выполняет все команды?
– Да. Она показывает, что умеет работать, но хочет добраться до жидких.
– А ты не думаешь, что она решит убежать, когда окажется в деревне?
– Зачем?
– Чтобы искать жидких.
– Я показал ей, откуда они пришли.
– И что?
– Она не верит, что они пришли с неба. Говорит, я хочу обмануть её, чтобы заставить подчиняться тебе.
– И как её можно убедить?
– Помоги мне, – неожиданно попросил Рой.
– Как?
– Я покажу ей то, что было с нами. Это есть в твоей голове. Нам нужно слияние, – ответил пёс и, повернувшись, ласково лизнул его в лицо.
– Ты уверен, что это нужно? – осторожно спросил Матвей, вспомнив, как тяжело бывает после такого единения.
– Да. Иначе она не поверит мне и не будет слушаться тебя.
– Хорошо. Только нужно сделать так, чтобы этот бородатый ничего не понял, – вздохнул Матвей.
– Отошли его. Скажи, что я буду с ней знакомиться, а вы просто будете ждать, – посоветовал пёс.
– Ладно, попробую, – кивнул Матвей и, выпрямившись, сказал, поворачиваясь к хозяину питомника: – Похоже, Рой решил остановиться на ней. Мы попробуем войти в вольер и познакомиться поближе. В общем, если у вас есть дела, то можете идти. В любом случае, если они не поссорятся, мы зайдём к вам, чтобы бумаги оформить.
– Хорошо. Как раз пора кормить начинать. А рук не хватает, – вздохнул бородач и, развернувшись, тяжело затопал в сторону конторы.