— Воды.
Вереница воинов двигалась по непроходимым джунглям, ругаясь сквозь зубы и обливаясь потом. Прибывший на корабль человек рассказал, что купец ушел за рабами и попал в засаду, которую устроили воины соседнего короля. Юрген был абсолютно прав, когда говорил, что на этой земле постоянно кто-то с кем-то воюет.
В итоге, чтобы получить свои деньги за охрану, викингам предстояло вытащить своего нанимателя из передряги. Старательно расспросив беглеца, Вадим выяснил, что за рабами ушли только десять солдат, вооружённых мечами и железными кандалами, в которые планировали заковать купленных рабов.
Самому Вадиму вся эта история напоминала дурной детектив, но спорить с капитаном не приходилось. Озверев от таких новостей, Свейн чуть было не кинулся в погоню без доспехов. У экипажа ушло два часа на сборы. Оставив на борту десять человек, капитан увёл остальных в погоню. И вот теперь они шли по джунглям, всматриваясь в едва заметные на влажной земле следы. Сначала до места засады их вёл беглец, а потом им пришлось стать следопытами.
Десяток пленников не могли пройти в этих дебрях бесследно. Пристроившись следом за вырвавшимся из засады беглецом, Вадим то и дело всматривался в следы и всё больше убеждался, что здесь что-то не так. Даже дикари не могут быть столь беспечны, чтобы позволить одному из противников бежать.
А уж тем более те, кто родился в этих местах. Что им стоило просто догнать беглеца, зная джунгли, как свой карман. Эти мысли заставляли Вадима нервничать всё больше. Стараясь двигаться как можно тише, он внимательно всматривался в окружающие джунгли, хотя отлично понимал, что вся эта толпа ломится, словно мамонт по кукурузе.
Ближе к вечеру он вдруг почувствовал, как в затылке прямо над ямкой, куда так удобно всаживать пулю, словно образовалась ледышка, и все волоски на теле встали дыбом. Так всегда бывало перед опасным боем. Давно уже привыкнув доверять своим инстинктам, он остановился и, ухватив Свейна за локоть, резко скомандовал:
— Прикажи всем приготовиться и держать оружие в руках.
— Что с тобой, парень? — мрачно спросил капитан.
— Опасность, — коротко пояснил Вадим, вслушиваясь в джунгли.
Стоявший рядом с ним кормчий, внимательно посмотрев на найдёныша, согласно кивнул и, сняв с пояса секиру, добавил:
— Он прав, брат. Что-то не так. Слишком тихо стало. Свейн уже набрал полную грудь воздуха, чтобы по привычке рявкнуть команду, когда Вадим, вздрогнув, быстрым движением зажал ему рот, тихо прошипев:
— Не вздумай орать.
Удивлённо кивнув, Свейн медленно выпустил воздух через нос и потянул из ножен меч. Но закончить движение он не успел. В воздухе что-то тихо свистнуло, и воины начали валиться на землю, словно снопы. Едва заслышав этот свист, Вадим резко обернулся, вскидывая щит, висевший на левой руке. Что-то ударило в древесину, а в следующую секунду, он почувствовал укол в шею.
Вадим хотел приложить к этому месту руку, но она не слушалась. В глазах потемнело, а ноги стали ватными. Земля вдруг резко качнулась и бросилась ему навстречу. Больше он ничего не чувствовал. Последним, что Вадим запомнил, были голые мускулистые ноги, вымазанные чем-то серым.
…Пробуждение напоминало утро с похмелья. Головная боль, сухость во рту и ломота во всех суставах сразу. С огромным трудом открыв глаза, Вадим обвёл мутным, расфокусированным взглядом помещение, в котором оказался, и, не сдерживаясь, в полный голос выругался. Он лежал на дне глубокой ямы, стены которой были выложены грубо обтёсанным камнем.
Вскинув голову, Вадим старательно всмотрелся в края ямы и, убедившись, что выбраться отсюда просто так, с ходу, не получится, опустил взгляд. К его удивлению, в яме он оказался вместе с Юргеном и Свейном. Все остальные воины куда-то пропали. Пошевелившись, Вадим услышал звон кандалов и, подняв руку, в очередной раз выругался.
На запястье был замкнут широкий браслет, с которого свисала толстая железная цепь. Посмотрев на неё так, словно цепь была лично виновата во всех его проблемах, Вадим медленно поднялся и, утвердившись на подгибающихся ногах, принялся осматривать тюрьму. В стороне от лежавших вповалку воинов стояли два деревянных ведра.
К огромной радости Вадима, в одном из них была вода. Другое, накрытое крышкой из плетёных пальмовых листьев, судя по запаху, использовалось как параша. Опустившись перед ведром с водой на колени, Вадим принюхался к содержимому и, не заметив посторонних запахов, напился. Сухость во рту прошла, и Вадиму заметно полегчало.
Вернувшись к циновке, на которой очнулся, Вадим принялся осматривать свои кандалы. Толстое железо, длинная цепь и заклёпки на проушинах. Ухватив браслет, Вадим потёр его о камень стены и с удовлетворением кивнул. Обычное железо. Никакой закалки или цементирования. Похоже, технологии обработки стали сюда ещё не добрались.
Но вспомнив, откуда у нападавших кандалы, Вадим мрачно скривился и, развернувшись к стене, принялся скрести заклёпку о камень. Неприятный звук наполнил яму, и лежавшие в отключке воины начали приходить в себя. Первым очнулся Свейн. Подняв голову, он медленно огляделся и, увидев Вадима, хрипло проворчал:
— Чтоб тебя ледяные тролли сожрали. От этого скрежета у меня зубы дребезжат.
— Лучше присмотрись, что у тебя на руках. Вон там стоит ведро с водой. Напейся, станет легче, — не останавливаясь, ответил Вадим.
— Проклятье, что ты там делаешь? — прокаркал Юрген, поднимаясь на руках.
— Надоели ваши дурацкие вопросы. Разуйте глаза, и сами всё поймёте, — зарычал в ответ Вадим, продолжая тереть железом о камень.
— Кувалда Тора! Откуда эти кандалы? Где мы? Что вообще случилось? — взревел Свейн, рассмотрев собственные наручники.
— Хорошие вопросы. Только ответов у меня на них нет. Могу только догадываться, — зло усмехнулся Вадим, на минуту останавливаясь и внимательно осматривая результаты своей работы.
— Рассказывай, — решительно потребовал кормчий, стирая с бороды капли воды.
— Похоже, нас специально завели в ловушку. Использовали отравленные дротики, а потом притащили сюда и, заковав в кандалы, сунули в эту яму. Это всё.
— Ну это я и сам понял, — мрачно проворчал Свейн.
— И давно? — не удержался от шпильки Вадим.
— Что давно? — не понял Свейн.
— Давно ты понял, что нас ведут в ловушку? Помолчав, капитан мрачно усмехнулся и кивнул:
— Ты прав. Я действительно глупец. Не стал вас слушать и завёл на край могилы. И вас, и ребят.
— Ты ещё начни головой о стену биться, — фыркнул в ответ Юрген.
Услышав его слова, Вадим не удержался от смеха и, продолжая тереть заклёпку о камень, добавил:
— Может, если он как следует разбежится, то вышибет несколько булыжников из стены? Тогда нам было бы проще отсюда выбраться.
— Его лоб можно запросто использовать вместо тарана, — поддержал Юрген.
— Хватит ржать, — огрызнулся на это Свейн. — Лучше объясни, что ты там пытаешься выскрести из стены?
— Стираю заклёпку кандалов о камень, — пояснил Вадим.
— Зачем? — снова не понял Свейн.
— Кормчий, глянь-ка, у нашего капитана голова цела? А то у меня такое впечатление, что ему последние мозги вышибли, — попросил Вадим, продолжая работать.
— Там всю жизнь пусто было, — пожал плечами Юрген, медленно поднимаясь и подходя к Вадиму.
Присмотревшись к результатам его работы, он одобрительно кивнул и принялся высматривать такой же камень. Пристроившись неподалёку, Юрген примерился, и вскоре яма огласилась двойным скрежетом. Свейн заорал во всю глотку:
— Вы решили с ума меня свести?
— Придётся терпеть, капитан. Я не хочу подыхать связанный, словно баран на бойне, — твёрдо ответил Вадим.
Но закончить он не успел. Раздался скрежет дерева о камень, и над ямой показалась чёрная как уголь физиономия с вывернутыми губами. Сверкнув белозубой улыбкой, физиономия исчезла. Потом в яму упала веревка, и громкий голос гортанно приказал:
— Вы обвязаться верёвкой по одному, мы вас доставать.
— Вот и возможность выяснить, куда нас занесло. — прошептал Вадим, моментально приготовившись к любому развитию событий.
— За кого он нас принимает? — возмущённо прорычал Свейн и, ухватившись за верёвку широкими ладонями, крикнул: — Поднимай!
Верёвка натянулась, и капитан, привычно перебирая ногами, начал быстро подниматься. Оказавшись наверху, Вадим прищурился, чтобы глаза быстрее привыкли к яркому солнечному свету. Первое, что он увидел, был широкий обсидиановый наконечник копья. За древко держался высокий мускулистый негр в набедренной повязке и птичьих перьях.
Ритуальные шрамы украшали лицо и торс воина. Улыбаясь как ни в чём не бывало, воин ткнул пленника копьём, направляя в нужную сторону. Усталость, головная боль, злость смешались в один убойный коктейль. В таком состоянии Вадим очень напоминал тигра, у которого разболелись зубы. Так бывало и в прошлой его жизни.
Не думая о последствиях, он одним движением перехватил копьё, и в следующую секунду негр с воплем полетел в яму, из которой их только что достали. Не ожидавшие такой прыти дикари растерянно замерли, не зная, что делать. То ли бросаться вязать наглеца, то ли проверять, что случилось с их приятелем. Из задумчивости их вывел грозный рык человека с золотыми браслетами на запястьях.
— Достаньте эту падаль из ямы и не спускайте с них глаз, — рявкнул он, вскидывая стальной ятаган.
Это оружие и браслеты явно были его знаками отличия. Разом очнувшиеся негры дружно вскинули оружие. Один из них глянул в яму, окликнул упавшего по имени, что-то сказал и оглянулся на командира.
Тот сделал повелительный жест, и дикари скинули в яму верёвку.
Тот, что заглядывал в яму, спустился вниз. Вскоре оттуда вытащили тело, и Свейн, удивлённо покосившись на Вадима, тихо сказал:
— Не знаю, как ты это сделал, но парень мёртв. И похоже, тот павлин с саблей здорово разозлился.
— Это не сабля. Это ятаган, — задумчиво поправил его Вадим, не сводя взгляда с окружавших их воинов.