— Это я, Квист Мерлоу, дорогая. Не узнала отца своего будущего ребенка?
В глазах Айли промелькнуло сознание, но она словно бы не узнавала меня. Неужели была в бреду?
— Ну а ты, Вигги? Ты узнаешь меня? — я посветил гному в лицо. Тот прищурился и отвернулся.
— Вот черт! Сколько вы тут проторчали? Подождите. Не уходите никуда. Насколько я помню в камерах хранения должны быть кулеры или графины с водой.
Я был очень воодушевлен неожиданной встречей и своей властью, что не заметил, как дошел до соседнего помещения, набрал два пластиковых стакана воды и вернулся к невезучим грабителям.
— Вот. Попейте, — я дал каждому по стакану и уселся на стол. — Ну, что? Так лучше? Не торопитесь, говорят если долго изнемогать от жажды, то пить потом нужно маленькими глотками. Вот так.
Я взял вторую сумку с деньгами и вывалил из нее купюры. Было бы хорошо переместиться в Аталию прямо с этими деньгами, но, как и все между нашими мирами, темные купюры отличались даже шрифтом цифр на них, не говоря уже о рисунке.
— Спасибо… — проговорила кудрявая. Ей стало заметно легче.
— Не стоит! — махнул я рукой. — Я так понял, что вы что-то не поделили с тем гномом в коридоре и вместо того, чтобы убраться отсюда с наживой, он запер вас в хранилище? Только не могу понять, зачем он сам застрелился?
Пока я ждал ответа почти от сгнивших заживо, то вдруг догадался сам.
— Я понял! Тот гном самый чувствительный в вашей банде, так? Он был против того, чтобы вы расстреливали невинных и таким образом свершил свое правосудие! — я ухмылялся своей смекалке и довольно мотал своей головой.
Горе-грабители молчали и только изредка я слышал негромкие глотки.
— А помните, как нам было весело на ферме в Глубоких Топях? — продолжил я, светя поочередно то на Айли, то на Вигги. — Я так хохотал, когда тот лопух, что лежит сейчас наверху, целился в меня из обреза, а я не должен был кончать.
Я специально посмеялся, словно тогда это действительно забавляло и теперь воспоминания делали меня счастливым.
— А как было весело, когда целая орда мертвецов двигалась в сторону фермы, я попросил вас взять меня с собой и вы в очередной раз наставили на меня пушку, дали по газам и свалили оттуда!
Некоторое время смеясь, а потом вдруг сделавшись серьезным я наставил пистолет на Айли.
— И смотрите как нам весло сейчас. Вы подыхали от обезвоживания в бронированном хранилище и когда уже должны были отбросить коньки, я нашел вас и дав по стакану воды продлил жизнь еще на несколько минут.
— Минут? — спросила Айли.
— Да.
В этот самый момент я навел пушку на Вигги и глядя в глаза, полные ужаса — выстрелил. Гримаса страха и удивления застыла на его лице, а голова упала на грудь. Сладкое чувство мести захватывало меня.
Я взял в одну руку обе сумки и подошел к Айли, которая от страха выпустила из рук пластиковый стаканчик и разлила больше половины воды.
— Если ты веришь в реинкарнацию и через какое-то время переродишься в другом теле, никогда не забывай, что когда-то тот, кого ты бросила на растерзание мог спасти тебя, но из мести отправил на тот свет.
Я приставил пистолет к ее голове. Раздался выстрел.
— Какого… — заорал я, и почувствовал, как из живота вытекает кровь.
Гребанная сука держала обрез в руке, а дуло выпускало дым. Я почувствовал, как отнимаются ноги, а в глазах темнеет.
Глава 16. Добро пожаловать в Рай
Я завалился назад и от падения на спину меня остановила только ножка стола на которую я теперь наваливался. Фонарь, выпавший из руки, светил в мою сторону, и я видел, как сквозь пальцы, которыми я пытался зажать рану просачивалась кровь. Она капала на пол и впитывалась в темные купюры, чуть раньше высыпанные мной из сумок.
— Блять! Чертова тварь! Ты подстрелила меня?! — превозмогая боль скрежетал я зубами.
Скрывающийся во мраке, после того как свет направился на меня, силуэт Айли медленно задвигался.
— Думал…грохнешь…меня здесь и…все? — ей до сих пор было тяжело говорить.
— Вот черт! Черт! Черт! — я пытался зажимать рану, но чувствуя, что это не помогает и смерть с каждой каплей крови приближается еще на шаг, впадал в панику.
— Если хочешь…прожить дольше, лучше перестань…паниковать… — донесся голос кудрявой, и я увидел, как ее тень поползла в сторону выхода.
— Не слишком поздно для полезных советов?! — взвыл я и попытался выровнять дыхание.
Айли, опираясь на стеллаж с деньгами смогла подняться на ноги. Она подобрала одну из пустых сумок, приготовленных мной, положила на стол и принялась складывать в нее деньги.
— Надо признаться…я благодарна тебе, Квист, — сказала она. — Ты слышишь меня?
— Да пошла ты… — выдавил я. С каждой секундой говорить становилось все сложнее, а вот к темнокожей наоборот, кажется, силы возвращались.
— Я даже не знаю, сколько провела времени в этом сраном гробу, — начала она. — Но могу сказать точно, что сдохнуть так, как подыхаешь ты, гораздо лучше, чем глодать пятки своего подельника и знать, что все равно скоро умрешь.
Я уже не мог говорить. Вернее, знал, что каждое слово вместе с кровью, вытекающей из моего живота, мотивирует смерть нестись в мою сторону гораздо быстрее. Кудрявая продолжала набирать деньги в сумку.
— Кстати. Если тебе станет легче… Не так давно у меня начались месячные. Знаешь, что это значит? Нам не суждено стать родителями. Может это и к лучшему. Перед тем как выстрелить в тебя, я еще какое-то время думала сделать это или нет, а когда вспомнила, что нас с тобой ничего не связывает быстро приняла решение.
Она застегнула одну сумку, подняла с пола вторую и принялась наполнять сложенными на стеллажах купюрами.
— Ты очень любишь поболтать, Квист. Обычно разные злодеи обожают почесать языком, давая время своей жертве опомниться и в конечном итоге победить. Но в нашем случае роль антагониста сыграл ты. И вышло довольно глупо. Для тебя. И удачно для меня.
Своими разговорами она навела меня на мысль. Пистолет, который я выронил из рук вместе с фонарем, лежал где-то неподалеку среди пачек денег, но из-за плохого освещения и тумана, который застилал глаза я не знал, где точно. Нужно попробовать нащупать его ногой.
— Ты сказал, что Тойд застрелился? Так и надо этому недоростку. Я знала, что он самый чувствительный из нас, но что он решится пойти против Вигги… Гном оказался с яйцами. Но мысли о том, что сначала он расстрелял целую толпу невинных, а затем похоронил заживо, как он думал, нас с Вигги, все-таки свели его с ума.
Замок на молнии застегнулся, возвещая о том, что и вторая сумка теперь собрана. Меня уже начинало тошнить. Из последних сил я открывал глаза, зная, что если закрою их сейчас, то уже навсегда.
— Ну что, красавчик, — Айли опустилась на корточки и пошатнулась. Видимо чувство свободы воодушевило ее, но тело еще было слабым. — Прощай. Как говорится, не поминай лихом.
Она приблизилась своими губами к моим и поцеловала.
— Ох, — тут же отстранилась она и вытерла со своих губ мою кровь. — Дела совсем плохи.
Кудрявая подняла фонарь, встала и прошла к проходу, ведущему наружу. Очертания ее силуэта теперь стали четкими, благодаря красному освещению, исходившему из коридора. Она направила свет от фонаря на меня.
— На всякий случай, — заговорила Айли, растягивая слова. — Я еще и закрою тебя здесь. Как выяснилось ты живучий мужик…
Если прежде я думал дождаться, когда она свалит и уже потом доползти до верхних этажей и попробовать оказать себе помощь, то сейчас мое сердце бешено заколотилось от возможного заточения.
Я из последних сил придвинул пяткой пистолет, который нащупал почти сразу, но решил, что мне не хватит сил подтянуть его. Затем завалился на бок, приложил последние усилия чтобы подползти к нему и схватился за рукоятку. Айли устало посмеялась, скрылась за дверью в хранилище и щель, через которую внутрь попадал красный свет стала сужаться. Я нацелился на проход и выпустил всю обойму. Когда дверь захлопнулась, я еще раз глубоко вдохнул и…умер?
— Готовьте пять кубиков адреналина! — слышал я сквозь глубокий сон.
Следующими ощущениями была тряска. Такая, как будто я на автомобиле на высокой скорости проезжал через трамвайные пути, только рельсов было гораздо больше, чем обычно. Я лежал на спине. Попытавшись открыть глаза, я увидел яркий свет флуоресцентных ламп и тут же закрыл их.
— Жизненные показатели Волка Смерти в норме? — возбужденным голосом проговорил кто-то. У меня появилось ощущение, что я его уже где-то слышал.
— Нет. Животное до сих пор при смерти. Если мы не вытащим этого друида с того света, то все наши планы на Аталию можно отложить в долгий ящик…
— Ты должен спасти его, Лоухэлаэд, — я узнал в голосе старика-эльфа, и картинка стала складываться.
Каталка, на которой меня транспортировали подскочила на пороге, еще немного проехала и остановилась. Я снова попытался поднять тяжелые веки.
Белый потолок, слева висела капельница, справа на меня светил яркий свет лампы. Операционная? Медсестра с голубыми глазами в маске и шапочке наклонилась ко мне, заглянула в глаза, притронулась к груди и прибор, измеряющий сердцебиение и давление, заработал быстрыми короткими пиками.
— Пулевое ранение в брюшную полость, — сказал третий мужской голос, которого я прежде не слышал. — Скоро будет целитель?!
Целитель? Слава Богам! Обожаю этот мир! Никогда терпеть не мог хирургические операции. После них так долго восстанавливаться, а сейчас ко мне придет дядя, который взмахнет палочкой и направит мой живот. Давайте, ребятки. Вылечите старину Квиста, а затем я перестреляю вас за то, что забрали у меня Хуча и Ласковую Тень. Параллельно еще и за то, что распространили эту заразу в Аркалисе.
— Простой целитель тут не справится, — ответил Лоухэлаэд. — Зовите мага крови.
В операционной воцарилось молчание.
— Но… Магия Крови запрещена… — робко пробубнил незнакомый мне голос.