Блять… Нужно будет потренироваться использовать эту способность. Одному из нелюдей наконец удалось остановить самонаводящуюся стрелу телекинезом, а остальные тут же направили свои луки в мою сторону. Времени на размышления не было. Я припал к земле и окунул ладонь в лужу крови, вытекшую из тела эльфа, лишенного ног.
— Atalia Viahgi Luan’i! — крикнул я, видя, как стальной наконечник пущенной в меня стрелы летит прямо в мою грудь.
Магия мгновенно перенесла меня в мир Аталии и с руками по локоть в крови я оказался перед телегой, которая резко затормозила, а испугавшийся меня конь встал на дыбы.
— Грога рахалла мага град! — завопил возница-орк. Вокруг мирно сновали орки-горожане, каждый из которых тут же обратил внимание на меня, услышав громкий возглас.
Брошенный сверху топор упал чуть поодаль. Еще немного и я был бы мертв.
Я вставил одну из стрел, взятых у безногого эльфа в лук, просто представил, как она вылетает и разит каждого, кто целится в меня. Выпустил. Снаряд полетел, прошибая шеи орков насквозь. Не дожидаясь конца представления, я побежал за ворота. Огромные зеленые туши падали сверху, словно внезапно начавшийся орочий град, сильным грохотом доспехов заполняющий всю округу.
Преодолев мост, ведущий через глубокий ров, наполненный водой, и который орки с громкими воплями уже начали закрывать, я ринулся в сторону, в которую указал подохший у меня на руках эльф. В Аталии светило яркое солнце и своей умиротворенной обстановкой усыпляло мою бдительность. Но я точно знал, что как только произнесу заклинание — тут же окажусь в самой гуще разыгравшейся битвы.
Я бежал по огромному полю, засеянному высокими плодоносными кустарниками, а орки-пасечники, с треугольными шляпами на головах в хлопковых грязных дырявых халатах собирали с них урожай в виде каких-то круглых сладко-пахнущих фруктов. Горн у меня за спиной возвестил о том, что на убийцу, внезапно оказавшегося в Аркалисе, открыли охоту. Видимо пущенную мной стрелу наконец удалось остановить.
Запыхавшись от усталости, я из последних сил пробирался к Утесу Печали, оставляя за собой шлейф опускающейся на тропинку пыли. Орки-крестьяне оглядывались на меня, но никто даже не думал преграждать дорогу. Весь измазанный в крови друид со стрелой и луком на перевес не вызывал желания останавливать его. У крестьян. Трусливые огромные глыбы, которые уже в средневековье начали прогрессировать в тот мир, который я неплохо знал, давно перестали быть смелыми и безрассудными, ступив на путь феодального общества.
На самом верху Утеса Печали блестел на солнце высокий обелиск. Пора.
Я оглянулся в поисках жертвы, благодаря которой смогу вернуться в Итранию. Из-под одного куста торчали ноги. Я подошел поближе и увидел убитого орка. Какого хрена?
Внезапно я почувствовал на себе взгляд. Обернулся и увидел маленького мальчика. Орка. Он стоял с лукошком в руке, которое тут же выпало на землю, а неведомые фрукты рассыпались в разные стороны.
— Оргогга? — спросил он, как сказала бы Валькирия, на свое обезьяньем.
— Блять… Мне жаль, парень, — я навел на него лук и пробормотал. — Надеюсь на орках эта магия тоже сработает.
Выдох. Труп паренька теперь валялся недалеко от меня. Я подбежал к нему и опустился на колено, чтобы обмокнуть ладонь в зеленую кровь.
— Itrania Viahgi Luan’i!
Одно закрытие век привело к тому, что я вновь оказался в охваченной мраком и битвой Итрании.
В разных сторонах горели костры, а воздухе витал аромат горелой плоти. На поле, которое мирно прорастало фруктовыми кустами в Аталии, теперь сражалась целая тьма нелюдей. Над серебряными и черными волнами, нахлынувшими друг на друга возвышались фигуры великанов, вздымающие в воздух свои огромные дубины и опускающие их на головы остроухих нелюдей. Крылатые ящерицы, изрыгающие из пасти пламя и плавящее черные доспехи гномов, сражались на стороне эльфов как бы в противовес огромным великанам с рогами на своих носах. Но и чешуя эльфийских питомцев не всегда выдерживала под натиском ударов топоров берсеркеров.
Я принялся карабкаться на сам утес, ориентируясь на блеск обелиска, который отражал свет луны.
— Арайлия! — крикнул я, взобравшись на холм.
И сейчас никто не ответил, но на этот раз я знал почему. Все маги, которые должны были атаковать гномов и разбить армию низкоросликов были мертвы. Эльфийка, так сильно похожая на Ласковую Тень с раной в груди сидела у обелиска, навалившись на него спиной. Перешагивая трупы эльфов, я подошел ближе. Арайлия смотрела на меня взглядом, который еще не умер, но был уже на волоске от смерти.
— Ты… — промолвила она.
— Вот блять! Держись! — я оторвал кусок от мантии, которая была на трупе мага, лежащего неподалеку, и приложил к ране. — Кто это сделал?!
Эльфийка пошевелила губами, но я не понял, что она хочет сказать. На ее шее висел странный медальон, которого я не приметил прежде. Она потянулась к нему. Я догадался, что принцесса хочет его снять и обхватил бордовый камень, окаймленный серебром, рукой.
Вместо лица эльфийки перед моими глазами неожиданно понеслись картинки. Словно я смотрел сон. Сначала я видел, как Арайлию коронуют на широкой белоснежной площади, а все эльфы подкидывают свои шляпы вверх. Затем я видел, как армия под ее предводительством завоевывает города гномов и орков. Как на той же большой площади вешают людей и гоблинов. Затем картинки понеслись быстрее. Прогресс. Армии на лошадях с мини-арбалетами встречаются на поле боя. Эльфы, несомненно, захватили власть на планете. Люди, орки, гномы и гоблины стали рабами и трудятся круглосуточно в шахтах, а того мира, который я знал, больше не существовало.
Я выпустил амулет из рук и тут же перенесся назад на разбитую ротонду. Туда, где был Верховный совет, пока снаряд гномьей баллисты не прервал его. Под завалами лежали мертвые эльфы, а в самом углу я увидел тело Квиста Мерлоу.
— Это что еще за хрень? — произнес я вслух.
Все происходящее, казалось, сном, а видения, увиденные мной, я до сих пор не мог трактовать. Амулет хотел сказать мне, что Арайлия местный Гитлер? Что, встав на ее сторону я обрекаю всю Итранию на ужасное будущее. Кто и какого хрена перенес меня сюда? Лук со стрелами до сих пор были при мне. Точно такое же оружие валялось меж камней. Я должен буду взять его, когда очнусь… А сейчас кто-то перенес меня в недалекое прошлое и явно хотел, чтобы я изменил будущее.
Так, ладно. Ничего не меняется. Нужно идти на Утес Печали и там поговорить с принцессой. Может быть мне удастся спасти ее?
Я снял с одного из раздавленных эльфов черный плащ, надел его на себя, приложил руку к трупу и произнес заклинание. Не помогло. Нелюдь еще дышал. Тогда я подобрал добротный булыжник и несколькими ударами по голове добил военачальника. Повторил заклинание. Аталия.
Натянув капюшон, чтобы видеть только место куда ступаю, я побежал по дороге, которую хорошо запомнил, уже единожды преодолев этот путь, только в другом мире. На этот раз все орки вели себя спокойно, не обращая никакого внимания на дружелюбного путника, скрывающего свое лицо. Я очень быстро добрался до моста, ведущего из города и преодолел поле, по которому очень скоро буду убегать от преследователей.
Добравшись до Утеса Печали, который тут наверняка был символом радости, я уловил движение в одном из кустов. Там был орк. Я уже точно знал, что, принеся в жертву его, у меня получится попасть за завесу. Выстрел. Смерть. Итрания.
Звуки битвы, запах горелой плоти. Все то, что я уже чувствовал однажды. Времени было мало. Я взобрался на холм. Успел!
— Квист Мерлоу? — Арайлия заметно удивилась, увидев меня среди рядов боевых магов, готовых обрушить волшбу на армию гномов, сражающихся внизу. — Я думала ты мертв. Как раз вовремя. Нам нужно еще несколько минут и эта битва закончится.
— Несколько минут? На что? — спросил я.
— Мы копим энергию, чтобы убить проклятых низкоросликов.
— Нельзя этого допустить! — из-за обелиска вышел гном, держащий в руках тот самый амулет, который показал мне прошлое. На его шее я заметил другую подвеску. Случаем…это не тот кулон, который делал из меня сумасшедшего психа, но давал нехилую защиту?
На шамане была черная шкура, волосы заплетены в дредлоки с висящими на них ракушками, а бороду он не мыл, похоже, приличное количество лет. Вокруг гнома светилась полупрозрачная сфера. Точно, это тот самый амулет. Один из эльфов выпустил во врага огненный шар, но тот только облизал защиту, совершенно не навредив самому гному.
— Я видел будущее и видел настоящее, — произнес шаман. — Если ты останешься на стороне эльфов, Квист Мерлоу, то весь мир умрет.
Теперь я понимал, почему убил принцессу и всех этих магов в будущем. Кажется я действительно должен вмешаться в историю. Это мое предназначение! Нет! Я не допущу, чтобы существа этого мира умирали под гнетом тирана. Может быть вот он, мой шанс исправить прошлые ошибки?
Нужно было решать. Я прыгнул внутрь купола и натянув тетиву выпустил стрелу, разящую весь отряд Арайлии. Шаман сделал пару взмахов руками и молнии, ударившие с черного неба, сразили еще несколько десятков эльфов. Вставив следующую стрелу, я прицелился в грудь Арайлии.
— Что ты делаешь, глупец?! — произнесла она, но я не позволил ей договорить. Острый наконечник пронзил ее сердце и заставил прижаться к обелиску.
Вместе с шаманом мы еще несколько минут убивали магов, которые даже не могли пробить защиту, черпающего силу из-за завесы амулета. Как только все было кончено я повернулся к гному.
— Спасибо. Я правда не знал на чью сторону должен встать… — облегченно и слегка улыбнувшись произнес я.
— Ты сделал правильный выбор, — ответил шаман и дотронулся до моей руки.
Озноб тут же поразил все мое тело, и я оцепенел. Попробовал пошевелить руками. Тщетно. Я свалился на землю, глядя в стеклянные глаза принцессы Арайлии. Гном подошел к принцессе и надел амулет, переносящий в прошлое ей на шею.
Вот урод! Это был всего лишь гнусный план проклятых низкоросликов! Я хотел сломать ему хребет или выгрызть кадык собственными зубами, но не мог пошевелиться. На моем лице застыла все та же глупая улыбка.