Я ощупал карманы. Кольцо Света. С тех пор, как снял его на той крыше в Гильдрисе больше не надевал. Но всегда носил при себе, чтобы Таарис или его сообщники не присвоили артефакт, пока я учусь убивать чудовищ.
— Да…это кольцо…
Я выложил драгоценность на железный столик и прошел сквозь металлоискатель снова. Отлично. Теперь он не издал ни звука. Тогда я взял кольцо и дождавшись Другза с Оглой двинулся к трибуне.
На подходе стоял орк-распорядитель. Он смотрел на гербы, вышитые на наших одеждах, и сообщал, где находятся отведенные тем или иным купидонам места. Мы поблагодарили скитальца за помощь и пошли к трибуне.
На первых рядах сидят преподаватели. Здесь и Аментьен Даваэль с факультета стрелков и Волиус Тихорукий, наставник с факультета убийц. Даже господин, преподающий Правоведение — монах, который за все время учебы так и не назвал нам своего имени. И, конечно, остальные учителя, с некоторыми из которых я уже знаком лично, а с другими еще предстоит встретиться на будущих курсах.
Обычно при входе на Кровавую Арену металлоискатель не ставили. Но сегодня особые меры безопасности. Согласно кодексу, студентам нельзя в день Поединка Чести проносить с собой холодное оружие и любое другое, способное нанести увечья. Сегодня умереть должен только один скиталец и никто больше. Даже если с этим кто-то не согласен.
Всех алхимиков посадили на отделенные от остальных места и теперь между нами и купидонами с других факультетов стояли вооруженные скитальцы.
Я положил на свое сиденье свитер. Многие предусмотрительно брали с собой что-то, на чем можно будет не отморозить пятую точку. На последнем уроке, когда Олвин из мечников сражался с Трехпалой Ярицей, многие знатно подмерзли и теперь хорошо подготовились. Еще бы! В лютый мороз ждать, пока жалеющий чудовище купидон, наконец нанесет смертельную рану своему противнику, занятие не из быстрых.
— Скоро начало? — спросил я, выдохнув пар на открытые руки. Потер их друг о друга, сунул в карманы куртки и сел.
— Дождутся, когда придут все, — ответил Другз и забрался на сиденье рядом.
Огла сидела на ряду перед нами. Места для орков были только там.
Мы больше не разговаривали. Темы были, но все они меркли перед той, которую после сегодняшнего дня будут обсуждать еще долгие годы.
Лорд Таарис и мастер Ллойд. Эльф и гном сойдутся в схватке на жизнь. Или вернее будет сказать, на смерть? Большинству из присутствующих все равно кто победит. Мечники, убийцы, стрелки, боевые маги, маги… У них хватает своих забот. А вот для нашего факультета, каждый купидон с которого уважал и любил своего наставника, сегодня был черный день.
О Таарисе вопреки его должности было известно мало. Мы с Другзом и Оглой единственные кто хоть что-то знал о его прошлом. А вот мастер Ллойд всегда был открытым нелюдем. Все знали, что в приступе жажды он когда-то убил собственную жену. Тогда еще не существовало Олимпуса, не было кодекса и даже чудовищ. Он убил свою жену и его изгнали из родного дома. Много лет потом он жил отшельнической жизнью в лесах рядом с Плачущим Хребтом, пока однажды Архиус не забрел туда, охотясь на Троглодитов. Именно старый маг и нашел мастера Ллойда, долгие годы практикующего алхимию в одиночестве.
— Как думаете, конфликт скитальцев как-то связан со смертью Архиуса? Ведь гном с магом были хорошими приятелями, — спросил я.
— Причину конфликта объявят перед самым боем, — донеслось справа от меня.
Я повернул голову.
— Минай? Как ты…
— Сильная метель. Дороги замело, и генерал короля отложил путешествие. Если ты хотел это спросить.
— Я хотел спросить, как ты здесь оказалась, но этот вопрос был следующим. Дак как ты… — я показал в сторону распорядителя.
— Орки невнимательные существа, — я вновь почувствовал, как она улыбнулась и вновь не смог разглядеть лица. — Я хотела сказать тебе, что видела, как ты дрался вчера в столовой.
— Я тебя тоже видел. Кажется… Но потом решил, что ты всего лишь галлюцинация… — я улыбнулся. — И как тебе?
Вот елки-моталки. Что за вопрос?! Как тебе драка с моим участием? Приплыли. Кто вообще задает девушкам такие вопросы? Вот блин горелый. От общения с убийцей я испытываю довольно приятные эмоции. И эти же эмоции заставляют нести подростковую чушь.
— Я хотел сказать…
— Твой стиль немного старомоден, — перебила меня Минай. — Но бросить вызов мечнику, да еще и отправить его в лазарет. Это достойно уважения. Каждый купидон в Олимпусе теперь говорит о тебе. Можно сказать, что Кайлан Роуз местная звезда.
Она наконец посмотрела на меня, и я увидел часть ее лица. Курносый носик. Глаза синие. Очень необычного оттенка. Вижу такие впервые. Локон иссиня-черных волос выпал из-под копюшена и теперь колышется на ветру.
— Правда вид у тебя не самый звездный, — добавила она. Кончики ее губ потянулись кверху, и девушка снова отвернулась, устремив взгляд на арену. — Начинается.
Я посмотрел на будущее поле боя. Все купидоны, сидящие на трибунах, зааплодировали. Я не присоединился. Минай тоже.
Худощавый гном, преподаватель по искусству составления оберегов, вышел в центр арены. Я только сейчас заметил, что на промерзлой земле выведен знак купидонов.
— Кхм…кхм… — откашлялся он и уставился в старый блокнот. — Я приветствую вас на Поединке Чести! Согласно первой версии кодекса, которая была написана в далекие времена Сербом Безумным, два скитальца могут сойтись на арене в бою на смерть, чтобы Боги своей милостью сообщили нам, кто из них прав. И сегодня этими скитальцами оказались лорд Таарис, брат великого Серба Безумного и мастер Ллойд, глава факультета алхимиков Олимпуса.
Студенты поаплодировали объявлению. Гном продолжил:
— Господин Ллойд вызвал ректора школы на бой, аргументируя свой вызов несогласием с изменением кодекса скитальцев, который ректор Таарис посчитал нужным обновить во благо всех купидонов и всей страны.
— Теперь ясно из-за чего поединок, — прошептал себе под нос я.
— Хоть кто-то не поджал хвост, — отреагировала убийца. — Интересно, найдутся еще смельчаки во всей этой школе, которые не побоятся выразить своего мнения и поддержат гнома?
Намекает на меня? Не буду отвечать. Сделаю вид, что не расслышал из-за воплей купидонов. Я слишком слаб, чтобы еще кому-то сейчас бросать вызов. Я лишь надеюсь, что произойдет чудо и вместо смерти мастера Ллойда, я увижу, как Таарис захлебывается собственной кровью.
— Давайте встретим на Кровавой Арене первого скитальца, который сегодня будет биться за свою жизнь и честь. Лорд Таарис! — объявил гном.
Направив взгляд, вслед за взглядами остальных студентов, я увидел, как старый эльф поднимается со своего места. Оказывается он сидел на первом ряду вместе с остальными преподавателями.
Лорд Таарис навалил свою трость на покинутое сиденье и снял черный плащ с капюшоном. Эльф был облачен в кожаный доспех, с вставленными в него пластинами. Скорее всего это чешуя Трерога. Самая крепкая, если не считать драконьей. Хотя может и дракона. За спиной короткий меч. На груди много вшитых карманчиков под микстуры. В течении поединка будет выпито таких немало. Если, конечно, они не решат биться в рукопашную. Без применения силы гремлинов.
Ректор медленно прошел в открытые ворота на арену.
— Теперь я прошу выйти на Поединок Чести мастера Ллойда!
Все начали оглядываться по сторонам, потому что никто не видел гнома. Галдеж из множества вопросов «где он?» понемногу поднимался на трибунах до тех пор, пока все не замолкли, увидев алхимика.
Мастер Ллойд шел на арену по тропинке перед трибунами в плаще, на котором был изображен знак всех купидонов. Гном остановился перед входом на поле боя спиной к зрителям. Затем обернулся. Снял плащ. Снял излюбленный противогаз и произнес:
— Сегодня я буду биться не за свою честь, — крикнул он, перебивая вопли воронов. — Не за честь Серба Безумного или гномов. Сегодня я буду драться за честь каждого купидона, который существует в этом мире.
Гном уже хотел войти на арену, как Минай, сидящая рядом поднялась и принялась медленно хлопать. Над трибунами повисла тишина, разрываемая только одинокими хлопками. Я встал с места и присоединился. Теперь нас стало двое. Другз, Огла и другие алхимики последовали нашему примеру. И вот через минуту все трибуны стояли на ногах и аплодировали мастеру Ллойду.
Гном кивнул, повесил плащ на забор и вошел на арену, чтобы взглянуть в глаза своей смерти.
Глава 6Запрещенный прием
Господин Дробс — гном, который был сегодня ведущим и одновременно судьей Поединка Чести вышел в центр Кровавой Арены и подозвал к себе бойцов.
— По законам первого кодекса скитальцев, сейчас мы выберем как сегодня пройдет поединок. Я напоминаю, что можно выбрать рукопашный бой, бой с применением холодного оружия, бой с использованием навыков своей специализации, в этом случае Лорд Таарис должен будет выбрать способности одного из факультетов. Либо! Последний вариант — исход поединка решит схватка гремлинов.
Я повернулся к Другзу.
— Ты тоже думаешь, что бой демонов — это самый приемлемый вариант?
— Несомненно, — отозвался низкорослик, который от волнения все время трогал свое лицо. — У мастера Ллойда есть шансы только в рукопашном бою или в сражении гремлинов. Но во втором случае шансов, конечно, больше.
Судья достал из заднего кармана джинсов серебряную монету. Я уже хорошо познакомился с местной волютой. На одной стороне этой скорее всего изображен номинал, а на другой памятник орка Одала Великого из Дардиса.
— Орел и решка? — спрашивает господин Дробс.
— Я позволю своему сопернику выбрать, — скрипучим голосом произносит ректор школы.
Все зрители ведут себя настолько тихо, что слышно, как в одной из аудиторий школы, незаинтересованный в поединке плотник что-то чинит, без конца стуча молотком.
— Не люблю тиранов, — отозвался алхимик, намекая на статую Одала Великого. — Пусть будет решка.