— Когда вернемся в лагерь?!
— А как ты хотел? Это тебе не фокусы с картами показывать. Для качественного колдовства нужно время. Как-нибудь справимся этим мечом. По крайней мере, облегчим жизнь дракону. Пусть бедняга думает, что просто засыпает, когда мы будем разделывать его на куски.
Вот елки-палки. А я надеялся, что зачарованное оружие поможет мне одолеть монстра… Придется выкручиваться без этого.
— Дак какие есть варианты чар? — спросил наконец я.
— Ты скажи чего хочешь, а я скажу смогу так зачаровать твой меч или нет. Ты на монстров охотиться будешь или есть идеи поинтереснее?
— Согласно кодексу скитальцев… Пока чудовища есть в этом мире, я должен их убивать.
— Кодексу? А ты сам-то чего хочешь? Жить по законам это, конечно, хорошо, но не нужно забывать и про свои желания. Не все законы могут быть справедливыми в конце концов.
Рогнус обернулся и намекая посмотрел на Эрмунда, который, кажется не обращал на нас никакого внимания.
Может в словах оружейника и есть крупица истины. Только за последние дни у меня была возможность несколько раз усомниться в кодексе скитальцев. Но нельзя терять веру. В кого превратятся купидоны, если не будет свода правил, которому они должны следовать? Или может изменение старого кодекса все-таки мудрое решение?
— Ладно, — Рогнусу надоело ждать моего ответа. — Убивать монстров, значит убивать монстров. Но тварей одновременно может быть много, верно? Я бы посоветовал наложить на клинок отравление или жгучую боль… Чтобы противников догоняло после того, как ты их ранишь. Да и откат у такой магии небольшой. До нового сражения меч вполне будет успевать восстанавливаться.
Изгой открыл окно в автомобиле, вставил трубку себе в рот и прикурил.
— А из необычного что есть? Вот вроде этого…лишения боли. Только…более эффективное?
— Остолбенение, например. На пару секунд. Чтобы не сильно убийственно для клинка было. Но вполне даже эффективно. Ранишь врага, он замирает и у тебя появляется пара мгновений на то, чтобы его добить.
— Вполне… — покачал головой я. — А можно эти способности…совмещать?
— Нужно экспериментировать. Дело не быстрое, я же говорю. Нужно учитывать стойкость клинка, эффективность, мои силы тоже не безграничны. Давай так. Если мы выживем, я наложу на твой меч лучшие чары, которые только применял в своей жизни. Учитывая все твои потребности. А сейчас просто сделай так, чтобы мы забили этого чертового дракона и вернулись в лагерь, где меня наконец-то простят.
— Об этом речи не было… — вдруг послышалось с водительского сиденья.
Говорил Эрмунд.
— Че? — небрежно переспросил чарователь.
— Тебя отпустили только для того, чтобы ты помог справиться с драконом, — спокойным, как всегда, голосом проговорил старейшина. — В касте избранных тебе больше нет места, изгнанник.
— То есть я сейчас своей шкурой рисковать собрался по доброте душевной? — недовольно спросил оружейник.
— У тебя нет выбора. Только попробуй сделать что-нибудь, что заставит меня подумать, что ты решил сбежать…Я убью тебя на месте.
Эрмунд обернулся и посмотрел на чарователя своими черными глазами.
— Но если мы одолеем монстра, то я сделаю вид, что не заметил, как ты уносишь свой трусливый зад куда-то в гущу леса… — добавил он.
Ну хоть какая-то мотивация для изгоя выжить. Зачем Рогнусу так надо вернуться в тот лагерь? Почему он так рвется туда?
— Скоро приедем. Еще пара километров, — добавил Эрмунд и вновь отвернулся к дороге и встряхнул вожжами, протянутыми сквозь выбитое лобовое стекло.
Чарователь зло сплюнул табак с языка в окно.
Я достал из рюкзака глоссарий. Пора узнать, что за чудовище ждет меня у Червивого Дуба и как его одолеть.
Тяжелый кожаный переплет. Четверть этой увесистой книги я уже изучил в Олимпусе. Но вот до дракона дело так и не дошло. Все чудовища тут расположены по алфавиту. Гадюка… Гнилозуб… Гремлин… Тут даже описаны гремлины скитальцев и как их убивать! Вернусь к этому потом. Вот! Д. Дракон…
Заметка не такая как обычно. Не структурирована. Это записки Таариса, первого и единственного в мире скитальца когда-то убивавшего дракона. Не думал, что старый ректор меня чему-нибудь научит. Вернее, что я захочу чему-то научиться у него. Ну да ладно. Выбор у меня не большой. Читаю.
«Драконы. До недавнего времени считались мифическими существами. О них упоминается во многих легендах и рассказах, но до ядерной катастрофы доказательств их существования не было. Я сам впервые повстречал одного из таких, после очередного взрыва ядерной бомбы в Горах Затмения. Полагаю, что взрыв освободил проход. Или пробудил могучее существо. Оно взмыло вверх близ бомбоубежища шестьсот восемнадцать и тогда я впервые увидел его. Взмах исполинских крыльев смог затмить солнце…»
— Когда именно появился дракон? — я поднял глаза с фолианта.
— Год назад, — ответил Эрмунд не отводя взгляда от дороги.
— Были какие-то взрывы? Что-то, что могло пробудить существо? Может быть просто громкие звуки?
Старейшина задумался.
— Не припоминаю, — наконец ответил он. — Монстр появился неожиданно. Он напал на один из наших отрядов. Тогда погибли все избранные, которые патрулировали окрестности. После этого чудовище стало периодически прилетать и забирать наш скот.
— Дракон больше не нападал на…избранных?
— По крайней мере, мы не находили трупов.
Хм. Читаю дальше.
«О драконах известно крайне мало, так как это первая и единственная особь с которой мне довелось повстречаться.
После того, как я впервые увидел крылатого ящера, я начал охоту за ним. Монстр есть монстр и я должен был выследить его и убить. Это долг каждого скитальца. К тому же, это произошло во время прохождения мной Пути Очищения. Этот дракон решал мою судьбу. Либо я должен был стать его жертвой, либо он моей. Согласно кодексу, третьего не дано.
Однако ждать пришлось долго. Монстр не появлялся до тех пор, пока очередной взрыв не привлек дракона к руинам деревни недалеко от места его пробуждения.
И тогда схватиться с ним мне не удалось. Улетел. Но я кое-что предположил и в последствии это предположение оказалось верным. Драконов привлекают зоны повышенной радиации. И его появление в местах, пострадавших от ядерных взрывов, совсем не совпадение. Тогда я принялся исследовать все ближайшие зоны, на которых датчик, измеряющий радиационный фон зашкаливал.»
— Радиация? — я вновь уставился на старейшину. — У Червивого Дуба радиоактивная зона?
— В той местности самый низкий уровень радиации, — ответил Эрмунд. — Поэтому мы и построили лагерь в этой части материка.
— Ничего не понимаю, — я уставился на набросок рисунка дракона, рядом с надписями Таариса. — Тут написано, что драконов привлекают места повышенной радиации, а вы говорите, что там самая чистая зона. Да и кроме одного патруля монстр совсем никого не убивал. Разве что скот похищал… Странное какое-то чудовище.
— Разве много драконов прежде встречалось тебе, мальчик?
— Да вот только один… — ответил я.
Мальчик? Хм. Знал бы он, что я старше его раза в два.
— В таком случае делать выводы о всех подобных чудовищах неправильно. Чтобы создать правило нужно сперва убедиться в его постоянстве. Способа, каким убили эту тварь, вполне хватит, чтобы благополучно завершить нашу миссию. А это наша основная задача.
Я молча согласился и перешел к заголовку «уязвимые места». Снова забегал глазами по заметкам Таариса, который однажды уже побеждал дракона.
«Я обыскал все зоны с повышенной радиацией вокруг Гор Затмения и наконец обнаружил монстра. Дракон обосновался на старой разрушенной атомной электростанции. Он снес туда всю добычу и спокойно спал среди старых разрушенных бетонных стен. Я, как и подобает скитальцу, запасся микстурами и вступил с ним в схватку.
Наш бой продолжался несколько часов. Только щит гремлина спасал меня от смертельных ранений. Пламя, вырывающееся из пасти дракона, превращало в пепел все, что попадалось на его пути.»
Я поднял глаза от гримуара. Ага, как же! Щит гремлина спасал его многократно. Уверен, в победе не маленькую роль сыграло Кольцо Тьмы. Просто о таком не напишешь в глоссарии для скитальцев. Ведь никто не должен знать, что это за кольцо и откуда оно взялось.
Я нащупал в своем кармане Кольцо Света, успокоился от того, что оно на месте и принялся читать дальше.
«В итоге я был ранен. Еще мгновение и я мог умереть, проходя Путь Очищения. Но мне удалось сбежать. Каким-то чудом я преодолел страх трусости, который вселяют в каждого скитальца и отступил. Победить монстра в открытом бою невозможно. Это точно. И если кто-то когда-то решит проверить правильность моих слов и сразиться с драконом… Уже с этого момента я буду считать вас мертвецом.»
Автомобиль подскочил на кочке и меня вновь выкинуло из статьи про дракона.
— Что там написано? — поинтересовался Рогнус.
— Пока только то, что в открытом бою победить дракона невозможно, — я вновь опустил глаза на страницы глоссария.
— Стало быть мы на собственные похороны спешим? — продолжал болтать Рогнус. — Эй, Эрмунд. Езжай помедленнее. Этот купидон говорит, что победить дракона невозможно! Может хоть заедем в какой бордель? Почувствуем вкус жизни напоследок. Чего уставился? Еще что-то вычитал?
Пока чарователь говорил, я узнал, как Таарис убил дракона много лет назад.
— Ну говори уже. Не томи. А то у меня аж зудеть в одном месте начало от интриги, которую ты тут повесил.
— Александр не пацифист, — пробормотал я.
— Чего?
— Лекс, которому принадлежит этот меч… — я бросил взгляд на клинок, лежащий рядом на сидении. — Он зачаровал его на лишение боли специально. Александр хотел избавиться от дракона.
Я раскрыл глоссарий и протянул его Рогнусу.
— Скиталец, который убил дракона, принадлежал к факультету убийц, — говорил я. — Ну или, по крайней мере, владел техникой бесшумного передвижения. Он заговорил свой меч, на лишение боли, затем вернулся в логово монстра подкрался к спящему дракону и пронзил его тело такое количество раз, пока чудовище не истекло кровью и не умерло во сне…