Да уж, его слова просто перевернули весь мой мир с ног на голову. Теперь он уже никогда не будет прежним. Конечно, я подозревал, что Лафрамбуаз далёк от ортодоксов Авиньонской церкви, иначе не держал бы при себе Гедалию, и со мной бы уж точно обошёлся совсем иначе. Однако закрывать глаза на ведьмины шабаши, да к тому же посещать один из них, это уже совсем другое дело.
И чтобы это знание уложилось у меня в голове, нужно будет едва ли не больше времени, чем в своё время, чтобы оправиться от путешествия из Луки в Шварцвальд и обратно.
Глава 11.Очень большая ведьма.
Даже когда мы сели в чёрную карету, напомнившую мне ту, в которой я проделал долгое и опасное путешествие в Лукку, я всё равно не мог уместить в голове тот факт, что вот прямо сейчас в сопровождении инквизитора Тосканы и мечника Гизберта отправляюсь на ведьмин шабаш. Всю дорогу до экипажа меня так и подмывало задать Лафрамбуазу самый дурацкий вопрос, какой только возможен в сложившейся ситуации. Нечто вроде: а как же 18 завет 22 главы книги Исхода? Думаю, снизойди инквизитор до ответа, мне бы он уж точно не понравился.
Гизберта пришлось взять с собой, потому что отправлять его в Пизу одного не рискнули. Несмотря на мою беседу с ним, мечника лучше всё-таки держать поближе. На что он способен, я отлично видел в тюрьме, а сдержать силу демона, сокрытого в нём и его мече, наверное, мог только я. Ну, или некто столь сильный в потустороннем смысле. Мне очень не хотелось думать, что это может быть, например, Дракулести.
- И долго ехать до места шабаша? – спросил я немного не то, что хотел, но надо же было как-то развеять повисшую в карете тяжёлую тишину. Попытаться, хотя бы.
- До самой горы мы не поедем, - ответил Лафрамбуаз, - даже мне не стоит появляться там без… - Он хмыкнул, но всё же продолжил. – Да что там, без разрешения. И сейчас мы едем его получать.
- Вам ещё и разрешение нужно, чтобы на шабаш попасть, - удивился я, окончательно впадая едва ли не в ступор.
- Есть определённые договорённости, заключённые во время чумы, когда всему человечеству мог прийти страшный конец, - начал он, видимо, решив прояснить ситуацию раз и навсегда. – У Священной Римской империи были паладины, войска, артиллерия и помощь Тевтонского ордена, чтобы бороться с чумными отродьями. А после насаждать свою власть всюду, куда только дотянется. Кастильская корона, королевство Арагон, халифаты Сицилии и Гранады закрывали границы для всех, распадались, каждый сеньор держался за свой феод, и многие до сих пор держатся, не признавая над собой ни чьей власти. Италия же и без того была раздроблена, и потому церкви, чтобы сохранить паству, пришлось идти на определённые уступки. Не настолько широкие, как в Арагоне или Наварре, но всё же такие, каких никогда не поймут в Авиньоне или Мариенбурге. Ведьмы и колдуны выдают нам самых опасных среди них, тех, кто не хочет признавать законов и договорённостей с инквизицией. Иных судят сами, представляя нам доказательства их смерти, чаще всего кто-то с нашей стороны присутствует на показательной казни. Другие же отправляются в очистительное пламя костров. Нам помогают ловить заразителей, бороться с осквернителями и некромантами, а также с последствиями их действий. Ну, и время от времени мы посещаем их шабаши, чтобы следить.
- За чем именно следить? – не очень понял я.
- Чтобы там не творили ритуалов поклонения Козлу и прочих подобных мерзостей, - ответил Лафрамбуаз, - чтобы в котлах не было человечины, чтобы не искали мандрагору известным способом,[287] чтобы человеческих жертв не приносили, чтобы не призывали демонов из ада.
Сейчас он перечислил примерно всё, что, как я считал, творится на ведьминых шабашах. Если ничего подобного там не происходит, интересно, что же именно там делают собравшиеся со всей округи ведьмы с колдунами? И для чего все они, собственно говоря, собираются тогда на шабаши.
- Это древние празднества, - пожал плечами Лафрамбуаз, - подлинное значение которых известно разве что таким, как хозяйка этого шабаша. Та, к кому мы едем. Это весьма опасная женщина, и мне доподлинно известно, что кроме санкционированных инквизицией шабашей, она устраивает и такие, где творятся подлинные непотребства. Вот только за руку её ещё никто не поймал. Да и связываться с ней нет особого желания.
- И, выходит, от её разрешения зависит успех нашего дела?
- Я просто ставлю её в известность о своём прибытии на шабаш, - решил всё-таки смягчить формулировку в свою пользу инквизитор, - и отказать мне она точно не сможет.
- А в известность ставите, - впервые за всю дорогу подал голос Гизберт, - чтобы там не случилось никаких непотребств, которым вы можете стать нежеланным свидетелем.
Отрицать это Лафрамбуаз не стал.
Дом ведьмы ничем не напоминал убогое жилище в лесу или же пряничный домик из сказки. Вполне себе презентабельный особнячок в центре небольшого городка Кальчи, расположившегося у отрогов Пизанских гор. В таком может жить, к примеру, купеческая вдова, крепко держащая в руках дело покойного мужа, покуда не подрастут дети. Или, к примеру, вдова богатого дворянина, которой родственники выделили приличное содержание, и она доживает свой век в воспоминаниях о былом. В том, что обитает здесь именно вдова, сомнений как-то не возникало. Слишком уж мрачно он выглядел, и на пристанище одинокой старой девы походил ещё меньше, чем на пряничный домик.
Карета остановилась рядом с порогом, и первым оттуда энергичным движением выскочил Лафрамбуаз, напомнив мне отчего-то прыткого кузнечика. Я выбрался следом, а за мной и Гизберт, разумно оставивший своё чудовищное оружие в экипаже. Мне даже не пришлось напоминать ему об этом. Инквизитор нетерпеливым движением постучал молотком в медную пластину, врезанную в дверь. Та отозвалась удивительно густым, единым звуком, как будто Лафрамбуаз и не опускал било раза три, не меньше.
Почти сразу же дверь отворилась. Я ожидал увидеть на пороге кого угодно, хоть бы чёрного кота на задних лапах, однако открыл нам самый обыкновенный слуга. Пускай и чернокожий, но это не удивительно, многие зажиточные граждане Пизы предпочитали покупать себе «подневольных слуг», фактически рабов, из жителей Чёрного континента. Те были послушны и отлично вышколены, к тому же, даже самым отчаянным было попросту некуда бежать – они совершенно не представляли себе мира вокруг них. А уж изловить такого не составляло труда.
- Госпожа ждёт вас в библиотеке, - густым, будто гуталин голосом произнёс он. – Вас проводят.
Он посторонился, пропуская нас, и ни у кого не возникло вопроса – откуда хозяйка дома может знать о нашем визите и уже ждать нас. Мы отлично знали, к кому решили нагрянуть в гости с неожиданным визитом.
Нас уже ждала чернокожая служанка, одетая, как и дворецкий, в скромное европейское платье, она кивнула нам, чтобы шли следом. Шагала впереди практически тенью, стараясь выглядеть как можно незаметнее, и ей это вполне удавалось. Изнутри дом был обставлен не роскошно, но вполне прилично, сразу становилось понятно, что у его хозяйки всё в порядке с финансами. Стены украшали маски чёрного дерева с жуткими физиономиями африканских божков, а на некоторых углах стояли тотемы. Когда мы проходили мимо них, внутри меня всякий раз что-то всколыхивалось, как будто поднимались волны со дна болота. И тут же наливались жаром клейма на руке и груди. По пути нам попались ещё пара слуг и служанок – все исключительно чернокожие, самым же старшим был дворецкий.
Библиотека в особняке была просто поразительных размеров. Ящики и сундуки с книгами громоздились от пола до потолка. Ни одной книги не было на виду, кроме той, что держала в руках удивительно молодая женщина, сидевшая у окна. Она с удобством расположилась в мягком кресле, перед ней на столике стояла бутылка вина и бокал, а также тарелка с какой-то лёгкой закуской. Рядом же замер слуга, готовый по первому сигналу наполнить бокал вином. В руках женщина держала небольшую книгу в кожаном переплёте. И отчего-то я был уверен, что по первому же слову слуга будет и страницы переворачивать. Если хозяйке станет лень делать это самой.
- Я не ждала вас, инквизитор, - обернулась к нам ведьма, оторвавшись от чтения. – А уж тем более в столь странной компании.
- И тем не менее, я здесь, - ответил он.
- Что же привело вас и ваших компаньонов ко мне?
Видимо, ни приличия, ни правила гостеприимства ведьма решила на нас не распространять. Даже поприветствовать нас сочла излишним, сразу перейдя к делу.
- В ночь ближайшего полнолуния ты как обычно будешь устраивать шабаш на горе Сера, что близ Кальчи. – Инквизитор не спрашивал, он точно знал, что и когда станет устраивать ведьма. – Я с моими компаньонами буду присутствовать там. Так что изволь придержать своих псов, чародейка, чтобы они ненароком не кинулись на нас.
Ведьма долго глядела ему в глаза, словно оценивая, стоит ли принимать сказанное Лафрамбуазом всерьёз. А после подняла руку с пустым бокалом и дважды постучала длинным ногтем по стеклу. Звук вышел в высшей степени неприятный, как будто по зубам этим ногтем прошлись, но, видимо, этого эффекта она и добивалась. Слуга тут же подхватил бутылку и наполнил бокал.
- А что если мы хотим повеселиться там как следует? – спросил она. – А ты хочешь испортить нам всё веселье, инквизитор.
На этот вопрос ответа не было нужды давать, и потому мы ждали, когда она продолжит.
- Знаете ли, - сказала она, - ответьте честно на один вопрос, и я решу – стоит ли давать вам свою протекцию, чтобы вас не сожрали мои псы.
- Я ставлю тебя в известность о своём прибытии на твой шабаш, - ледяным тоном заявил Лафрамбуаз. – Мне не требуется твоя протекция, чтобы прибыть туда.
- Будь это так, - ответила ведьма, - ты бы не приходил сюда заранее, не просил бы отозвать моих псов…
- Ты забываешься! – вспылил Лафрамбуаз.
Видно было, что этот визит дорого ему дался, и ведьма своим поведением лишь ухудшала положение. Скорее всего, намеренно.