– И чем же мы можем тебе помочь? – странно изменившимся, но неожиданно приятным голосом спросила Свитари.
Блайз отметил, как расслабились девушки, едва Чимбик вышел. Оно и понятно: брат умел навести ужас даже на себе подобных, не то что на дворняг. Ему не требовалось даже угрожать – сержант сам был ходячей угрозой. Особенно после того, как получившего страшный шрам на лице Чимбика люди из контрольной группы стали открыто называть уродом.
– Научите заказывать еду, мэм, – попросил Блайз. – И одежду.
Ответом ему были удивлённые взгляды.
– Ты никогда не пользовался виртуальными магазинами? – наконец озвучила вопрос Эйнджела. – Ты что, на незаселённом астероиде живёшь?
– Планетоиде, мэм, – уточнил Блайз, не понявший шутки.
– Я научу, – пообещала Свитари после продолжительной паузы и осторожно, словно к опасному хищнику, подошла к репликанту. – С едой всё просто: настрой фильтр на время и стоимость доставки. Ты же не хочешь ждать ужин с другого конца города? Теперь…
Репликант впитывал информацию как губка. Система доставки оказалась проста и очевидна – Блайз справился бы с ней уже в двухлетнем возрасте. Куда больше затруднений вызвала гражданская одежда. Всё обмундирование репликантов было одинаковым, начиная от размера и заканчивая функциональным назначением. Тут же в глазах рябило от маркировок, обозначающих размеры, производителей, использованные при изготовлении материалы… Часто Блайзу не удавалось даже отличать женские модели от мужских. В конце концов он просто попросил Лорэй самих выбрать что-то подходящее.
Те нерешительно переглянулись и заказали несколько пар одинаковых глухих платьев, скрывавших тела от шеи до щиколоток. Репликант, украдкой покосившись на обилие ссадин и кровоподтёков, покрывавших открытые участки кожи Лорэй, мысленно согласился с разумностью выбора.
Доставка еды нравилась Блайзу куда больше. От одного вида меню в животе урчало, но перед репликантом встала проблема выбора. Совет Свитари «не уверен – заказывай что-то знакомое» не помог. Рацион репликантов не отличался разнообразием: на базе, расположенной на планетоиде Эгида, и на транспортных кораблях они получали по миске супа-пюре три раза в день. Блюдо содержало необходимый набор витаминов и питательных веществ, но не имело никакого вкуса. Во время боевых действий репликанты ели тот же суп, но уже из термосов, закреплённых на броне, или кубики индивидуального рациона питания. Тоже безвкусные.
Блайз заметил несколько блюд, которые они с Чимбиком пробовали на лайнере, но смолчал. Репликанту очень хотелось попробовать что-то новенькое. Блайз давно мечтал заказать что-то из вычитанных в книгах названий – типа «хот-дог» и «бургер», но не был уверен, что Чимбик одобрит подобный критерий выбора пищи.
– Вы пробовали что-то из этого, мэм? – обратился он за помощью к девушкам.
– Выбирай с нужным содержанием калорий и витаминов, – послышалось от дверей.
Чимбик прошёл в комнату и сообщил:
– Душевая работает, мэм. Если хотите, можете воспользоваться. Она с настоящей водой.
В последней фразе отчётливо слышался восторг. Для репликантов, привыкших к водоэмульсионному душу – подаваемой в кабину под давлением водно-воздушной смеси, обычный душ казался небывалой роскошью. Но, конечно, не шёл ни в какое сравнение с ванной.
– Иди первая, я помогу с заказом, – обратилась Эйнджела к сестре.
Та кивнула и ушла, оставив репликантов познавать тонкости заказа готовой еды.
Глава 5
Ужинать сели втроём: Лорэй и Блайз. Чимбик молча забрал свою порцию и ушёл в другую комнату, не желая становиться объектом повышенного внимания.
Блайз огорчённо посмотрел вслед брату, но ничего говорить не стал – без толку. Он не мог понять, почему Чимбик так болезненно относится к реакции людей на свою внешность. Но спрашивать бессмысленно – сержант, как всегда, или уйдёт от темы, или прикажет заткнуться.
Блайз взялся за шлем и на пару секунд помедлил, наблюдая за реакцией девушек. Репликанту было интересно, как они отреагируют на его собственное лицо. Вспомнят случайную встречу на борту лайнера? Испугаются звериных глаз?
Жуткое «шестиглазое» забрало шлема разошлось, являя миру лицо молодого человека. Почти человека. Ничего примечательного: обычный парень лет двадцати, с тёмными волосами, подстриженными армейским «ёжиком». Отличались лишь глаза: зелёные, с вертикальными зрачками и необычно крупной радужкой, позволяющей увидеть белки глаз, лишь когда их владелец смотрит вверх или в сторону. Но в этом тоже не было ничего особенно выдающегося: похожая натурализация отличала жителей планеты Тиамат.
Репликант покосился на Лорэй и спросил:
– Что тут перед едой говорят? В книгах пишут, что везде по-разному… – Он неожиданно для себя стушевался под взглядами девушек и замолчал, уставившись в тарелку.
В этот момент Блайз искренне жалел, что не пошёл с сержантом, поддавшись любопытству и желанию пообщаться с гражданскими. Те разглядывали его уже открыто, как он сам совсем недавно рассматривал их наготу. Но теперь обнажённым чувствовал себя репликант, оставшийся без привычной защиты шлема.
– Красивые глаза, – наконец произнесла Свитари и, к тихому облегчению Блайза, переместила внимание на контейнеры с едой. – Похож на тиаматца. Видишь по-особенному?
Вторая девушка тоже сосредоточилась на ужине, избавив репликанта от непривычного внимания.
– Ночное зрение, мэм, – неохотно ответил Блайз. – Аналог глаз крупных кошачьих с Земли. Обоняние, слух тоже улучшены.
Он пододвинул поближе коробку со своей порцией. Ложку репликант держал в кулаке, как ребёнок, игнорируя прочие столовые приборы. Его манера есть вызвала у Лорэй куда больше интереса, чем глаза. Они несколько секунд удивлённо таращились на Блайза, но от комментариев благоразумно воздержались.
– Как тебя зовут? – спросила Эйнджела.
– Эр-Эс-Три-Пять-Пять-Ноль-Девять-Ноль, мэм, – ответил Блайз и вновь набил полный рот.
– Это номер твоего ай-ди? – удивилась Свитари.
– Серийный номер. – Сержант вошёл в комнату.
В отличие от Блайза, шлем Чимбика был наглухо закрыт.
– У нас нет имён, – продолжал сержант.
Даже вокодер не мог скрыть его злость. Блайз виновато засопел и опустил глаза, понимая, кто в этот раз послужил причиной плохого настроения сержанта.
Чимбик взял бутылку воды, изучил надпись на этикетке и пояснил:
– Мы не должны отождествлять себя с людьми, потому что ими не являемся.
Потрясение девушек было столь велико, что они впервые за вечер открыто посмотрели на Чимбика.
– Даже у рабов и домашних животных есть имена, – хрипло проговорила Эйнджела.
«Шестиокое» забрало сержантского шлема повернулось к ней.
– У оружия – только номер, – проговорил Чимбик.
Девушка отвернулась, не в силах глядеть на пугающую личину. Сержант хмыкнул и, подбрасывая на ладони бутылку, ушёл к себе.
– Блайз! – раздался секунду спустя его голос.
– Садж?
– Во время ужина лучше жевать, чем говорить.
– Есть, садж, – виновато отозвался Блайз.
Стараясь не смотреть на сотрапезниц, он вновь старательно заработал челюстями.
Остаток ужина прошёл в молчании. Доев последний кусок, Блайз с облегчением надел шлем и больше за остаток вечера не произнёс ни единого слова.
Для сна сёстрам выделили кровать в спальне. Сами репликанты развили бурную деятельность, отдраив номер от многолетних наслоений грязи. Позаботились они и о мерах безопасности, установив на подоконники плазменные мины. Так что утром, к пробуждению Лорэй, на пол можно было вставать без опаски подцепить букет местных болезней, а вот к окну подходить, наоборот, не рекомендовалось.
Разумеется, никто Лорэй без присмотра не оставлял: за спящими они наблюдали с помощью миниатюрного дрона, дежурившего над кроватью дворняг. По завершении уборки Чимбик отправил брата спать на диван в гостиной, а сам остался дежурить. Сна у него всё равно не было, что называется, ни в одном глазу: голова сержанта гудела от попыток найти оптимальный выход из сложившейся ситуации.
Силовой вариант захвата судна исключался. Никого из репликантов его модели управлению космическими кораблями не обучали, и в космической навигации они не разбирались. Да и как провести угнанный корабль через контроль на Вратах, сержант не представлял. На Лорэй надежды не было: им и армейский коммуникатор оказался не по зубам. Как ни крути, оставалось лишь найти аппаратуру связи, дать сигнал своим и дожидаться либо эвакуации, либо дальнейших инструкций. То есть следовало залечь на дно в этом городе и не выделяться среди местных.
– Будем учиться гражданской жизни… – задумчиво пробормотал сержант.
Для этой цели он собирался отправить Блайза в компании одной из сестёр за покупками. Куда проще было заказать одежду удалённо, но Чимбик хотел одним действием решить две задачи – дать Блайзу попрактиковаться и получить дополнительные знания о гражданской жизни. А заодно понять, как Лорэй будут действовать порознь. Он помнил отчаянный крик Эйнджелы, умолявшей покалечить себя вместо сестры. Эта готовность к самопожертвованию нравилась сержанту – он точно так же готов был отдать жизнь за братьев. В то же время эта привязанность давала сержанту рычаг управления, который он собирался проверить в деле. Если им придётся передвигаться среди гражданских, нужно пресечь возможные попытки побега или неповиновения. Чимбик не слишком разбирался в гражданской жизни, но догадывался, что публичные угрозы оружием или меры физического воздействия не найдут понимания у окружающих. Значит, требовалось психологическое давление.
К немалому облегчению репликантов, утро началось идиллически-спокойно. Девушки отошли от вчерашних потрясений и выглядели вполне довольными жизнью. Даже улыбались и пожелали доброго утра. Как время суток может быть «добрым» или «злым», репликанты не поняли, но всё же сочли пожелание позитивным фактором.