Морильо сжал челюсти и зло уставился на зама. А потом как-то разом сдулся и тяжело опустился в кресло.
— Извини, дружище. Что-то я вспылил… Но как же это всё не вовремя… Надо как-то их унять, пока информация не ушла наверх к нашим воякам. Иначе не отмоемся.
— Надо, — зам подтянул к себе кофейник и наполнил кружку. — Давай отправим на Вулкан опергруппу. Штамповки, по идее, исправны, значит уймутся и перейдут в подчинение. Ну а если нет…
Он развёл руками.
— Вояки будут недовольны, если узнают, — вздохнул Хосе. — Сам знаешь, сколько одна такая тварь стоит — их из платины отливать дешевле было бы.
— Не узнают, — уверенно заявил зам. — Я позабочусь. В случае неудачи никто ничего не будет знать. Штамповки потеряны на Гефесте.
Хосе помял пальцами лицо и кивнул:
— Хорошо. Прорабатывай операцию.
Глава 7
Время для Нэйва замедлилось, растягиваясь, будто кровоостанавливающий жгут. Он смотрел, как мужчина вскидывает дробовик. Хлопнуло, и в корму машины словно сыпанули галькой.
Наваждение сошло. События понеслись со скоростью пикирующего на цель бомбардировщика.
Нэйв рывком пригнул Эйнджелу, не обращая внимания, что та стукнулась лбом о приборную панель. Второй выстрел разбил заднее окно, и по лицу лейтенанта словно кошка когтями полоснула. А из фургона уже выпрыгивали новые люди, сразу вскидывая оружие.
Лейтенант нажал на педаль, и автомобильчик сдал назад. Стрелок попытался отпрыгнуть, но не успел и с отчаянным криком скрылся под машиной. Автомобиль подбросило так, что лейтенант с трудом удержал руль.
Оставшиеся убийцы на миг растерялись. Это спасло жизнь Нэйву и Эйнджеле: лейтенант успел развернуться, морщась от доносящегося из-под колёс влажного хруста, и рванул в переулок, не обращая внимания на знак, запрещающий проезд. Опомнившиеся убийцы открыли стрельбу, но серая коробочка стремительно уносилась прочь. В корму машины дважды стукнуло картечью, и всё стихло.
— Ты как? — крикнул Грэм, закладывая вираж.
Под визг покрышек автомобиль встал на два колеса и, чудом не перевернувшись, выскочил на центральную магистраль.
— Больно, — коротко, со всхлипом ответила Лорэй, зажимая рукой кровоточащее плечо. Из разбитого носа струилась кровавая юшка, но на более подробную оценку повреждений у Нэйва не было времени.
— Потерпи, — попросил он, срывая с пояса комм и до хруста вдавливая тревожную кнопку. В эфир понёсся призыв о помощи с передачей данных о местоположении.
Уронив комм, Нэйв дёрнул крышку медицинского подсумка и наощупь отыскал тюбик с биопластырем.
— Выдави на рану! — приказал он, кинув тюбик на колени Эйнджеле.
Камера заднего вида приказала долго жить, и Нэйв по старинке вынужден был постоянно оглядываться назад, отыскивая взглядом преследователей. Но, к его облегчению и некоторому изумлению, оранжевый фургон не появлялся.
Не особенно надеясь на удачу, лейтенант продолжал гнать к военной базе, лавируя между машинами и не обращая внимания на сигналы клаксонов и несущуюся вслед ругань.
В таком виде они и подлетели к воротам военной базы — на изрешечённом автомобиле и перемазанные кровью.
Инженерно-сапёрная разведывательная машина заняла весь тротуар. Но горожане не роптали, с надеждой поглядывая на угловатую бронемашину, похожую на юркую ящерку с гусеницами вместо лапок.
Слухи о произошедшем на верхних уровнях распространялись с бешеной скоростью, обрастая всё новыми и новыми подробностями, одна страшнее другой — в зависимости от фантазии рассказчика. И солдаты штурмового инженерно-сапёрного батальона, ещё недавно воспринимавшиеся шахтёрами и рабочими с заводов как непонятный придаток к горно-спасательной службе, неожиданно превратились в символ надежды.
Жители подземного города понимали, что случись авария — их судьбы целиком будут зависеть от скорости и оперативности спасателей. А жизненный опыт простых работяг говорил, что спасать в первую очередь будут жителей верхних уровней — директоров, топ-менеджеров и прочих захребетников. Простых людей вспомнят, лишь убедившись, что драгоценные мягкие задницы профессиональных перекладывателей бумаги целы и доставлены в безопасное место.
Потому редкие прохожие не ворчали и не возмущались, вынужденно обходя броневик по проезжей части.
Сами сапёры начинали скучать. Первоначальная горячка боевой тревоги схлынула, и оба солдата, составляющие экипаж, постепенно расслаблялись. Капрал и его напарник убивали скуку болтовнёй, тестированием систем машины и хранящихся в грузовом отсеке роботов.
Других занятий попросту не было. Не удавалось даже строить глазки проходящим мимо девушкам: машина стояла по-боевому, с опущенными «ресничками» — броневыми крышками — окон. За окружающим миром экипаж наблюдал с помощью камер и сенсоров, выводящих данные на мониторы слежения и лицевые пластины шлемов. Аварийным способом — на случай выхода из строя сложного оборудования — оставались старые добрые перископы, практически без изменений перешедшие в эру космических полётов.
— Зацени на семь часов, — капрал ткнул напарника локтем в бок.
Тот переключился на нужную камеру и обнаружил загорелую подтянутую красотку из тех, что часами торчат в спортклубах и соляриях. Одета девушка была соответственно, чтобы продемонстрировать результат трудов: короткие шорты и топ, подчёркивающие красивые формы, да крошечный рюкзачок за спиной. Эта «фитоняша» активно позировала для голо-картинок летающему вокруг селфи-боту.
— Что она тут забыла? — поинтересовался водитель.
Капрал пожал плечами:
— Чёрт знает. Обычно такие лапочки отсюда сразу прыгают наверх — в тёплую постельку к денежным дядям.
— Может, за приключениями потянуло? — предположил водитель. — На свою…
— Ага, поностальгировать, сталагмиты посмотреть, — поддержал капрал. — Кожаные.
Как раз в это время девушка повернулась к камере, порадовав симпатичной мордашкой в дополнение к прочим достоинствам, и задумчиво осмотрела бронемашину.
— Нет, папик тебе такую не купит, — покачал головой капрал под хохот водителя. — Даже и не проси.
С непосредственностью и нахальством, присущим только идиотам и молодым красивым девицам, рыжая подошла к инженерно-сапёрной машине, скинула сандалии, повесила их на запястье и полезла на броню. Селфи-бот послушно следовал за хозяйкой, готовый запечатлеть её на столь экзотическом фоне.
А вот это уже был перебор. Капрал дёрнул рычаг запора, толкнул люк, высунул голову и рявкнул:
— Брысь!
Его рык пришёлся точно в пятую точку наглой девицы, изучающей оружейный модуль броневика. К его разочарованию, нахалка и не подумала убраться восвояси. Она с любопытством повернулась к капралу, оглядела его с весёлым блеском в глазах и сказала:
— Мяу.
Капрал на секунду опешил от такого ответа, а потом приказал:
— Немедленно сойти с машины!
— Ой, да ладно, — девица уселась на броню, открыв капралу чарующие виды на декольте топа, и состроила обиженное личико. — Я вам что, так мешаю?
— Да, — капрал был непреклонен. — Это боевая машина, а не сцена стриптиз-клуба. Сойдите с машины и отойдите в сторону. В противном случае я буду вынужден применить силу.
— Звучит неплохо, — промурлыкала девка и вытянула перед собой сведённые в запястьях руки. — А наручники наденешь?
— Просто прикладом тресну, — внёс коррективы капрал, старательно игнорируя откровенные намёки. — А теперь — живо вниз!
— Вниз — это к тебе? — весело спросила девица и приблизила личико к шлему капрала. — Всегда хотела побывать в такой штуковине.
— Хотеть не вредно! — отбрил капрал.
Эффект, правда, был подпорчен тем, что бравый сапёр увлечённо изучал открывшийся ему вид на содержимое топика.
— Я тоже так думаю, — обрадовалась непонятно чему рыжая.
Её улыбка была шальной, какая бывает у отчаявшихся, решившихся выйти за привычную грань людей.
— А ещё я думаю, что мы все тут сдохнем, — сообщила она. — Слышал, что недавно было на верхних уровнях? А теперь ещё и вы торчите посреди улиц. Творится какое-то дерьмо. Так что я решила выполнить свой список предсмертных желаний. И одно из них — трахнуться в танке или такой вот машинке с парнями в форме. Желательно с тремя сразу. У тебя есть друзья, которым это интересно?
— Я! — радостно заорал снизу водитель, прислушивавшийся к разговору.
— Ты мне не друг, а подчинённый, — осадил его капрал. — А теперь заткнись и займись делом!
Водитель обиженно засопел, но послушно в который уже раз запустил программу тестирования машины.
Капрал удовлетворённо хмыкнул и переключился на девицу. Тема разговора снизила его служебное рвение, но всё же не настолько, чтобы забыть о должностных обязанностях.
— Никто не сдохнет, что за бред, — он попытался успокоить девицу. — Мы тут для этого и торчим, чтобы ничего не случилось.
— Ну, значит, у меня будет время составить новый список, — ухмыльнулась та и провела языком по губам. — Так что, служивый, дашь номера друзей или сам впустишь меня покататься?
Капрал огляделся. Улица была практически пуста, лишь на перекрёстке торчал передвижной лоток продавца уличной снеди, спугнуть которого не смог бы даже реальный потоп.
— Залезай, — капрал нырнул обратно в люк и отодвинулся в сторону, освобождая место.
Из люка свесились стройные ножки, а затем девица приземлилась прямо на колени капралу. Следом с тихим жужжанием в люк залетел селфи-бот и, повинуясь приказу хозяйки, потушил огоньки и замер в режиме энергосбережения. Сама девица небрежно скинула сандалии с запястья на пол и огляделась.
Изнутри машина оказалась ещё более тесной и низкой, чем снаружи. В заброневом пространстве, заполненном оборудованием и панелями управления, едва нашлось место для кресел экипажа. Высота от пола до потолка была едва ли не меньше, чем в легковых гражданских карах. Два сапёра