Капитан подошел к… ну, можно было назвать это «сейфом». Правда, содержимое металлического ящика защищал от посторонних не хлипкий замок, а граната Ф1 и пара бутылок со смесью КС. Человек, незнакомый с некоторыми «особенностями открывания», скорее всего, получил бы в случае попытки его открыть, не доступ к лежащим там папкам, а (даже если бы он уцелел) груду пепла… Ну и сам виноват… если читать не умеет! В конце-то концов, на крышке ящика было написано на нескольких языках — «НЕ ТВОЕ — НЕ ЛЕЗЬ!!!». Полез — твои проблемы…
«Итак, „General de Division“[92] Армии Освобождения Кубы Педро А. Перес… что там у нас о тебе есть? Семья… родители, брат… уже покойный, сестры, дочери… пока не надо. Родился, учился, женился… и на ком же? Ха! Да ты у нас, Педро, оказывается, тоже — родственник Гомеса… по жене… и что это нам дает? А ни черта не дает! Упс… вот это — уже гораздо интереснее!» — Эрк сел в кресло и, положив перед собой на стол раскрытую папку с надписью «ПЕРЕС», начал заново набивать трубку. — «А дон Педро, оказывается — очень горячий, вспыльчивый и обидчивый человек. Интересно, а не будь он… родственником „Generalisimo“[93] — получил бы сеньор Перес свою… нынешнюю должность? Наверное — нет… я, по крайней мере, человеку, который может снять свой батальон с позиции и отправиться на „охоту за головами“, и роты бы не доверил! Если вообще не пристрелил бы на месте… кстати… а причина, по которой он это сделал, — не менее интересна, чем сам факт… из его „послужного списка“. — „Эти герильеро подло ударили мне в спину!“, понимаешь… Ну что ж, мы как раз числимся „герильеро“. Да и насчет „ударов в спину“ или нет, не так… немного пониже!»… — Капитан засмеялся, откинувшись на спинку кресла. — «Эта работа — как раз для Лейт… любит она это дело! И никто лучше нее не сможет „обидеть“ нашего милого дона Педро так, чтобы тот окончательно рассвирепел и сделал именно то, что нужно нам! Правда… этим мы „вызываем огонь на себя“, но кому легко? В любом случае „дивизию“ Переса надо отвлечь от города Гуантанамо до того, как туда подойдут наши подразделения из Баракоа… Какая разница — когда это сделать? Плюс-минус два-три дня… это роли не играет. Значит… надо „обидеть“ Переса чуть раньше удара по плацдарму!»…
Эрк закрыл папку и закурил…
«Так, а вот теперь — кто же будет участвовать… в этой „корриде“… и как именно. Ну, Лейт, это понятно — общее командование. Эспада и „смертники“ — в любом случае. И Картье, со своими „корсиканцами“ — тоже. Лучших „бандерильеро“ нам не найти… Гарсия там тоже нужен, хотя… нет, скорее — только его кавалерия — для того, чтобы связать боем отряды возле бухты… Майор Бишоп и его драгуны — „пикадоры“… тридцать два „ручника“ — это серьезно… разбить — не смогут, но вот остановят с гарантией. Черт! Вся кавалерия в деле… кто тогда в резерве? Так, в резерве… для охраны базы и укрепрайона останется вся пехота батальона Гарсия… и только что созданная „группа поддержки“ — четыре FN FALa и двенадцать РГ40-х. Ну, а еще — в качестве „последнего шанса“ — „легионеры“ Каллахана и снайперская группа с четырьмя эсвэдэшками… Должно хватить… в конце концов — кого сюда может занести из „нежелательных гостей“? Разве что какой-нибудь шальной отряд „патриотов“, да и то не очень крупный. Всем остальным будет явно не до того!»…
— Как вы тут без нас? Я слышал, что развернулись вовсю! — Тигра, стоя на пирсе, изредка поглядывал в сторону моря. «Матильда» через узкий проход в волноломе не вошла, и ее теперь разгружали с помощью лодок и «Печкина», но его использовали как баржу на буксире у итальянских катеров. — Да, и что там с пакетботом?
— А у «Печкина» появилась лишняя, не предусмотренная конструкцией деталь в машине, — хмыкнул Барт. — Пятидесятисемимиллиметровый снаряд от скорострелки. К счастью — не взорвался… и в котел тоже не попал, но дел он там наделал…
— Понятно. Деталей и запчастей для него… упс. Пришлось заказывать?
— Ага. Причем не в Майями, а — через Майями… там не получилось и теперь вот ждем. Хотя… Гонсалес — Штаффель отнюдь не унывает! Такого «ястреба» себе взамен оторвал — закачаешься! Кстати, и у Айронпоста — такой же. В «Алжире» посмотришь… если повезет. Они же сейчас вдоль всего западного побережья мотаются… потому что больше — просто некому. Да, а что ты там еще привез, кроме пулеметов?
— Тебе лично… типографию! А то, журналюга чертов, говорят, что вы тут без собственной газеты совсем одичали! По слухам, даже «Нью-Йорк таймс» читаете… и не для получения информации, а потому что больше читать нечего!
— Как же много нового можно про себя узнать… с тобой пообщавшись! Вот, блин, и не возразишь… как-никак Орьенте — один из «мировых центров»!
— А ты как думал?! Центр и есть… — Олег посерьезнел. — Или станет таковым… в ближайшем будущем — если все пойдет как надо. И я не шучу — Орьенте это не только сахар и симпатичные разноцветные кубинки. Это еще и железо, медь, свинец, цинк, хром, асбест, уголь… вообще-то там есть даже золото и серебро. Но главное — железо. Только в Майяри — полмиллиарда тонн руды, а по «местным» ценам это — на миллиард долларов… не считая всего остального. Понял, что это значит?
— Это значит, что драка нам предстоит очень серьезная, — убрал улыбку Игорь, — но, в конце концов, раз уж влипли — будем драться. Да и… не бросать же Игру на середине партии… несерьезно это, клянусь Хейзингой! — Барт опять улыбнулся. — А какой там выигрыш — сахар… железо… деньги… остров Куба… да хоть что угодно — лично мне без разницы! Кстати, если кое-что вспомнить — тебе тоже…
— Говорили мне умные люди — «не учись Играть!»…
— Ага — «…привыкнешь, и жизнь твоя — не будет стоить даже ломаного цента!»… и хотя это — немного про другое… и вообще — из другого фильма, но, по-моему, очень точно проясняет суть вопроса. Ладно, хватит философии, а то, как я вижу, Бергман уже задумчиво поглаживает «маузер»… наверное, решает, что лучше — «пристрелить этого наглого щелкопера!» или просто не маяться больше дурью и подойти поздороваться. Какого черта, Клаус, ты там до сих пор торчишь?
Бергман в ответ на это пожал плечами и, неторопливо приблизившись и пожав руку Тигре, вдруг… резко толкнул Барта плечом, так что тот свалился с пирса в море. Затем невозмутимо… и не обращая внимания на удивленное лицо Олега, дождался, пока Барт вынырнет, и спокойно сказал ему:
— Девять — пять… если я не ошибаюсь. Ну, так как, герр Кейнз, мы продолжаем… или с вас хватит? Вообще-то… я родился в Гамбурге. И в игры «Кто кого подловит?» играл еще тогда, когда не умел читать, так что у вас — никаких шансов. Предлагаю вам почетную капитуляцию. Вылезти помочь?
— А вот ни фига… житель Гамбурга! — Барт выплюнул воду, рассмеялся и поплыл к лесенке, закрепленной на пирсе. — Я еще отыграюсь! Тигра, чего ржешь? Попробуй-ка сам подловить этого чертова немца!
— Барт… мой тебе совет… лучше — сдавайся, — сквозь смех ответил усевшийся на кнехт Тигра. — У тебя действительно — ни единого шанса! И дело даже не в… Гамбурге, а в том, что Клаус… каждый день… постоянно… работает с динамитом!!!
— Блин!!! А ведь точно… — Игорь вылез на пирс, тоже сел на кнехт, посмотрел на смеющегося Олега, улыбающегося Бергмана и хлопнул себя ладонью по лбу. — А вот этого-то я и не учел! Нашел с кем связываться, дурак! Все — сдаюсь! Капитулирую! С меня — четыре коробки сигар! Клаус, подождешь, пока я в Гавану съезжу, или мои тебе подойдут? Предупреждаю сразу — это не «Вегуэрос»… не люблю я их.
— А я «Вегуэрос» тоже не люблю, так что… вполне подойдут.
— Так, типография уже на берегу… ага — вон… те самые ящики, что только что с «Печкина» сгрузили, а все остальное и без нас разгрузят, — сказал Тигра. — Думаю, мы здесь уже не нужны, да и Барту переодеться надо… и за сигарами смотаться! Клаус, а мы с тобой — в мастерские. Хочу посмотреть, как там без меня…
— Я надеюсь, что не хуже, чем с вами, герр Мантайгер!
«Опять не высплюсь… а, ладно — не в первый раз. И явно — не в последний… пора бы уже и привыкнуть, — после совещания Эрк остался в штабе, чтобы все обдумать и „рассортировать“, как всегда. — Схема у нас пока получается следующая… конечно, бой ее поправит, но… не думаю, что очень уж сильно. Плацдарм. Его, как я еще днем и думал, блокирует пехота и обстреливает артиллерия, и, хотя вряд ли у нас получится его ликвидировать, но шороху мы там наведем хорошего! „Патриоты“… те из них, что на охране плацдарма, — задача майора Гарсия… и отца Франциско. То есть… не столько его лично, а всех „смиренных братьев“… надеюсь, эти чертовы иезуиты оправдают доверие Падре… и мое. Они уже выехали… вместе с остатками кубинской кавалерии и ребятами Криса. Батальон Хартмана, „инструкторы“, они же — „временная пулеметная полурота“ и артиллерия — выйдут завтра днем… пораньше. „Дивизия“ Переса и сам сеньор „генерал“… блин, не знает он, как ему повезло! Если бы он не был нам нужен, то случилось бы с ним то же, что и с Кастильо, а так — пока поживет… еще некоторое время! Там, как и планировалось, работает наша остальная кавалерия под командой Лейт… правда, не вся. „Корсиканцев“ пришлось отправить на патрулирование железки, а то еще рванут ее… не вовремя. И не „патриоты“ — испанцы, у которых… есть на это приказ — „чтобы враг не воспользовался“… Так сказать, „тактика выжженной земли“… нет уж, сеньоры, нам эта узкоколейка и целой пригодится. Развлекаться взрывами мы вам здесь не дадим! Это ближе к Сантьяго… в зоне действий Шафтера, можете хоть все подряд рвать, а вот в НАШЕЙ зоне действий… не стоит. Без „помощников“ обойдемся! То, что нам надо взорвать, — мы и сами взорвать сможем!»…
Капитан неторопливо набил трубку и закурил.