— Уберите её! — заорал кто-то из медиков, указывая на идиллийку, и тут же отвернулся к очередному пациенту.
Кто-то ухватил Схему под руки, бесцеремонным рывком поднял на ноги и поволок прочь от этого чистилища, где вырванных из пекла уносили на алтарь возрождения ангелы в заляпанных кровью одеждах.
Схема плелась, словно сомнабула, а перед глазами стояли скрюченные, обугленные пальцы обожжёного солдата, словно вцепившиеся в улетающую жизнь. Наконец, сознание милосердно покинула измученное чужой болью тело.
Сколько длилось беспамятство — Схема не знала. Она приподнялась, обнаружив, что лежит на раскатанной солдатской плащ-накидке. Солнце уже начало клониться к горизонту, но жара не спала. В раскалённом воздухе витал густой, тошнотворный, ни на что не похожий запах, от которого девушку вновь скрутил приступ рвоты.
Наверное, именно так воняло в аду.
Схема утёрла рукавом испачканные рвотой губы и попыталась встать. Вышло не с первой попытки — ноги дрожали, тело охватила болезненная слабость.
Каждый шаг давался с трудом, но идиллийка упрямо шла к цели. Кто-то пытался ей помочь, но Схема не глядя отмахнулась. В замутнённом сознании не было даже понимания, зачем возвращаться. Нечто необъяснимое толкало её вперёд, к посадочной площадке.
Раненых уже не было. Место врачей заняли техники и их роботы, торопливо готовившие вертолёты к следующему вылету. Щелкали вставляемые в медицинских дроидов кассеты с медикаментами, оружейники с хэканьем вставляли ракеты в гнёзда пусковых установок.
Но всё это Схема едва рассмотрела. Её взгляд приковал робот с садовым шлангом в руках. Обыденная картина, вот только поливал он не газон перед домом, а смывал скопившуюся на площадке и в десантных отсеках кровь. Та стекала под ноги пилотов и медиков, спешивших занять свои места в машинах, собиралась в яркие розовые ручейки и исчезала в канализационном стоке.
А Схема стояла и смотрела, видя не грязную воду, а сотни жизней, обыденно спущенные в канализацию.
Глава 3
Планета Идиллия. Округ Зелар, тридцать километров от города Зелар
Только маршевая колонна
В обманчивой тишине
Внушительно и непреклонно
Шагающая по стране.
Именно эти строки из стихотворения древнего земного поэта, прочитанного в доме у Талики, пришли на ум Чимбику. Сержант лежал за деревом, наблюдая за колоннами вражеской техники, тянущимися по шоссе. Действительно величественное зрелище, разве что ничуть не тихое.
Колонна гремела, грохотала, рычала и свистела, словно чудовище из книжек, что так любит Блайз. Колёсные и гусеничные бронемашины, танки, артиллерия, зенитные установки, инженерно-сапёрная техника, разномастные роботы, авиация производили впечатление даже на репликантов.
А с небес на землю спускались всё новые и новые шаттлы Союза, выпуская из трюмов очередные партии захватчиков и казалось, что этот конвейер бесконечен. Репликанты наблюдали за высадкой уже пятый час, с того момента, как войска Доминиона отошли на подготовленные рубежи обороны. И за эти пять часов ветераны сражения на Хель смогли воочию увидеть изменения, произошедшие с армией Союза.
Практически вся техника захватчиков была произведена в Консорциуме. Новейшие образцы, ненамного уступающие тем, что стояли на вооружении Доминиона. Именно по этой причине репликанты наблюдали за врагом сами, не используя дроны: корпораты слишком хорошо знали частоты, на которых работали “мухи” коммандос. Хотя при переходе в войска Доминиона репликанты получили новое, усовершенствованное снаряжение, Чимбик не хотел рисковать, испытывая удачу. Лучше пройти лишние несколько километров, чем получить на голову снаряд, наведённый по запеленгованному сигналу такблока.
— Что-то их дохрена, — мрачно подытожил Блайз.
Чимбик даже не стал отвечать на эту очевидность. То, что сражение за Идиллию не будет лёгкой прогулкой, репликанты знали с момента переброски к Эсперо. И теперь, глядя на растянувшуюся вдоль дороги вражескую колонну, сержант осознал это особенно чётко.
Планета Идиллия. Округ Зелар, фермерские хозяйства близ города Зелар
Ещё несколько часов назад здесь цвели сады и зеленели поля фермерских хозяйств. Разгоревшееся сражение превратило большую часть из них в перепаханные воронками и заваленные чадящими обломками пустоши. Дымы пожаров расчертили небо уродливыми ломаными линиями, похожими на скрюченные пальцы тварей из ночных кошмаров.
На фоне апокалиптического пейзажа город на горизонте казался выходцем из другого мира. Зелар не пострадал вообще: силы Союза сумели отсечь доминионцев, избавив себя от кошмаров затяжных городских боёв. Да и сами доминионцы не стремились к этому: поняв бесплодность попыток ликвидировать плацдарм врага, защитники Идиллии отступили, проутюжив на прощание зону высадки артиллерией.
Бой ещё не успел отгреметь, а инженерные подразделения уже работали — тушили пожары, растаскивали подбитую и сгоревшую технику, убирали обломки, ремонтировали дорогу. Костас приметил даже санитарные машины, направляющиеся к горящим фермам.
“В духе Прокофьева”, — подумал полковник.
Насколько он успел изучить корпората, назначенного ответственным за оккупированные территории, тот был прагматиком до мозга костей. Ничего лишнего, никакой пустой траты ресурсов. Естественно, едва затихли последние выстрелы боя, генерал Прокофьев немедленно выделил силы для устранения ущерба, нанесённого источникам продовольствия.
В другой день Костас Рам искренне порадовался бы такому подходу руководства, но сегодня… Пережитое на орбите трансформировалось в злобу, требующую выхода. И туземцы казались наиболее подходящими кандидатами на роль громоотвода. Доминионские шавки, преданно припавшие к ботинкам хозяев, стоило тем просто появиться и строго цыкнуть.
С идиллийцами Костас сталкивался всего пару раз, и его мнение о жителях этой планеты не намного превышало высоту декоративного плинтуса. Развращенные, пресыщенные гедонисты, думающие лишь об удовольствиях — такими он видел жителей планеты-курорта. До контакта с Доминионом эти мягкотелые ублюдки блаженствовали в своём мирке, и Рам даже в чём-то их понимал — всё же идиллийцы действительно смогли выстроить едва ли не идеальное для бездельников общество.
Но Врата полностью изменили картину мира, открыв идиллийцам глаза на одну неприглядную истину: это друг для друга они — уважаемые члены общества, а для хищников вроде эдемцев — просто легкая добыча. Не удивительно, что осознав своё истинное место в пищевой цепочке, идиллийцы даже не стали вертеть головой в поисках союзника, а сразу спрятались под крыло к гегемону космоса — Доминиону.
С одной стороны, это было разумно — вояки из идиллийцев не лучше, чем из дерьма — пуля, но с другой, Рам, выросший в культуре воинов, презирал тех, кто даже не пытается защитить свой дом.
Вот и сейчас за этих болванов сражались и гибли другие. А сами туземцы наверняка наслаждались зрелищем, совсем как в 18–19 веках на Земле докосмической эпохи, когда праздная публика валила посмотреть на сражение двух армий. Упиваться зрелищем чужих смертей и страданий, наслаждаясь напитками и закусками в полной безопасности.
— Грёбаный курорт, — зло выдохнул сидевший рядом с Рамом контрразведчик.
Грэм снял шлем и поднял “ресничку” броневой крышки, прикрывающей окно.
— Пасторальный пейзаж, прям как на чайном сервизе рисуют, — продолжил он, наблюдая, как голова колонны втягивается в город.
Ударные беспилотники, с такого расстояния похожие на мошкару, брызгами разлетались по сторонам, бдительно оберегая войска от возможных засад и нападений.
— Не хватает только мирно пасущихся овец и трахающих их пастухов, — Нэйв приподнялся, распахнул люк и сплюнул на дорогу.
— А с чего пастухи будут их трахать? — слегка обалдев от подобного описания, поинтересовался Рам.
— А кого им ещё трахать? — люк негромко лязгнул, возвращаясь на место. — Только тех, кого пасут. Ну, или друг друга. Это Идиллия, не забыли? Тут все кругом трахаются, даже пастухи с овцами. Уродская планета, полная моральных уродов…
Выдохнув, он провёл руками в перчатках по голове и уже тише сказал:
— Извиняюсь. После высадки потряхивает, вот и сокращаюсь…
Костас понимающе кивнул, а Ракша с преувеличенным весельем, выдающим нервозность, сказала:
— Главная опасность впереди, капитан, сэр. Теперь мы — комендантский полк на секс-курорте. Будьте бдительны, иначе могут затрахать насмерть.
— Благодарю за предупреждение, лейтенант, — сухо отозвался Грэм, надевая шлем.
Рам переключился на приватный канал и сказал Ракше:
— Не нарывайся.
Та демонстративно отвернулась к окну, а Рам вывел данные о полученных городской инфраструктурой повреждениях.
Жители городка даже не подозревали, как им повезло, что Зелар не стал полем боя. Обманный манёвр с имитацией высадки десанта в различные населённые пункты планеты с космодромами, предпринятый союзовцами, удался полностью. Доминионцы в попытке ликвидировать вражеские плацдармы вынуждены были разделить войска, благодаря чему высадившиеся у Зелара союзовцы получили численное преимущество.
Командующий Доминиона, трезво оценив ситуацию, после короткого боя отвёл свои подразделения, подарив Союзу фору. Но Рам не сомневался, что враг сейчас активно ведёт разведку и прорабатывает ответные действия.
В космосе победа безоговорочно осталась за Союзом. Эскадру, прикрывающую Зелар, разгромили за считанные часы. Та же участь постигла Врата и защищавшую их станцию. Союз всеми возможными средствами пытался затруднить доставку подкрепления силам Доминиона.
Разгромив врага, флот Союза занялся устранением полученных в бою повреждений и подготовкой к новому боевому вылету. Исход операции на Идиллии теперь решали наземные силы. Мощное ПКО Доминиона не позволяло ударом с орбиты разбомбить вражеские позиции, и помощь от Флота заключалась только в прикрытии наземной группировки. Для этого на орбите оставались лёгкий авианосец “Лун” и две роботизированные ракетные платформы. А остальные корабли Союза отправлялись выполнить свою главную в этой операции задачу.