Вероятно, от второй атаки меня бы уже ничто не спасло, но Винтерс не сплоховал. Сзади по планирующему магу ударила голубая дуга молнии. Плетение попало в цель, поражая мага и сбивая его планирующее заклинание. Потеряв контроль, он начал быстро терять высоту.
Удача изменила противнику. Он упал прямо на кованую ограду, где его встретили острые наконечники кованых прутьев. Вид нанизавшегося на них человека был отвратителен.
Упав, маг задергался в неистовой жажде жизни. Я услышал кашель и сиплые всхлипы. Человек еще дернулся, после чего застыл без движения. Его энергетический след начал тускнеть.
На поле боя остались только четверо человек, попрятавшихся в саду. Едва увидев судьбу главного мага, они отреагировали быстро.
— Сдаемся! — послышался крик. — Господа маги, мы сдаемся. Прошу, не убивайте!
— Нас силой заставили работать на него! — тут же подхватили остальные. — Не бейте, господа маги!
Винтерс как раз подошел, чтобы оценить обстановку.
— А ну, встали все! — крикнул он. — Руки держать за головой!
Преступники тут же последовали приказу. В это время в небо взлетели четыре ярких светляка, отправленных Винтерсом. Вокруг стало светло, почти как днем. Маг подошел ближе, изучая округу.
— Ты как, Виктор? — первым делом осмотрел он меня. — Не зацепило?
— Все нормально, — ответил я.
— Фух. Вот и хорошо, — облегченно вздохнул наставник. — А то Коннорс бы мне голову открутила.
Убедившись, что я цел, он обратил внимание на преступников. Те послушно стояли, не смея шелохнуться. Наставник огляделся и, похоже, заметил, что и здесь шел бой.
— Ого, да ты здесь повоевал! — произнес он. — Ну ты даешь, Вик.
Под светом застывших в небе плетений он осмотрел стонущих, израненных кинетическим ударом преступников. В следующий момент его внимание перескочило на мага, тело которого улетело дальше всех. Обратил на него внимание и я.
«Черт», — ругнулся я.
Тот уже не пытался окружить себя щитом и просто лежал. Не сразу до меня дошло понимание, почему он ощущается так тускло. Не справившись с травмами, преступник медленно умирал, а его энергетическое тело распадалось. Понял это и Винтерс.
— Виктор, — глухо произнес он. — Отойди к энергомобилям и отдохни там. Я скоро подойду.
Стало ясно, что он хочет оградить меня от осознания убийства. Все-таки в его глазах я был еще совсем пацаном. Произошедшее могло лечь тяжелым грузом на мою душу.
Я и правда ощущал себя странно. Всю свою прошлую жизнь я был против насилия. Сейчас же сам участвовал в нем. Почему-то, когда пришло решение атаковать, я ни на секунду не задумался, что способен убить противника.
«Ну и что? — хмыкнуло холодное сознание. — Будто ты не понимал, что рано или поздно такое произойдет».
Это была не первая смерть на моем пути, но в прошлый раз сознание было затуманено Злобой. Я пожал плечами. Понимание того, что я отнял чужую жизнь как накатило… так и отошло. Небо не рухнуло, земля не разверзлась.
Я направился в сторону выхода и покинул территорию дома. К этому моменту туда как раз подъехала целая кавалькада энергомобилей.
«Ну вы вовремя», — устало хмыкнул я.
Я ощутил, как на место максимальной собранности приходит слабость и заторможенность адреналинового отката. Организм, ощутив, что опасность миновала, расслабился…
То, что еще недавно было утонувшей в темноте улочкой и подозрительным особняком, сейчас разительно изменилось. Дорога была до отказа забита энергомобилями стражи и других организаций.
Основная суета творилась у особняка, вернее, того, что от него осталось. Пожар уже потушили, а место битвы оцепили. Сейчас там сновало множество людей. Я еще не знал подоплеки произошедшего, но, судя по обилию высоких чинов, что-то было в этом деле серьезное.
Сам я сидел на бампере энергомобиля Винтерса и пил кофе, принесенный тем самым горе-стражником, встретившим нас по приезду. Наставника не было, но его голос то и дело было слышно со стороны особняка.
Адреналиновый откат принес желание отдыхать, а еще лучше, прилечь где-нибудь и вздремнуть. Чтобы чем-то занять мозг, я оценивал свои действия в прошедшей битве.
«Мне все еще приходится много полагаться на артефакты, а не собственные навыки, — отметил я. — Но в плане тактики и действий можно себя похвалить за отменное хладнокровие».
Часть разума все еще отмечала, что самым умным решением было бы не вмешиваться и подождать в стороне. Но такое малодушие плохо попахивало. Я уже пошел по стезе государственного мага и начинать с репутации труса было очень плохой идей.
«Тренировки помогли. Даже в стрессовой ситуации кинетический удар вышел быстро и уверенно, — добавил я мысленно. — Можно начинать работать над расширением доступных плетений».
От размышлений меня отвлекло движение на фоне. Подняв взгляд, я увидел, что ко мне приближается Винтерс.
— Закончили, наконец, — сказал он.
— А что с магом и стражниками? — спросил я.
Именно ради спасения этих людей мы сюда и направились, так что мне был интересен исход «операции».
— Маг жив. Хоть и крепко его переломали, но убивать побоялись, — произнес он. — Стражников порезали. Два тяжелые, но живые. Еще два истекли кровью, не дождавшись помощи.
— Побоялись? — вычленил я интересный для себя момент.
— Маги Хардена всегда стоят за своих, — объяснил Винтерс. — А уж за смерть бьют троекратно.
— Полезная репутация, — кивнул я.
— Полезная, — согласился Винтерс. — И потому мы ее так упорно поддерживаем. И ты будешь, Виктор. Вернее, уже делаешь это.
Винтерс по-разному общался со мной. Чаще это было снисхождение и легкая ирония. Однако сегодня я впервые заметил что-то, что можно было назвать настоящим уважением. Правда, повод для этого был так себе.
— Тот, второй маг, он ведь умер, да? — спросил я.
Я хотел прояснить этот момент, чтобы точно знать.
— Да, — просто ответил Винтерс. — Он умер от травм. Ты его Пукалкой шарахнул?
— Ага, — кивнул я. — Он улетел куда-то в кусты.
— Твой источник вырос слишком резко, — сказал Винтерс. — Наверное, из-за этого не рассчитал.
Он был не прав, но не знал об этом. На самом деле я точно дозировал силу удара. Просто в момент, когда мне угрожала опасность, жизни каких-то бандитов имели ровно нулевое значение. Это уже после боя накрыло осознанием. Да и оно в итоге не особо терзало. Больше всего сейчас беспокоило другое.
— Наставник, — обратился я к Винтерсу. — А если из-за моих действий погиб человек, это… вызовет какие-то проблемы с законом?
В ответ на это Винтерс лишь фыркнул.
— Уж о чем, а об этом можешь не беспокоиться, — ответил он. — С преступниками в Новом Свете не церемонятся.
Последнее замечание привлекло мое внимание.
— Как вообще возникла такая ситуация? — с искренним недоумением спросил я. — Вряд ли эти маги устроили засаду на стражников.
— Помнишь тот мешок, который они тащили? — спросил Винтерс и тут же пояснил. — Похитили какую-то девку из дворян. Здесь то ли перевалочный пункт, то ли база, где просто ждали выкупа. Деталей я не знаю.
Он присел на капот машины.
— Подготовились они хорошо, да погорели на мелочах, — произнес он.
— Тот стражник говорил, что бдительные соседи написали донесение, — кивнул я.
— Ага, — подтвердил Винтерс. — После Чистых стража все еще в режиме усиленной работы.
Ситуация в какой-то мере получалась абсурдной. Стража случайно нарвалась на крупную рыбу. Исчезнуть бы им навсегда, но так же случайно в пределах работы метки мага оказался Винтерс. Одно событие потянуло за собой другое, и вот недалеко от центра произошла схватка магов, разбудившая половину города.
— Похоже, ты крепкий орешек, держишься хорошо, — произнес Винтерс, осматривая меня. — Так что раз уж сегодня мы начали знакомиться с темными сторонами жизни, давай посмотрим еще кое на что.
Он махнул рукой, указывая путь. Встав, я последовал за ним. Обойдя припаркованные энергомобили, мы направились в сторону больших фургонов. Подойдя ближе, я услышал странные звуки. Кажется, кто-то то ли кряхтел, то ли плакал и что-то умоляюще бубнил.
Обойдя фургон, мы подошли к распахнутым настежь дверцам. Мне открылась неприглядная картина. Связанные преступники лежали на полу, а пара стражников их избивала — методично, с чувством.
Сначала я подумал, что это жесткий допрос, однако быстро понял, что ошибся. Вернее, избиваемые, кажется, уже не просто хотели, а жаждали все рассказать. Однако люди в форме совсем не задавали вопросов. Не спеша, будто даже с каким-то удовольствием они избивали людей. Те лишь повизгивали. Кажется, пару раз я слышал хруст костей.
— А ну, покиньте место следственных действий! — послышалось со стороны.
Из-за энергомобиля к нам вышел тучный мужчина в форме стражи. Я тут же узнал того самого капитана, начальника Миры. Судя по разгладившемуся лицу, тот в свою очередь узнал моего наставника.
— Винтерс, — произнес он. — Что-то еще хотел?
— Не, — отмахнулся наставник и показал рукой на продолжающееся избиение. — Не перестараются?
— Была б моя воля, ублюдков здесь бы и закопали, — голос капитана налился яростью. — Но так как в деле замешаны дворянчики, их заберут. А пока мы их немного помнем.
Я его в чем-то понимал. Сегодня погибли два стражника. Сейчас я видел жестокий самосуд, устроенный их коллегами. От методичного избиения буквально кровь стыла в жилах. Правильно это было или нет — решать не мне, но смотреть на это было действительно тяжело.
— Знакомишь своего протеже с настоящей жизнью? — тем временем произнес капитан, обратив на меня внимание.
— А как же, — усмехнулся наставник. — Тем более, он уже показал себя.
— Наслышан, наслышан, — кивнул капитан и оценивающе взглянул на меня. — Парень, захочешь в стражу после Хардена, пиши заявление в восточно-центральный отдел. Нам такие нужны.
— Смеешься? — фыркнул Винтерс. — У парня большое будущее. Нечего ему в занюханной страже делать.