Как это водится, стоило только начать и дальше пошло легче.
— Каждую секунду наш город подвергается ужасной опасности, — продолжил я. — Мой наставник и другие маги практически отказались от сна, чтобы защищать граждан… и вас всех. Они стали последним рубежом.
Шекл сначала посмотрел на меня с гневом, но видя, что другие не вмешиваются, сдержался.
— Защитят ли вас традиции, если монстры подойдут к вашим домам? — обратился я уже ко всем. — Реальность такова, что нужно или принимать ее и бороться, или смириться с потерей родины. Магов-защитников не хватает, в Хардене слишком мало студентов.
Понятное дело, что Шекл на самом деле беспокоился вовсе не о традициях, а о собственных интересах. Однако против мнения большинства как политик он идти не мог. Да и принц, кажется, отошел от страха и наконец «нашелся».
— Если вы беспокоитесь о расходах, к которым приведут перемены, — произнес он, — то хочу сообщить, что представители делегации взяли на себя более половины расходов Хардена в данный момент.
Я с облегчением выдохнул. Наглеть не стоило. Даже мои две фразы были нарушением всех норм этикета. И хорошо, что ко мне быстро потеряли интерес.
«Свою лепту я внес, — подумал я, глядя на Альбрехта. — А дальше давай уже сам».
Тем временем главный барьер был преодолен — русские наконец решили вмешаться.
— Его Высочество прав, — пробасил плечистый глава делегации. — Мы взяли на себя расходы и мы поддерживаем это начинание.
Его жесткий, припечатывающий акцент как будто придавал убедительности словам. Приняв эстафету, теперь уже он стал центром внимания. Но русского это не беспокоило. Выразив свое мнение в паре фраз, он подошел к лорду Шеклу.
— Вместе мы сделаем Новый Свет магической столицей мира! — произнес он. — И ваши помощь и участие принесут великую пользу.
Закончив так свое выступление, он протянул руку Шеклу, видимо, таким жестом предлагая закончить если не с этим конфликтом, то с дискуссией. Отец Фиделии выглядел хмурым. В мыслях он скорее всего был совсем не удовлетворен таким исходом.
Тем временем дворяне начали обсуждать услышанное, попутно следя за реакцией Шекла. Слушая гомон, я различил явную поддержку Альбрехта и представителей русской делегации.
Конечно, присутствующие едва ли купились на пафос и громкие слова. Скорее, подействовало уверение русских, что за все уже уплочено. Мелкие и недальновидные аристократы были довольны, что в их кошельки никто не полезет, и город, а значит, их собственность, будет в безопасности. А уж на попрание традиций всем точно было плевать.
Конфликт и возможный раскол никому из присутствующих не был нужен. Особенно во времена подобной опасности от аномалии. Поэтому более Шекл не имел поддержки среди массы аристократии, а потому и не стал продолжать конфликт.
Выдавив улыбку, аристократ пожал руку русскому дворянину. Я услышал, как стоящий рядом Альбрехт выдохнул от облегчения.
— Вижу, люди поддерживают меня, — произнес он. — Полный список изменений будет объявлен позже. Пока же предлагаю всем вам насладиться отдыхом. Развлечения ждут вас!
Хоть и немного скомкано, но официальная часть была закончена. Собравшиеся аристократы потихоньку вновь разбились по группам и начали расходиться по роскошным дворцовым садам. Постояв с торжественным видом еще пару мгновений, Альбрехт наконец выдохнул и повернулся ко мне.
— Виктор, привет, — произнес он, когда плетение для увеличения громкости голоса было снято. — Рад тебя видеть! Ты не представляешь, как выручил меня!
— Приветствую, Ваше Высочество, — кивнул я. — Отчего же, вполне представляю, но мы ведь друзья, верно? Помогать друг другу — это нормально.
— Конечно, — улыбнулся принц. — Я рад, что ты здесь.
Вблизи я увидел, каких трудов Альбрехту стоило происходящее — с его лба стекал пот.
— Коронация совсем скоро и, клянусь магией, сейчас я не позволю никаким событиям отсрочить ее! — с жаром произнес Альбрехт. — И я хочу, чтобы ты был на коронации в качестве моего личного протеже.
Я не знал деталей церемонии, но из контекста стало ясно, что приглашение очень важно. Отказать означало фактически разорвать нашу если и не дружбу, то тесное сотрудничество. Нужно было сделать окончательный выбор.
«Нет. Я уже его сделал, — мысленно поправился я. — Только что, вмешавшись туда, куда не звали».
Как самостоятельного игрока, поддержавшего принца, меня, конечно, не восприняли. А значит, я только что просто показал, что нахожусь в его фракции. В слабой фракции будущего короля, которого не особо признают даже собственные поданные.
«С другой стороны, именно старые союзники и есть самые ценные», — подумалось мне.
В любом случае, пусть второпях, но выбор был сделан и плохим я его назвать не мог. А трудности ожидали меня при любом раскладе.
Я услышал шаги. Синхронно повернувшись, мы увидели, как к нам подходит тот русский.
— Еще раз приветствую, Ваше Высочество, — довольно по-свойски поздоровался он. — Рад видеть, что у вас действительно есть поддержка.
Он посмотрел на меня.
— Видел тебя уже, парень, и не раз, — прогудел он. — Везде поспел, далеко пойдешь, значит.
— Здравствуйте, господин, — сказал я и замолчал. Раньше меня никто не удосужился представить русскому дворянину, хоть мы не раз встречались. Принц тут же спохватился.
— Князь Владимир, — обратился к нему принц. — Виктора я уже представил. Он мой друг и союзник.
Отец Арины внимательно на меня посмотрел. Я хоть раньше и видел его, но не заострял внимания, а потому пригляделся к нему сейчас. Это был крупный плечистый мужчина — русый, но с темной бородой. Прямой и внимательный взгляд, казалось, пронизывал собеседника, но не давил.
— Приятно видеть, что у вас есть хорошие товарищи, — прогудел князь. — Да еще и с таким потенциалом.
— Благодарю за похвалу, но она преждевременна, — как и полагается, поскромничал я. — Будущее покажет, насколько я старателен.
— Похвально, похвально, — погладил бородку князь.
Он посмотрел на принца. Я понял, что они собираются обсудить какие-то дела, и не стал ждать, когда меня попросят отсюда.
— Я уже слишком надолго покинул своих сверстников, — произнес я. — С вашего позволения, пойду.
— Да, конечно, — покивал принц. — Мы позже договорим. Не забудь мои слова.
— Поводу предстоящей экспедиции… — услышал я, уже уходя.
Последнее слово вызвало интерес, но я уже отошел от принца, а задерживаться было некрасиво, и потому разговор пропал в гомоне.
О какой экспедиции ведется речь, было интересно, но после всего случившегося на меня навалилась эмоциональная усталость. Хотелось присоединиться к своим, а не торчать под взглядами дворян. А последние я то и дело ловил на себе.
«Сегодняшний день многое изменит для меня, — подумалось мне. — Я потихоньку начинаю вылезать под солнце».
Пока мы знакомились князем, дворяне разбрелись по парку. К этому времени обстановка сменилась. Где-то играла музыка и пел приятный голос. В других местах с гиканьем выступали то ли акробаты, то ли какие-то иные приглашенные артисты. В общем, публику развлекали, как могли, чтобы отвлечь от ненужных раздумий.
Аристократы помоложе охотно вовлеклись в развлечения. Те же, кто были постарше и посерьезнее, разбрелись группками и использовали повод, чтобы решать свои дела. Русские также разошлись в разные стороны — их подбитые мехом кафтаны виднелись тут и там. Местный свет, похоже, окончательно их принял.
«Надо найти своих, — подумал я. — Да и неплохо было бы вообще свалить отсюда».
Я пригляделся в поисках харденцев и почти сразу заметил знакомый синий плащ. Капюшон был накинут, но снизу из-под плаща виднелись туфли и тонкие девичьи щиколотки.
«Видимо, Крис тоже тут заплутала», — подумал я и поторопился нагнать ее.
Я помнил, как она нервничала перед поездкой. Похоже, ребята разбежались, оставив старосту одну, и теперь она не знала, что ей делать и куда идти. Мне определенно стоило присоединиться к ней.
Девушка шла небыстро, но находилась далеко, так что я успел отделиться от толпы и пройти целую аллею, прежде чем нагнал ее.
— Чего грустишь? — спросил я и приобнял старосту за плечи, чтобы приободрить.
Однако, к моему вящему удивлению, из-под капюшона плаща выглянула донельзя изумленная моим поведением… русская!
«Ну черт», — мысленно ругнулся я, поняв свою ошибку.
То ли случайно, то ли чтобы подчеркнуть свое будущее поступление, княжна надела плащ, очень похожий на парадную форму харденцев, так что немудрено было спутать.
На пару мгновений я смутился, ведь позволил себе довольно фамильярное обращение с аристократкой. Но идея жалко извиняться за свое поведение показалась мне неприемлемой для репутации всесильного Двойки, так что я решил сделать вид, что все так и задумывалось.
— На посиделках старых политических пердунов всегда так скучно, — пожаловался я. — Альбрехт сказал, тут где-то есть развлечения, так может, поищем?
Сказал и понял, что даже немного переборщил с образом развязного парня.
Арина в первое мгновение тоже опешила от моего напора. Но, в отличие от нашей старосты, эта девица была слеплена совсем из другого теста, так что ответила в той же манере:
— С радостью, если руки уберешь, — широко улыбнулась она. — А то ведь я их и оторвать могу, а потом сказать, что так и было.
— Уоу, — я демонстративно убрал руки и поднял их вверх. — А ты опасная девушка.
— Что есть, того не отнять, — хмыкнула она, довольная грубоватой похвалой. — Обычно люди боятся ко мне подходить.
— Из-за твоего отца? — уточнил я.
— Нет. Из-за моей силы, — улыбнулась она, глянув на меня насмешливо. — Думаешь, ты один такой крутой на свете?
Я изумленно вскинул брови. До этого момента я привык думать, что никто и близко не может сравниться с моим даром, который сейчас даже превысил отметку «2». Выходит, у Арины близкие показатели, раз она так уверена в себе?
— А какой у тебя уровень? — поинтересовался я, заинтригованный этим заявлением.