Фантастика 2025-51 — страница 877 из 1633

лучить баснословные деньги от продажи такого товара. Такого, да у нас уже и лучше! Венецианцы пузырь надували из стекла, а после его разрезали. А мы зеркала уже делаем раскатывая стекло. Больше производительности и хорошее качество при этом выходит. Еще бы ювелиров мне хороших, так рамки делали бы красивее. Вроде бы из Биляра привел четыре семьи, где главы родов занимаются ювелиркой. Посмотрим, как они справятся.

А вот стеклянная продукция в виде бокалов, ваз, кубков — все это продавалось неплохо, пусть и и не получалось создавать ажиотаж. И… Хрусталь. Добавили-таки свинец, что-то получилось. Честно, я даже и не знаю, хрусталь ли это, вернее насколько он качественный, некоторые изделия привезли и хрустальными.

Недаром все же Гильермо Понти неустанно просит о создании генуэзской фактории где-нибудь на землях Братства.

Когда, взятые мной из Воеводино купцы, начали складировать серебро и даже золото на складах Братства в Константинополе, я опешил. Ведь, на самом деле, столько драгметалла мне и не нужно. Если всё это я повезу на Русь, то просто обесценятся деньги. Нужно развивать мануфактуры, производство, сельское хозяйство. Необходимо углублять товаро-денежные отношения. И вот тогда можно и увеличивать денежную массу. А пока что…

Я ведь знал, что в Европе случилась «революция цен» после начала интенсивной колонизации Америки и иных частей мира. Европейцы имели много серебра и золота, а вот товарное производство, прежде всего сельское хозяйство не успевало за увеличением денежной массы. Как итог: цены взлетали, голод приходил. Спасала Европу только Речь Посполитая с Россией, которые продавали свое зерно европейцам.

Месяц прошел в трудах и заботах, тренировках, даже в учениях. Арсак, командующий всеми войсками, отправляющимися в Египет, оказался весьма деятельным человеком, а также его участие в качестве главнокомандующего привлекло в ряды крестоносцев немалое количество армян, даже три сотни конных армянских воинов и Киликии, и те присоединялись к походу.

Я был несколько удивлен, что, помимо конных воинов и традиционной византийской пехоты, в формировавшемся войске появились арбалетчики. Генуя предоставляла четыре сотни своих воинов, вооруженных арбалетами и короткими мечами. Наверняка, чтобы после сказать, что и их воины участвовали в походе.

В проливе Дарданеллы, наверное, нужно было устанавливать график прохождения кораблей. Невообразимое количество различных судов прибывали в Константинополь и загружались людьми и лошадьми, а так же продовольствием, оружием и фуражом. Генуя, Пиза, даже Венеция вовремя прислали свои корабли. Мало того, так почти весь флот Братства и русских княжеств, а это на данный момент более пятидесяти вымпелов, все задействованы в погрузке, не говоря о том, что византийцы подтянули все свои отнюдь немаленькие морские силы.

Мы стояли с Гильермо Понти на Константиновом холме рядом с одноименным дворцом византийских императоров. Как отцы провожают своих сыновей в дальнюю дорогу, так и мы наблюдали, как пять парусников в сопровождении шести галер выходили из залива Золотой Рог, чтобы отправиться в новый мир. Ощущал себя отцом, который наблюдает за своим ребенком, получающим аттестат на выпускном. Так и хотелось махнуть стакан водки и пригласить на танец математичку, которая попила кровушки родному отпрыску в выпускном классе.

— Друг мой, Гильермо, ты уверен в том, что арабы пропустят наши корабли через Геркулесовы Столбы? — спросил я, резонно предполагая немалые сложности для колонистов.

— Наше с тобой золото, мой друг, — это пропуск через любые проливы, — отвечал Гильермо Понти.

На этих кораблях были собраны опытнейшие генуэзские моряки и чуть менее опытные, но готовые познавать морскую науку, русичи. Все они, как и русские моряки, на мой взгляд, хорошо освоили науку правильной установки парусов. Мы с Гильермо испытали это сами, когда выходили на парусниках в Черное море и там маневрировали, подстраиваясь с разных сторон под ветер. Такие выходы давали понятие о состоянии кораблей и чем еще загрузить трюмы, чтобы иметь возможность для команд осуществлять ремонт самостоятельно.

— Дойдут! — усмехнулся Гильермо.

— Куда они денутся! — отвечал я.

Во всей этой кутерьме с погрузками крестоносного войска, практически незаметным получился отход, способной стать величайшей, экспедиции в Америку. Я уже сегодня приду в «Русский Дом» и дам задание трем писарям, что состоят при мне, чтобы они отвлеклись от красочного описания подготовки Крестового Православного похода, и написали очерки об отплытии кораблей в…

А как мне назвать новый континент? Америго Веспуччи еще даже не спроектирован своими родителями, до рождения которых как бы не триста лет.

— Как назовем новый континент, друг мой и партнер? — спросил я.

— Как тебе такое название: «Геруссия»? — лукаво спросил Понти.

Я задумался. Звучало, словно из какой сказки название страны. А в прочем… Мы же рождены, чтоб сказку сделать былью? Так что не будет тут Америки, будет Геруссия.

Глава 18

«И всё-таки они больше норманы, чем европейцы» — подумал специальный представитель Венеции в Сицилийском королевстве Доменико Морозини.

Это был один из влиятельнейших людей венецианской республики, весьма вероятно, будущий дож Венеции. Морозини уже как две недели пребывал в Сицилии в гостях у короля Роджера II Сицилийского. Успел испытать все гостеприимство этого одиозного правителя.

Причиной почему Морозини направлен на Сицилию были весьма серьезными и должными повлиять на Венецию кардинально. Тут или предстоит республике еще больше возвеличиться, или потерять все. И венецианские элиты решили не ждать медленного угасания и постепенного уменьшение торговли, а рискнуть.

Венеция не забыла всё то, что случилось в Константинополе и, если оставить убийство тысяч венецианцев и разграбление Венецианского квартала без ответа, то Республика потеряет своё лицо. Где и кому тогда Венеция может диктовать свои правила и условия торговли и сосуществования, если нет возможности постоять за собственных людей и свои интересы?

Венецианский дож граф Пьетро Полани переступил через свои амбиции, гордыню и самолюбие, и прислал Роджеру Второму Сицилийскому извинения за все те причинённые ранее неудобства и призвал его к сотрудничеству и углублению торговых отношений.

Венеция жаждала ударить по Византии, но понимала, что сделать это в одиночку никак невозможно. Вместе с тем, лишь только Роджер Второй Сицилийский имел возможность существенно помочь Венеции в реализации планов её мести.

Венецианцы уже действовали, при этом поступали нелинейно, хитро, максимально усыпляя бдительность императора ромеев и его приближенных мужей. С одной стороны, островитяне послали свою делегацию в Константинополь для урегулирования возникших споров. Это посольство призвано затягивать переговоры и убраться из города в момент подхода венецианского войска и их союзников.

С другой стороны венецианцы занимались тем, что создавали коалицию против Византии, усиление которой было не выгодно никому в Европе. Все понимали, что при сильном византийском флоте, ромеи имеют возможность перехватить первенство на Святой земле. И этот поход в Египет… Европейцы понимали, что именно может произойти, если Византии удастся захватить Египет. Учитывая то, что византийское влияние на христианство в Египте все еще имело место быть… Нет, нельзя допускать усиление Восточной Римской империи.

Французский король Людовик Седьмой, вернувшись во Францию, так же был готов некоторым образом участвовать в атаке на Византию. Однако, он собирался это сделать тайным образом, лишь только побуждая своих феодалов участвовать в венецианском проекте захвата Константинополя.

Будучи весьма набожным, но вместе с тем и честолюбивым, Людовик сильно переживал, что в деле крестоносного движения Византия начинает перехватывать пальму первенства. Кроме того, обманутый муж, также считал, что имеет право на месть. Его жена, Элеонора Аквитанская, успела неоднократно наставить рога французскому королю, в том числе и с неким другом византийского императора, воеводой Владиславом.

Не только французы откликнулись на призыв Венеции прислать своих воинов. Бургунды, озаботившись резким усилением Генуэзской Республики, также решили, что взятие Константинополя может разрешить их внутренние проблемы и ослабить Геную. Возвращавшиеся из Святой Земли крестоносные рыцари, не добившись в Палестине значительных успехов и не получив серьёзных выгод, польстились на деньги Венеции и также были готовы присоединиться к атаке на Византию.

Так что в целом складывалась вполне себе серьёзная коалиция государств, направленная на ослабление Византии. Однако ни французы, ни бургунды, никто иной не собирались в открытую противостоять Константинополю. Они считали, что Византия нынче достаточно сильное государство и ссориться с ним напрямую не следует. Еще придется через византийские земли идти на Святую землю. Если не пропустит император, так и крестоносцы не смогут прийти на помощь в нужный момент Иерусалимскому королевству.

А вот сделать так, чтобы развязать руки феодалам, чтобы они имели возможность поучаствовать в разграблении самого богатого города Европы, некоторые европейцы вполне готовы. Кроме того, это же позволит самому королю усилить свои позиции и сделать очередной шаг на пусти к централизации власти.

Особняком стояли германцы, чей король всё ещё находился на Святой земле и зализывал там раны после поражения под Дамаском. Не имея рядом сюзерена, некоторые феодалы из Германии также поспешили узнать условия у Венеции, что те предлагают за участие некоторых германских феодалов в атаке на Константинополь. Большая же часть немецких рыцарей сейчас была задействована в осаде Любека и в иных действиях против вендов.

— Что, венецианец, не нравятся тебе наши обычаи? — спросил изрядно захмелевший Роджер Второй Сицилийский.

— Я многое в своей жизни уже повидал и можешь поверить мне, король, что причуды и нравы арабов или каких-либо племён на севере Африки, ещё более необычные, чем твоего окружения, — сказал Доминико Мурузини, при этом стараясь казаться приветливым и улыбчивым.