— Не говори ерунды, — вместо меня ответил Песков, поморщившись при этом. — Эти твари близки по уровню к уровню изнанки. Они могут бродить здесь очень долго. Нам всё равно придётся с ними вступить в схватку.
— А подождать, чтобы Медведев за нами кого-нибудь послал? — Спросил Никита Ужиков.
— А ты уверен, что Медведев не решит подождать? Дать тупым студентам шанс правильно разгадать загадку. Пару циклов для начала, — ехидно ответил Песков вопросом на вопрос. — У нас еды столько нет, чтобы что-то придумывать.
— К тому же, мы понятия не имеем, сколько там тварей. И не станут ли они полно неожиданностью для тех, кого Медведев может за нами послать, — добавил я. — Это мы их уже во всех подробностях рассмотрели. Так что, кто хочет остаться, оставайтесь, а я попытаюсь пробиться.
Повернувшись к воротам, я приготовился сразу же вступить в бой, как только окажусь снаружи.
— Эй, вы стулья забыли. — Сзади раздался издевательский голос.
Резко развернувшись, я посмотрел на Изюброва. Наверное, ему мои изменившиеся глаза не понравились, иначе, как объяснить то, что он отшатнулся от меня, как от прокаженного.
— Так, всё, с меня хватит, — от группы Изюброва отделился один из парней и подошёл ко мне. — Я с вами.
— Я, пожалуй, тоже, — и ко мне подошёл ещё один.
— Так, у нас, кажется, возникла проблема, — пробормотал Мамбов и с тревогой посмотрел на меня.
— Да, похоже на то, — я ненадолго задумался. Включать этих двоих в свою сеть связи не было времени. Да и поддержание уже готовой связи забирало у меня слишком много сил. Нужно было принимать решение и как можно быстрее, пока я ещё на что-то способен. — Пойдёте строго в центре. И не дай все боги скопом, вы нарушите наш строй. Выходим!
Рванув дверь на себя, я первым выскочил за пределы форта. Остальные шли за мной, выстроившись кругом, запихав в центр двух так внезапно сменивших сторону дятлов.
Пантера сразу же прыгнула на меня с утробным рыком, словно уже сидела наготове и только и ждала момент, чтобы ринуться на потенциальную жертву.
Меч вонзился в грудь твари, которую та открыла во время прыжка. Хитрый поворот и рвануть на себя, выворачивая ребра и обнажая сердце. Тварь упала, но не скуля, а подвывая от бессильной ярости. Желтоватые огромные клыки обнажились на оскаленной морде. Ещё один короткий удар прямо в сердце. По мощному телу пробежала последняя судорога и тварь затихла. Я тут же сунул руку в разрез и выхватил мерцающий макр.
На меня сразу же обрушился поток так необходимой мне энергии. Сразу же стало легче дышать, и накатило легкое опьянение. Из-за этого я едва не пропустил нападение.
— Песков, сбоку! — мысленно связавшись с Песковым, тут же переключился на Мамбова. — Олег, приготовься.
Ещё одна тварь прыгнула на меня, и я её так же, как и предыдущую, принял на меч.
— Твою мать, — раздался сбоку приглушённый голос.
Я обернулся. Как бы Песков не был готов к нападению, но всё равно пропустил его, и когти пантеры вошли глубоко ему в плечо. Вот уж действительно, твою мать. Но, надо отдать ему должное, с пантерой он расправился сам.
— Песков, забери макр, станет легче. Всем! Кто владеет зачатками целительства? Нужно остановить кровь. — Я отдавал приказы, одновременно следя за кружащими вокруг нас тварями.
Пока ни одна из них не пыталась напасть, но я прекрасно знал, что это ненадолго. Считать их я даже не пытался. Много. Вот самое подходящее слово для того, чтобы описать звиздец ситуации.
— У меня есть целительские свитки, — ответил один из новеньких.
— Отлично, Песков, в центр, чтобы слегка подлечиться, круг сужаем, — одна из тварей не выдержала и прыгнула, и тут же получила в морду огненный шар. Взвыв, покатилась по земле. — За мной. Свет не используем, чтобы меня не слепить. Двинули!
Дальнейшее превратилось в какой-то бесконечный поток ударов, использовании магии огня, снова ударов. Я вертелся как юла, стараясь успеть по всем направлениям. Потому что, хоть я и предупреждал ребят об опасности, они часто не успевали. Пантеры нападали из темноты, и всегда для парней внезапно, потому что они видели тварей только в самый последний момент. Для того, чтобы забрать макры, останавливались только, когда очередная тварь была на счету кого-то из парней. И один раз ради моего, когда мне понадобилось подзарядиться.
Несколько раз кошки перелетали через внешний круг и приземлялись в центре нашей маленькой группы. Приходилось останавливаться. Парни справлялись, в этих случаях мне ни разу не пришлось вмешиваться. Раны были почти у всех, но тот новенький, я даже не знаю, как его зовут, использовал, похоже, все целительские свитки. У него их было штук семь, наверное. Похоже, что, когда его пришли забирать на этот эксперимент, он успел схватить то, что посчитал самым необходимым. Надо бы ему как-то это компенсировать.
Уже каждый заполучил макр. А некоторые и пару. Песков, например. От переизбытка энергии он «поплыл». Так же, как и Ужиков, на которого почему-то нападали чаще других, и он уже обзавёлся тремя макрами, и третьим уровнем. Благо у него в арсенале было припрятано заклинание мечей. Которым он и кромсал тварей.
Тот путь, который мы днем пробежали с Мамбовам за минуты, да ещё и эти дурацкие стулья неся на себе, сейчас занял почти два часа.
Хорошо ещё, что мы уже подошли к месту, когда парни начали терять связь с реальностью. Они еле стояли на ногах, но мне было некогда обращать на них внимания. Мы с Мамбовым держали оборону, пока остальные прикрывали нам спины.
Удар, настолько сильный, что голова твари отделилась от тела, ещё в то время, когда она была в воздухе, прыгнув на меня. Эти твари вообще отличались редкой прыгучестью. Они взвивались вверх и практически падали нам на головы.
Резкий разворот и очередная тварь насаживается на клинок. Я не успеваю его выдернуть, как слева на меня напрыгивает ещё одна. Эту я угостил огоньком. Выдернув меч тут же развернулся к очередной изменённой пантере. Да сколько же их?
Чтобы экономить силы, отключил связь через пентакль с парнями. Мамбов невольно вздрогнул, словно почувствовал этот обрыв. Хотя они уверяли, что абсолютно не ощущают, что я с ними связан ментально. Зато я каждого, из них, ощущал очень хорошо, но только пока видел. Стоило кому-то закрыть от меня объект и связь пропадала.
А твари словно с ума сошли. Скорее всего, чувствовали, что вот-вот должно окно портала открыться. Путешественники хреновы. Так и норовят зайцами проскочить. Кто-то что-то кричал, но я не слышал от шума крови в ушах и, скорее, почувствовал открытие портала, чем увидел его.
— Олег, сначала этих обдолбышей пни, потом остальных! Я пока прикрою! — из-за какофонии звуков приходилось кричать. Я даже не понял, как произнёс подсказанное одной из муз словечко. Но Мамбов, как ни странно, понял, что я хотел ему сказать. Потому что просто кивнул и бросился руководить эвакуацией.
Время застыло на месте. Твари усилили натиск. Я уже еде справлялся. В короткий перерыв Мамбов тронул меня за плечо и вынужден был уклоняться от удара меча, который я нанёс совершенно на автомате. Благо ядовитое лезвие не дотронулось даже до его кожи. А я тогда позавидовал его гибкости. Как он выкрутил тело, уходя от удара…
— Кретин! — рявкнул Олег. — Я ухожу, ты следом. Не задерживайся. Портал уже мигает. Скоро закроется.
Я только кивнул, на секунду замер, сосредоточился и выпустил огненную волну, расходящуюся от меня веерообразно. Твари завизжали и отбежали подальше, а я развернулся и рыбкой нырнул в начавший закрываться портал.
Вынырнув из воспоминаний, я огляделся по сторонам. В кабинете никого не было, меня оставили здесь в гордом одиночестве. Посмотрел на окровавленные руки и меня передёрнуло. Кровь у тварей была тёмной, тягучей, как смола. И сейчас, высыхая, неприятно, почти до боли стягивала руки.
Дверь открылась, и в кабинет вошёл Медведев. Оглядев меня с ног до головы, кивнул на неприметную дверь, справа от меня.
— Иди, умойся. Тебе ведь это нужно, — сам Медведев сел в кресло, чтобы дождаться меня.
Умывшись и тщательно вымыв руки, я долго смотрел в зеркало на свою осунувшуюся физиономию. Волосы стояли дыбом, глаза лихорадочно блестели. Сейчас никто, наверное, и не узнал бы холёного графа Рысева в этом оборванном типе бандитской наружности.
Насмотревшись, я вернулся обратно в кабинет. Медведев терпеливо ждал меня, соединив кончики пальцев рук.
— Я выслал отряд бойцов, чтобы оставшихся вытащили, — довольно буднично сообщил он мне. — Садись и рассказывай.
Я начал рассказ, старательно избегая темы своей связи с пентаклем, которая очень помогла скоординировать наши действия. Сказал, что вёл всех, потому что единственный неплохо вижу в темноте. Когда дошёл до свитков, Медведев только головой покачал.
— Ну, Енотов, какой жук, оказался… — на мой вопросительный взгляд пояснил, что этот крендель, оказывается, сказал посланному за ним офицеру, что у него живот прихватило. И набрал с собой за то время, пока его ждали, кучу неположенных вещей.
— Эти вещи спасли некоторым из нас жизнь, — ответил я.
— Я и не спорю. Этого прорыва не должно было быть. Я буду разбираться, — и Медведев кивком головы предложил мне продолжать.
Когда я закончил, то через почти минуту молчания спросил.
— Почему я? Почему вы оставили здесь меня? любой другой мог вам рассказать всё то же самое.
— Потому что мне не нужен доклад рядового бойца. Ты временно принял на себя полномочия командира отряда, и тебе доводить дело до конца. — Он даже удивился такой моей недогадливости. Вот ведь… Да ещё эти его вечные качели. Когда он уже, наконец, окончательно определится на «ты» меня называть, или на «вы». Потому что меня эти его перескоки дезориентируют. — Через неделю жду подробный отчёт уже в письменном виде. А теперь, иди, отдыхай. У спецгруппы на два дня занятия отменены. Это хватит, чтобы вы окончательно пришли в себя.