— Прямо сейчас? — Сыров невольно нахмурился.
— Нет, — я покачал головой. — Когда они пост сдадут. Оставь здесь людей, чтобы эти не свинтили в неизвестном направлении.
Мы подошли к экипажу, вокруг которого столпилось восемь мрачных и решительно настроенных мужиков. С нас быстро сняли кандалы, а один из них достал пару флаконов и быстро обработал ожоги. Похоже, что он в команде выступает за лекаря.
— Ты видел, кто нас принял? — хмуро спросил я у Сырова, наблюдая, как четверо мужиков отделились от нашей дружной толпы и, не скрываясь, подошли к вжавшим головы в плечи охранничкам.
— Видел. Местные они. Ну, как местные, банда местная, боевики меняются раз в три года, это понятно. Работают по найму. Как звать — не знаю, — Сыров покачал головой.
— Ты их морды видел? — к нам подошёл Мамбов.
— Видел, — я кивнул. — В номер вернёмся, я набросаю. Андрей, — я снова повернулся к Сырову. Запястья под повязками жутко зудились, и это раздражало меня всё сильнее. — Нас сейчас в гостиницу, а затем обратно к квартире Нечаева. Эти, судя по всему, что-то там искали. Есть вероятность, что они всё ещё там. В засаде сидят, твари. Потому что я очень сомневаюсь, что агент Медведева будет хранить что-то ценное в платяном шкафу. Скорее всего, там была ловушка для идиотов, вроде нас. Или приманка для более умных людей, какими эти мрази себя показали. Потому что заметили эту ловушку, но сами побоялись лезть, ждали, когда её деактивируют.
— И, зациклившись на ней, не искали в другом месте, — добавил Мамбов. — Я-то открыл этот проклятый шкаф, чтобы убедиться, что вещи на месте. Нужно же было исключить версию, в которой Нечаев попросту сбежал.
— Вы его нашли? — тихо спросил Сыров.
— Да, — я вздохнул. — И его, и Жукова. Надо бы забрать тела.
— Там ещё какой-то хмырь, который хотел нас ограбить, пока мы в беспомощном состоянии были. — Мамбов невольно посмотрел на ворота, над которыми в лучах солнца сверкнули блики, отражённые от защиты форта.
— Есть тут парочка таких, — кивнул Сыров. — Падальщики. — И он сплюнул. — Но он, похоже, перед тем, как мы собрались, за периметр рванул, потому что мы никого не видели.
— Другого входа в форт нет? — спросил я, хмуро разглядывая нервничающих охранников.
— Нет. Четвёртый уровень, как-никак. Это опасно, несколько дырок в защите иметь. — Ответил Сыров. — Твари были?
— Какие-то крупные ящерицы, на варанов похожие, с фиолетовыми языками. — И я полез в экипаж.
— А, эти. Ну, считай, что повезло вам, — Андрей заскочил на облучок. — Ящерицы эти, ну, как мыши-полёвки у нас в реальном мире.
— Да уж, повезло с мышками, — я передёрнулся, вспомнив фиолетовый извивающийся язык. — Они ценные?
— Не особо. Но каких-то денег стоят, не без этого. Всё-таки, четвертый уровень.
— Кстати, не похоже, что макры на тебя сильно повлияли, — ко мне повернулся Мамбов. Он был мрачно-задумчив, постоянно хмурился и что-то явно просчитывал в голове.
— Они же не на пределе работают, — я поморщился и поскрёб бинты. Понимаю, что мне такие незабываемые ощущения родовая регенерация подкидывает, но всё равно не приятные ощущения. — Уровень-то родной, им не надо выкладываться, чтобы поддерживать жизнеспособность. Андрей, а где вы нас искать-то собирались? За периметром мест много.
— Те бандиты не одарённые. У них всего пятнадцать минут было, чтобы вас где-то на съеденье тварям оставить и вернуться. За это время даже до ближайшей шахты без специальных артефактов не доберёшься. А они подотчётные. Вряд ли у простых наёмников хотя бы один такой нашёлся. Так что, мест на самом деле было немного, где можно было поискать. — Ответил Сыров.
— А у вас есть такие артефакты? — тут же спросил Мамбов.
— У нас есть. Но не на всех. Шесть человек бы за периметр пошли, а остальные обеспечили бы открытие ворот при возвращении. А то, ишь, чего удумали, людей за периметром на смерть бросать, да на тварей сваливать. Твари-то что, они в большинстве своём неразумные. Им бы пожрать чего повкуснее. Так что, убивают таким вот гнилым способом люди. — Философски ответил Сыров.
— Философ доморощенный, — усмехнулся Мамбов.
Экипаж в это время остановился возле гостиницы. Олег выскочил первым. Сыров тем временем спросил.
— Вам помочь чем, ваше сиятельство?
— Сами справимся, — я осмотрел себя. — Хотя, вот, выброси эту гадость, — выгреб из карманов макры и протянул ему пальто. Перчатки с меня те гады всё-таки сняли. Но, перстень не тронули, побоялись. И правильно сделали, между прочим. Как не тронули ожерелье на шее, где на цепочке висели клановый ключ и пентакль.
Мамбов уже скрылся в гостинице. Думаю, что он сейчас быстро переоденется и пойдёт ко мне. Так что времени, чтобы набросать морды тех двух уродов, у меня было.
— Что случилось, Женя? — Маша уже не спала. Она сидела за столом и чистила свою винтовку, когда я залетел в номер. При этом её взволнованный взгляд остановился на бинтах.
— Ничего страшного, — я улыбнулся. — Но у меня появилось горячее желание кое-кому отомстить.
— Ты был за периметром? — она расширившимися глазами смотрела на макры, которые я выложил на стол.
— Не по своей воле, — вытащив блокнот я быстро нарисовал наброски портретов. В принципе, узнать этих типов по данным наброскам было можно, а большего Олегу и не потребуется.
— Женя, тебя хотели убить? — Маша вскочила.
— Меня периодически хотят убить, и я не понимаю, почему. Я же такой потрясающий парень. Красавец, художник с утончённым вкусом. Твари они все. Варвары, не понимающие прекрасного. — Протянул я, вытаскивая чемодан с оружием.
— Я могу пойти с тобой? — тихо спросила Маша, беря в руки бумагу и рассматривая рисунки.
— Нет, — я покачал головой. — Я не собираюсь тобой рисковать. Я даже нашей связью не воспользовался, чтобы тебя опасности не подвергать, хоть искушение было безумное. Особенно, когда я висел, прикованный к стене какими-то ржавыми цепями.
— Прикованный к стене? — Маша закрыла рот рукой.
— Представляешь всю полноту моего отчаянья, когда я увидел эти жуткие ржавые железяки? — Я присел на стол, сложив руки на груди.
— Женя, не шути этим, — она подошла и ткнулась лбом мне в плечо.
— Не буду, ты права, — я погладил её по голове, привлекая к себе поближе. — Всё нормально. Всё почти закончилось. Макры Фыре — вот они. Скоро поедем домой. Ты бы только знала, Машенька, как мне надоел этот форт.
В дверь постучали. Я подумал, что это Мамбов решил проявить деликатность и крикнул.
— Заходи.
Но, когда дверь открылась, на пороге я увидел незнакомого человека. Он был одет примерно как я в момент похищения. Стильное пальто, начищенные ботинки, брюки с такими стрелками, что о них порезаться можно было, одним словом — франт. А ещё, он был очень молод. Наверное, чуть постарше меня самого.
— Прошу меня извинить, ваше сиятельство, — сказал он, склонив голову в поклоне, что сразу же выдало в нём простолюдина. Перчатки на руках не давали разглядеть, есть у него перстень или нет.
— Кто вы? — я отодвинул Машу, совершенно автоматически вставая перед нею, сложив руки на груди.
— Меня зовут Григорий Леднёв. Я владелец самого крупного игорного дома в части форта, принадлежащего Российской империи. — Ответил он. Говорил Леднёв спокойно и с достоинством. — Я бы хотел с вами поговорить о недавних событиях, ваше сиятельство. так уж получилось, что я немного в курсе того, что происходит, и это мне категорически не нравится. Мешает бизнесу, знаете ли.
Глава 14
Я смотрел на Леднёва, который весьма выразительно глянул в сторону Маши. Она фыркнула, и подошла ко мне.
— Я в номере у Мамбова подожду, когда ваш разговор закончится. Заодно, попрошу Олега сюда прийти.
В ответ я кивнул, не глядя на жену, продолжая изучать Леднёва. В какой-то мере он прав. Мы живём в сугубо патриархальном обществе, и присутствие при серьёзном разговоре, который к тому же будет касаться безопасности империи, жены, не слишком целесообразно. Опасения Леднёва вполне обоснованы, и я не буду с пеной у рта ему доказывать, что вот при этой женщине он может говорить всё, что угодно.
Маша, кстати, умница, быстро сама всё поняла и приняла единственное правильное в этой ситуации решение, не приводя ситуацию к конфликту. Всё-таки мне чертовски с женой повезло, надо сказать.
Мы с Леднёвым проследили, как она уходит. Когда дверь за Машей закрылась, он повернулся ко мне.
— Редко встретишь подобное понимание, ваше сиятельство, — Леднёв говорил спокойно, без заискивания.
— Я, да я знаю. Дождёмся графа Мамбова, чтобы и мне и вам не повторяться. — Леднёв кивнул, но тут дверь снова открылась, и вошёл Олег. — Ну, вот, и ждать долго не пришлось.
Мамбов уже переоделся, и, в общем-то, был готов выдвигаться. Осталось только вооружиться. Но, прежде всего, послушаем, что нам скажет владелец игорного дома.
— Вы одарённый? — с порога спросил Олег, пристально разглядывая Леднёва.
— Нет, и бога-покровителя у меня нет, — он был просто образец спокойности. — Если это все вопросы, то, не будем терять время...
— Вопросы ещё есть, — перебил я его. — Откуда вы обо мне узнали, и что побудило вас именно ко мне обратиться, а не в комендатуру? Если речь действительно пойдёт о противоправных деяния.
— Понимаете, ваше сиятельство, дело косвенно касается как раз комендатуры. Надо быть тупее пробки, чтобы пойти туда. А вас я заочно знаю. — Улыбнувшись кончиком губ ответил Леднёв.
— Да? — я удивлённо на него посмотрел. — И откуда же такие познания?
— Я являюсь владельцем вполне преуспевающего игорного дома. — Леднёв на мгновение задумался, а затем продолжил. — Здесь нельзя находиться долго, особенно неодарённым. Так что, большую часть времени я провожу в реальном мире. А там одним из самых преуспевающих игорных домов из раздела «только для очень богатых» в Сибирской губернии является игорный дом в Ямске. Как вы знаете, Ямск развивается. Уже было построено два фешенебельных отеля для гостей, которые хотят поиграть с максимальными ставками и послушать выступление прекраснейших женщин. — Я этого не знал, но кивнул. — Так получилось, что Сергей Петров являлся моим знакомым ещё в те времена, пока он не стал управляющим такого популярного заведения. Разумеется, он мне признался, что добился всего под вашим чутким руководством. Так что, в определённых кругах, вы, Евгений Фёдорович, личность очень известная.