Людей своих предупредил, как и Роланда, который со своим отрядом ехал в конце каравана, сам приготовился... Но опять вмешалась женушка.
Так-то она не доставляла днем больше особых неудобств, разве что после обеда все чаще просила остановиться, чем затягивало время. Но теперь, когда лес так близок и надо собраться, задняя часть их каравана попросту встала. Уж не кустики ли ей опять нужны... посреди поля? Ладно, не посреди, они уже почти подъехали к опушке. Знал бы, что она настолько слаба телом...
Не выдержав задержки, которая затянулась дольше обычного, они и так уже не поспевали до запланированного постоялого двора, Драр с раздражением повернул коня назад, к карете.
– Я пойду пешком! – громко спорила эта невозможная женщина с Ульфом, который нависал над ней с шагающего рядом коня и бранился.
И ведь она действительно собралась... идти пешком?! Придерживая светлое ланзо рукой, иномирянка упорно вышагивала по пыльной дороге между оглядывающимися конными воинами. Мрата шла чуть сбоку впереди и поэтому первая встретилась взглядом с Драром, но лишь развела руками.
– Вернись в карету, женщина! – рявкнул Драр, сдерживая нетерпеливо танцующего коня перед ними. – Немедленно!
– Не могу! Это не карета, а орудие пыток! Колеса деревянные, подвесок нет, дороги тоже отстой!
"Демоны! За что мне эта баба досталась?!".
И чем ей не угодили деревянные колеса? Какие ей нужны? Золотые, что ли?! И какие подвески могут быть у кареты? Или что за этим словом она подразумевает, если не украшения?
– В карету! Живо! – процедил он, преграждая путь.
– Или хотя бы верхом. Можно? Не могу я в эту жуткую коробку-душегубку опять лезть, укачало сильно. Если тебе нужен мой труп, дорогой супруг, то сжалься и прибей более щадящим способом.
– Запихни свою леди в карету, – коротко бросил Драр в сторону наемницы.
– Не командуй моим человеком, барон! – мгновенно возмутилась в ответ женушка.
И ляпнула это в окружении его людей!
Если так и дальше будет продолжаться, то, видят боги, он еще до Аркерота станет вдовцом! Тем более что они сейчас орут друг на друга, возможно, на глазах у засады! У чужих людей! Какой позор!
– Она ж там в самом деле все заблюет, – покачала головой худдинка. – Эта нежная леди уже и так полдня еле держится... аж синяя, под цвет своего...
Но слова наемницы взъярили Драра еще больше: ну хоть эта-то должна понимать, что лучше быть хоть какой, пусть даже заблеванной, но живой?!
– В карету! Сейчас же! – подаваясь вперед, он рыкнул так разъяренно, что где-то с ближайших деревьев птицы сорвались.
И в тот же миг рядом что-то вжикнуло, стрела с темным оперением, проносясь мимо его головы, воткнулась в переднюю стенку кареты, как раз между возничим и Вальином.
Женушка не успела даже рот открыть заново, лишь глаза ее стали распахиваться шире, а Драр, дернув коня в сторону, чтобы заодно и глупую иномирянку прикрыть, уже командовал.
– Леди в карету, все к бою!
Из леса, куда уже заехали передние конвойные, стал доноситься шум разгорающейся схватки. Худдинка ухватила иномирянку и потянула назад. Находящиеся позади воины подались вперед. Бой начался.
Глава 13
Лиза была в шоке, и это еще слабо сказано.
Два – два! – нападения за один-единственный день, как они выехали из столицы!
А что будет дальше?
Как в этом мире вообще хоть кто-то выживает, если они постоянно рубятся меж собой?
Неудивительно, что ее муж такой контуженный на голову и только через зубы рублеными командами общается. Они здесь, что ли, совсем не знают спокойной жизни?
Особенно после первого нападения она испугалась. Первого в ее жизни нападения!
Только они тогда придремали, утомленные тряской и долгими разговорами с новенькими спутницами, как послышались крики, карета встала. Мрата тогда быстро заперла дверцы, закрыла и без того маленькие оконца ставнями, что мешались им под ногами всю дорогу. И сидели они потом долго в духоте, темноте и томительном ожидании, нервно слушая приглушенные звуки происходящего вокруг боя, гадая, что же там и как.
– Это за мной пришли? – спросила тогда Лиза у своей охранницы севшим голосом.
Она здесь, в глухой коробке, ждет своей участи, а там, снаружи, кто-то умирает... из-за нее?!
– Ну, кроме тебя у барона есть и другие богатства, – ответила тогда Мрата, прислушиваясь к искаженным звукам.
Это она ее так успокаивала, что ли? А во дворце говорила, что будет полно желающих силой отжать именно ее, иномирянку, у мужа.
– Какие? – спросила Лиза, лишь бы не молчать.
– Золото должно быть. Все-таки он хороший воин, мог накопить уже. Еще наверняка везет плату за службу тому гарнизону, что защищал Аркерот, пока хозяина не было. Они ж на королевской службе получаются... ах, да! Скорее всего не везет, то другие этого не знают. Ну и даже само оружие... Ты видела, какой у самого барона меч?! Да и кинжал отличной работы, сразу видно, горвенский! Уже за одно это можно было бы... кхе.
Какой у ее мужа меч и все остальное, что ниже пояса, Лиза не рассматривала. Она бы и самого мужика не видела бы никогда, но в тот момент нападения очень за него переживала. Он еще тот грубиян, но... единственная теперь "родня" у нее здесь.
А он потом взял и отчитал ее! Вернее, не успел, но точно собирался. У него же на лице абсолютно все было написано! Если бы Мрата не утащила ее в кусты, то точно бы отчитал.
Во второй половине дня ее немилосердно укачивало в этом средневековом убожестве, которое почему-то назвали каретой. Где тряско так, что последнюю память отбить можно, душно, будто в сауне. Поели они днем всухомятку, даже толком не размявшись. Солнце палило, нагревая их коробчонку с каждым часом все больше. Дорога пылила, забивая сухой пылью все – не только одежду, но и нос, глаза, волосы, вообще все. Остановок было мало, и целый день продолжалась такая вот пытка. Гораздо хуже, чем в телеге ехать – там хотя бы небо над головой, а не сжимающие стены, закрывающие весь обзор.
Так что к вечеру, когда солнце уже приготовилось прятаться за видневшийся впереди лес, а конца дневного перехода все не было видно, Лиза не выдержала. Ей стало совсем не по себе, нужно было пройтись на свежем воздухе, чтобы отбитый ухабами желудок вернулся из горла на свое место.
Кто же знал, что именно в этот момент их еще раз начнут убивать!
В карете, куда ее затащила Мрата, опять забаррикадировав двери и окна, психанувшая Лиза первым делом натянула под юбки полуоблегающие, как у самой наемницы, штаны. В экипаже опять было темно, так что новенькая служанка со своей дочкой не поняли, чего она так пыхтит и вертится. А вот Мрата поинтересовалась, что происходит.
– Готовлюсь... к чему бы там ни было. Убегать, драться или... не знаю что, но в любом случае это удобнее делать в штанах, – ответила Лиза, пытаясь в темноте на ощупь справиться с завязками на поясе под тремя слоями задранного подола и стараясь при этом не материться.
– Жаль, света нет, – буркнула она себе под нос.
Но уже через пару мгновений в руке Мраты забрезжил тусклый свет.
– Что это? – ахнула Лиза, одновременно с девочкой. И добавила. – Опять магия? Разве ты маг?
То, что леди иномирянка и практически ничего об этом мире не знает, новая служанка еще днем узнала. Заодно и в обморок после этого свалилась. Хотя в обмороке больше были виноваты тотальная усталость и явное недоедание осунувшейся женщины. А вот девочка... дети во всех мирах любопытны, поэтому Адди, дочь Нанки, сейчас тоже интересовалась появившимся светом больше, чем шумом боя за стенами.
– Нет, не маг, но как уже говорила, со мной и раньше не только монетами расплачивались, – сказала Мрата, держа в ладони совсем небольшой светящийся шарик.
Чем-то похожий на те шары-светильники, что были во дворце.
Лиза при тусклом свете довязала шнуры на поясе, одернула платья с нижней рубахой под ошарашенными взглядами Нанки и Адди, и попросила у охранницы нож.
– Зачем тебе? Еще порежешься, леди, – хмыкнула наемница.
– Чтобы было. А то у всех есть, а у меня нет, – ответила Лиза. – Вот если бы на бедро сделать себе ножны, как у Лары Крофт!
– На бедро? – заинтересовалась Мрата. – Это как? А Крофт это ваша... богиня?
Надо же, не только дети любопытны.
– Нет, Крофт – это знаменитая расхитительница... э-э, неважно чего. Да, вот сюда, на бедро, крепление ремешками сделать бы, тогда даже под платьем, этим вашим ланзо, не будет видно, что там у меня есть нож.
– А как ты его доставать будешь? Задирать каждый раз все юбки? – хмыкнула Мрата, смолкнув лишь на миг, когда в стенку кареты снаружи что-то особо сильно стукнулось. – То-то противник будет рад! А-а! Именно этим мужчин и сразишь?
– Доставать? Точно! Нужно сделать разрезы для быстрого доступа...
– Чего?
– Нож дай!
Так что пока снаружи мужики рубились насмерть, Лиза тоже сражалась... с тряпками под тусклым светом магического "фонарика". Сосредоточенно выбирала, как лучше сделать разрезы – на боках или как – чтобы потом еще и верхом можно было ехать в этом "апгрейденном" платье. Причем разрезы нужно делать и на верхнем плате – ланзо, и на нижнем, более облегающим ноги – факуте. И так, чтобы разрезы не накладывались друг на друга, не показывали ноги леди.
– Не верю своим глазам! У тебя этих нарядов всего-то... сколько? Два, три? А ты один из них порезала! – ахала Мрата. У другой местной вообще не было слов, один шок на лице. – Барон тебя... эх, да любой бы на его месте... Ткань же дорогая!
– Пусть вначале вернется живым и целым, а не суповым набором, – отмахнулась иномирянка. – А если что, то Нанка потом зашьет, да? В смысле платья зашьет, а не барона... Или раны ты тоже умеешь шить?
Мрата хохотнула, а упомянутая Нанка издала придушенный стон и вжалась в стенку кареты. И вряд ли из-за пугающих звуков снаружи.
Так что второе нападение хоть и было таким же нервным, как утреннее, но зато его время прошло более продуктивно для Лизы. Она изменила свой наряд, из запасов Мраты и с помощью Нанки, у которой оказались с собой иглы, в том числе для кожи, соорудила портупею на бедро. Пусть трясущимися руками, периодически вздрагивая от глухих ударов по ту сторону деревянных тонких стен, но делала под тусклым светом маленького магического "фонарика". Если ей придется выживать в этом жестоком... жутком мире, то уже надо начинать привыкать к такой вот повседневности. Как говорил кто-то в интернете: человек, подлец, ко всему привыкает.