– И от кого же здесь воняет? – с ухмылкой повернулся к ней Роланд, опять при этом косясь на барона.
Но Лиза не повелась на подначку, она и так уже лишнего наговорила, если судить по частому сопению мужа над ее головой. Нельзя его опять "позорить", даже если она не понимает, чем именно. Хотя сейчас он сам разрешил ей рассказывать истории! Да и тему чистоты она все равно хотела поднять, и раз уж ее так внимательно слушают…
– Когда я попала в ваш мир, а потом в руки к амачи, которые толком не мылись, то подумала, они же нелюди, что с них взять. У них не только другие порядки, но и "физиология", то есть наверняка "обмен веществ"... ай, неважно. Но потом меня передали арагонцам, то есть людям, только оказалось, что у них с гигиеной... то есть с мытьем даже хуже, чем у нелюдей, – проворчала Лиза. – По крайней мере, в тех краях, что мы проезжали по пути в столицу, и где я отравилась стряпней из таверны, где повара, видимо, тоже ничего не моют – ни руки, ни продукты. Но в столице с чистотой ситуация получше, так что дело, наверное, не в вашем мире вообще или стране, а в отдельных людях? Так что я надеюсь, дорогой супруг, в вашем замке грязи не будет?
Хотя ей-то что. Она не собирается доезжать до замка, тем более там жить, но муж не должен об этом догадываться.
– За чистотой в доме следят женщины. Так что этот вопрос можешь задать себе, дорогая жена, – процедил барон ей в ответ.
И что это сейчас было? Он ее так аккуратно послал или намекнул, что в замке ей хоть что-то доверят? Пусть даже уборку – уже прогресс! Неужели изменится сложившаяся ситуация "сиди молча, женщина, и под ногами не путайся"?
Глава 15
Драр Такари
Чуть не до самого Уедонуба они проделали путь под трескотню его иномирянки, которую он ей разрешил. Она говорила странные вещи, но Драр осознал, что не зная, в каком окружении его жена выросла, он не сможет понять ее. Значит, и приручить.
Но чем больше она рассказывала, тем больше он понимал... что мало что понимает. Про те же колеса иномирных повозок, о чем он отдельно спросил. Вот как колеса могут быть мягкими? То есть на жесткую раму натягивают что-то вроде очень плотного матраса из непонятно чего, но внутри не сено или шерсть, а... воздух?! И такая вещь будет держать на себе тяжеленный вес повозки, которая... целиком из металла?! Сколько же такая карета будет стоить? Неужели у них не только специи, но и услуги кузнецов с хорошим металлом дешевы? И при этом повозка едет сама, без лошади, но очень быстро, гораздо быстрее, чем лошадь галопом?! Потому что дороги в ее мире ровные, как полы во дворце?
Как в подобное можно поверить?
Вот и Роланд, судя по его физиономии, вскоре перестал верить рассказам иномирянки.
В другом мире живут в больших городах, где дома выше деревьев? Ладно, в это еще можно поверить. Но что в лес или к рекам они выезжают только для развлечения? Причем не хозяин земель или хоть какой другой знатнорожденный со своими людьми на охоту, а все, кому захочется, могут приехать в почти любой лес? И хозяин земель это дозволяет?! Что значит лес «общий»?
Рыбу ловят не мальчишки, а взрослые мужчины, причем именно вместо отдыха, а не для пропитания? И таких бездельников так много, что в подобных красивых местах строят особые постоялые дворы? И что подобные путешествия доступны почти всем, даже слугам, ведь у тех есть целые отдельные седмицы для отдыха! Вернее, слуг в другом мире особо нет, но кто выполняет в итоге грязную работу, Драр так и не понял. Потому что работают и "волшебные артефакты", и другие люди, но не слуги. Якобы любой человек может быть одновременно и господином, и слугой.
Полная же чушь!
– Просто у нас не такое общество, как у вас, – пыталась что-то объяснить иномирянка, так уютно сидящая в его объятиях. – И человек может часто менять свои занятия, да в любой момент. Например, когда я училась на... – какое-то непонятное слово. – ...то одновременно подрабатывала на... м-м, кухне таверны.
– Так ты на кухарку училась? – уточнил Роланд, вновь проявляя интерес к их беседе. Он молча ехал рядом, глубоко задумавшись, но тут опять встрепенулся, хмыкнул. – Теперь понятно, почему леди Такари так вкусно варит кашу.
Дать бы ему в зубы за такие ухмылки! Его жена теперь не будет кухаркой! То было один раз, и то лишь потому, что Драру стало интересно, умеет ли на самом деле его жена готовить. Что она вообще умеет.
– Да нет же! Училась на... того, кто работает в постоялом дворе.
– На служанку? – тут Драр сам опешил. – Чему там учиться? Как... постель перестилать?
"Или как увиливать от рук чужих мужиков?!" – удержал за стиснутыми зубами. Не поэтому ли у нее волосы короткие?
Ладно бы эта женщина готовилась стать горничной в богатом доме, в уходе за платьями бы разбиралась, но служанкой для постоялого двора?!
"Вррах!".
– Нет! На того, кто управляет работой других людей, – пыталась подбирать слова иномирянка раз за разом, когда артефакт перевода не справлялся.
– На управляющего? Учат девок? Врешь!
– Рол, в зубы дам! Ты с моей женой, баронессой, говоришь! – рыкнул Драр, но сам недоумевал.
Действительно, какой идиот будет учить девушку управлять целым постоялым двором? Да и зачем? Ладно знатнорожденных девочек с детства учат управлять домом и слугами, однако если у мужчины большой дом, то им скорее будет управляющий – мужчина! – заниматься, который наберет нужных ключниц и кого там еще нужно.
Например, его мать занималась только воспитанием дочек, своими личными служанками да маленьким садиком, уголок для которого оставил ей отец позади господского дома. Жена герцога Брозаун, у которого он служил, еще любила сама проверять работу кухни, когда устраивали пиры. Но чтобы женщина управляла вообще всем – от кухни до конюхов и охраны? Разве им это по силам? Разве их будут слушать?
Странный мир. Или, если судить по его жене, там скорее странные женщины?
К счастью, впереди показался Уедонуб, и Драр, тряхнув головой и отогнав подальше все мысли, отправил жену в карету. Роланд предложил остановиться у его старого знакомого, уверяя, что там хорошо кормят.
В том постоялом дворе, достаточно большом, чтобы нашлось место для них всех, стряпня действительно оказалась неплохой. Хотя и не такой вкусной, как каша его иномирянки, которая, как приметил тогда Драр, вроде вообще впервые на костре готовила.
Хозяин двора – старый солдат, знакомый Роланда по началу его службы – подсказал, кому в их городке можно продать трофейное оружие. Драр собирался быстро перехватить мясной пирог и сразу, пока светло, отправиться договариваться о продаже лишнего оружия и коней, уже даже распорядился. Но харгов Роланд опять начал поучать. Мол, Драр совсем не думает о своей супруге, чуть не уморил ее в пути.
– Чего это я ее чуть не уморил? – возмутился попреком Драр.
Он и так достал иномирянку из душной кареты, прокатил верхом, как она того желала. Правда, еще и для того, чтобы она опять их не задерживала. Хотя потом ему было сложно сосредоточиться на ее рассказах из-за ее же близости. Держа тонкое женское тело буквально в своих руках, как назло, то и дело вспоминалась ее обнаженная спина, белые округлые плечи, что окончательно выбивало его из ровного состояния духа. И в Уедонубе они останутся для отдыха ради нее, хотя будь он только со своим отрядом, проехали бы дальше, до темноты времени полно.
Что не так?
– Кормишь свою леди одним холодным мясом и сухим хлебом, будто солдата, неудивительно, что она сама к котелку встала готовить. Женщины слабее, в том числе и желудком. Вон же, она сама рассказала, что в нашем мире уже отравилась...
– Едой, где было грязно!
– То есть она даже слабее наших женщин? Такую красавицу нужно беречь, а ты...
– Что я?! – рыкнул Драр, непроизвольно кладя руку на эфес меча.
Он вообще не собирался жениться! Эту странную женщину ему навязали, и он... действительно не понимает, что с ней теперь делать. Нет, так-то ясно, что делают с женами, каждую ночь только об этом и думает, но... Она же из другого мира, совсем не такая, как другие. Совсем непонятная.
Может, она на самом деле слабее их женщин? Но зачем тогда собралась верхом ехать? И зачем ей нож? Ведь явно под ее брошенными платьями, когда она обтиралась утром в сарае, виднелось очертание ножен для небольшого ножа – скорее всего, метательного. Или такого, какие бывают как раз у богатых женщин припрятан. Худдинка бы свой нож не оставила где попало, служанка... для нее слишком дорого иметь подобный нож.
Значит, то был нож его жены? Худдинка поделилась, как и штанами? Но зачем иномирянке – если бы она была всего лишь слабой женщиной – нож? Что она задумала?
И где она его хранит, если на пояс не вешает? В одежде прячет, но где? И снова его мысли потекли не туда, совсем не туда, представляя, что может быть под подолом у его же жены.
– Мой лорд? – окликнул, похоже, что не впервой, Ульф.
Задумавшийся Драр тряхнул головой, отгоняя лишние мысли, буркнул на Роланда, чтобы меньше заглядывался в сторону его жены. Но перед тем как уйти с приятелем по делам, отдал распоряжение на кухню, чтобы и сладости, какие есть, тоже подали в комнату его жене. А Вальину и Ульфу, которых оставлял охранять леди, велел уступать ей в пожеланиях. В пределах разумного, конечно же.
Когда Драр с Роландом и прочей компанией вернулись на постоялый двор уже в сумерках, харчевня встретила их вкусными, дразнящими запахами. Животы мужчин слаженно проурчали, отзываясь на ароматы. Велев подать еды, Драр поинтересовался у встречающего их Ульфа, где его жена и чем занималась.
Стоит ли ее звать к столу, чтобы быстрее к нему привыкала, или пусть отдыхает?
– Где, где... – пробурчал кампаре. – На кухне. У печи возится, как служанка. Но ты же сам сказал уступать ей...
Роланд, уже примостившийся на лавке у стены, широко ухмыльнулся.
– Она весь двор облазила, будто малой мальчонка без дел, даже в конюшне и в углу у прачек был