– Вот как раз хотела с тобой поговорить. Я не успела перехватить Мрию, когда она уходила. Может, ты сходишь к ней за нужными травками? Нам ведь все равно нужны лекарства в дорогу – что там нужно от ран, мозолей, опрелостей, живота, жара... Возьми у нее "спирт" и всякое нужное, ну и... от деток тоже, на всякий случай. Ой, нет!
Лиза стукнула ладонью себя по лбу и поморщилась.
– У меня же нет денег! Черт! Как же плохо без своих денег! Может, ты ей какой-нибудь королевский отрез ткани на обмен отдашь? У нее внучка подрастает, ей пригодится. Эх, жаль, мы не можем позвать Мрию с собой в дорогу.
– Не волнуйся, леди, у меня есть монеты, я куплю.
– Нет, Мрата, мне уже стыдно, я и так уже кругом тебе должна...
– Возьму в уплату долга дополнительными рассказами. Уж я посмотрела, как много платят за твою болтовню, она действительно может быть очень ценной, – хмыкнула Мрата, ловко поднимаясь. – Завтра будем здесь стоять весь день, как раз расскажешь что-нибудь. Да и Камрин мается от безделья. Забыла ты, леди-сюзерен, о своих людях?
– О-о! Еще и Камрина развлекать? – теперь Лиза откинулась навзничь на спину на своей жесткой кровати. – Как же у вас сложно... быть сюзереном!
Рассмеявшись, Мрата выскользнула за дверь, где уже стоял притопавший вслед за ними очередной воин. Стража, приставленная бароном, всегда была поблизости, и Лиза периодически переживала, как они от них будут сбегать.
Но вскоре у нее появился другой, более насущный повод переживать – в комнату вошел барон и, задвинув на двери засов, в тусклом свете потрескивающего на столе фитилька стал снимать оружейную перевязь. Лежащая с закинутыми под голову руками, Лиза приподнялась на кровати, ошарашенно уставилась на мужа.
Что он здесь забыл? В прошлые разы он ночевал где-то отдельно, и Лиза думала, что у нее опять "женский номер", для них, женщин. Но у мужа явно было иное мнение, он разоблачался дальше, не останавливаясь.
"Черт побери! Он же не собирается прямо сейчас заняться созданием законного сына?".
Глава 23
"Ох, не надо было мне поднимать тему детей на ночь глядя!" – думала Лиза, кусая губы.
Но что теперь делать, когда муж уже так решительно заявился в спальню и начал раздеваться? Мрата ушла, скорее всего, к знахарке в деревню. Толку орать и звать на помощь нет, только чтобы стражники в коридоре порадовались за своего босса? Отбиться от здоровяка сама она не сможет, и так понятно.
Не то, чтобы барон был настолько ей отвратителен, или Лиза была неискушенной девственницей, не знающей что к чему и потому дрожащая, но... Дело не только в том, что для нее барон все еще непонятный, фактически незнакомый человек. Вся эта обстановка захудалого постоялого двора, непонятно зачем пришедший здоровенный мужик в воинском снаряжении... уже раздевающийся. У Лизы темной мутью всколыхнулись отвратительные воспоминания о первом ее путешествии по здешним человеческим землям.
Тогда маг из первой крепости не отчитался ей, что намерен делать, что отправляет в столицу "подарком" королю – просто передал ее отряду воинов, забрав при этом артефакт перевода. И Лиза, не очень здоровая уже тогда, не понимая ни слова, вынужденно ехала с толпой грубых, воняющих потом – и своим, и лошадиным – мужиков непонятно куда и зачем. Мужиков, которые не стеснялись пялиться на нее сколько влезет, о чем-то явно скабрезно переговариваясь и похохатывая.
Сколько страху она тогда натерпелась! Особенно по вечерам, когда останавливались в каком-нибудь подобном постоялом дворе, обычно полных громкоголосых и уже нетрезвых, вонючих постояльцев. Когда сопровождающие ее солдаты напивались кислого вина за ужином, беспардонно лапая подавальщиц прямо на глазах конвоируемой иномирянки – к которой тогда никакого особого отношения она не заметила, а затем под очередные и явно пошлые шуточки дежурный мужик отводил ее наверх, в комнаты. Но это ладно, обычно просто провожали и запирали, кроме одного козла, который пытался ее втихую облапать в темном коридоре.
Только стены обычно в таких тавернах тонкие, без звукоизоляции. И солдаты, расположившиеся рядом, зачастую подолгу потом шумели... в компании с теми же подавальщицами или кто знает с кем. Судя по звукам, чуть ли не оргии за перегородкой устраивали. Или стены были настолько тонки, что аж из нескольких комнатушек было слышно? И Лиза, заткнув уши, подолгу поэтому не спала, переживая, чтобы не пришли к ней. За "десертом".
Наутро те же солдаты с довольными физиономиями и в еще более вонючей одежде опять запихивали Лизу в седло – причем с посадкой по-мужски, не заморачиваясь, что она дама. Довольно пялились на ее оголенные лодыжки, которые, конечно же, были видны из-под задранных подолов, штанами-то ее не обеспечили, дали только нижнюю рубаху да какое-то простецкое, чуть покалывающее, зато теплое платье. Причем одно, без дополнительного ланзо сверху – как ходили простолюдинки. И все повторялось вновь – тяжелая дорога, ни слова не понять из звучащих вокруг разговоров, плохая еда и вода, а вечером следующий вертеп.
Неудивительно, что вскоре Лиза заболела. Может, тогда даже не столько отравление было, сколько "отключение" организма, который не в состоянии был весь этот кошмар "переварить и усвоить"? Так что оставшуюся часть пути до столицы она проделала в телеге в почти бессознательном состоянии, зато уже было плевать, чем там ее конвоиры занимаются, какой аморальный образ жизни ведут.
Отряд барона ее вроде не пугал – ведь к моменту выезда из столицы Лиза уже много чего узнала, осознала свой повышенный в обществе статус, могла общаться с помощью артефакта, да и сами воины вели себя гораздо приличнее. Может, только в присутствии леди – или своего босса? – кто знает, но не пугали.
Но сейчас в моменте всколыхнулись те страхи и пакостное чувство бессилия. Ситуация ужасно напомнила ей те кошмарные ночи: постоялый двор, убогая мебель, ночь и вооруженный мужик, с которым она ничего не может поделать... Только теперь в ее тесной комнатушке, по эту сторону двери. Запертый вместе с ней. У Лизы аж дыхание сперло, и, не желая видеть процесс средневекового стриптиза, девушка попросту зажмурилась. Пальцы до боли сжали грубое, колючее покрывало.
– Ты настолько меня боишься? – раздалось над ее головой.
Не решаясь глянуть на стоящего перед ней, а то вдруг что-то лишнее увидит, Лиза уставилась в пол. Горло перехватило спазмом.
Мужчина был все еще в сапогах. Неужели опять ей оставил работу?
– Но при этом дерзить мне ты не боишься, – уже без вопроса заявил барон и... уселся рядом.
Массивная грубая кровать даже не скрипнула, а Лиза постаралась удержать себя на месте и не дернуться в сторону. От обнаженного торса мужчины рядом ощутимо несло жаром, но зато он, к счастью, остался в штанах.
– Тебя кто-то обидел ранее? Мужчина? В твоем мире или в нашем?
Он правда думает, что она будет ему исповедоваться?
– Я тебя не обижу, – продолжил негромко барон.
"Хотелось бы верить!".
Только вслед за словами мужчина провел широкой ладонью по ее волосам, окончательно убирая сбившееся покрывало с головы, освобождая от заколок. Лиза уже привыкла прятать волосы под небольшим, легким покрывалом и частенько даже забывала о нем, в том числе что нужно вовремя поправлять.
Только как верить словам барона, если он, вероятно, считает, что прийти исполнить супружеский долг, даже если жена против, это вовсе не обидеть ее?
Он же не за этим пришел?
– Зачем тебе мои дети?
– Что?! – затаившая дыхание Лиза даже не сразу поняла о чем речь. Какие еще дети? – А-а, если честно, то незачем... то есть... кхм, детей жалко.
– Детей? Не меня?
– А тебя-то чего жалеть? – совсем опешила девушка. – Ты здоровый, сильный мужчина, со всем сам справишься.
Муж рядом хмыкнул, но руку от ее волос не убрал, перебирал пряди где-то около плеч, где она ощущала его касания. Чем очень нервировал.
– И мой шрам тебя не пугает?
– Шрам? – Какой еще шрам, он весь целиком ее пугает!
А на шрам ей совершенно плевать, ей же с бароном не целоваться, до пенсии вместе не жить, детей не... Черт! Как бы его отвлечь?
– Посмотри на меня.
И что он хочет увидеть в тусклом свете единственного фитилька? Однако Лиза послушно повернула голову. Щека мужа со шрамом как раз скрывалась в густой тени, но сам мужчина был так близко!
Слишком близко, у Лизы даже дыхание сбилось.
И без рубахи. Темные, растрепавшиеся до плеч волосы, скрывающие его лицо в тени, широкие плечи, объемные руки с выпирающими мускулами и венками, как назло, достаточно освещенные желтоватым отблеском, – мощная полуобнаженная фигура подавляла одним фактом своего присутствия рядом.
Срочно нужно его отвлечь!
– Говорят, у нас был магический обряд на свадьбе, хотя я ничего особенного не заметила. А в чем у вас вообще смысл магического обряда? Чем он отличается от простого? – спросила Лиза.
– Хм, – мужчина чуть поморщился. – Тем, что обмен кровью должен переплести магические линии двух людей, чтобы магия мужа узнала женщину, которая родит ему одаренных детей, в которых сольются... продолжатся их линии. А женская магия... должна была принять мужскую.
Ну да, раз у нее магии нет, то она не приняла чего-то там от барона? Ничего у них не переплелось?
– Так вы поэтому считаете, что у бастардов не может быть магии? Потому что не было обряда по переплетению линий?
– И поэтому тоже. А также потому, что в простолюдинках вообще нет магии, – буркнул мужчина, убирая наконец-то руку от ее плеч.
Как и в ней, иномирянке, тоже нет.
– Разве одного родителя-мага недостаточно, чтобы передать детям особые способности?
Черт, зачем она об этом спрашивает?! Любопытство не только кошку может сгубить.
– То есть, а как, вообще, ваша магия проявляется? А то я уже столько в вашем мире и даже ни разу не видела... А что слышала – что боевые маги вроде как быстрее, сильнее, раны у них быстрее заживают – так это может быть и у обычных людей, разве что с хорошей "регенерацией". При чем здесь магия?