аются на стены, — понимаю я, разглядев все происходящее в шестидесяти метрах от меня.
Людей на стене я вообще больше уже не вижу, густые толпы орков переваливают через парапет и спускаются вниз, некоторые бегут по стене в мою сторону, еще я вижу первых лучников, забравшихся на верхушку стены и уже накладывающих стрелы-дротики на тетиву гигантских луков.
Веревка уже накинута на зубец, берцы привязаны к мешку, чтобы не мешали в воде. Я просто переваливаюсь через него, скольжу на руках в опять же трофейных кожаных перчатках по не слишком гладкой, занозистой веревке. Через несколько секунд я уже внизу, закидываю свою заготовку из пары бревен в воду и ныряю сам.
Зачем я бросил ее вниз со стены — мне понятно, а вот сейчас почему бросил в воду — уже не очень, раз уж лучники так быстро оказались в городе. Значит, прикрываться плотиком уже нет никакого смысла.
Через минуту первые орки окажутся надо мной, за ними подтянутся лучники и плыть, держась за мой плотик, у меня точно не получится. Меня сразу же утыкают стрелами, как только рассмотрят на глади воды.
Поэтому я плыву как только могу быстро, пока держась на воде, к противоположному берегу, где густо растут кусты на склонах. Они могут мне дать какое-то укрытие от стрел орков, если я успею добраться до них.
Здесь крепость немного вдается в реку, до берега напротив мне нужно проплыть восемьдесят метров, только, там меня могут встретить перебравшиеся позавчера нелюди с гиеноконями и с теми же луками.
— Вчера ночью уходить нужно было, — бормочу я про себя, переворачиваясь на спину и внимательно поглядывая на стену передо мной.
Я уже отплыл на сорок метров, проплыл половину расстояния до спасительного берега, теперь меня копьем не достать, однако, стрелы остаются смертельно опасны для моего тела.
Я успел проплыть еще половину оставшегося расстояния до берега, когда заметившие меня орки привели на стену лучников.
Теперь мне пришлось нырнуть несколько раз, чтобы не обзавестись длинным, оперенным подарком в голове.
Впрочем, течение реки снесло меня уже сильно ниже крепости, теперь я от лучников на расстоянии сотни метров с лишним, попасть в мою, время от времени появляющуюся на поверхности голову, у них не получается. Вскоре я оказываюсь уже на безопасном расстоянии для выстрела из лука, значит, первая часть моего плана у меня вполне сносно получилась.
Я выбрался из погибающей крепости, шансов отбиться у людей точно нет, если уже в ней находятся сотни крепких орков против десятков выживших защитников. Люди могут, конечно, засесть в каких-то зданиях, закрывшись в них, однако, долго они там не продержатся. Нелюди выбьют двери и ворота, заберутся на крыши домов по тем же лестницам, а печальный итог недолгой обороны всем понятен.
Я же, как мирный житель, не принятый в состав той же стражи крепости, могу и имею право спасать свою жизнь любым способом, вплоть до бегства из крепости.
Вот, если бы меня зачислили в местную стражу, тогда можно только принять смерть рядом со своими или сдаться по команде начальника — мой достойный путь.
Как-то так я понял объяснения одного из моих соседей по рабочему процессу.
С кем бы другими это прокатило, насчет сдачи в плен. Если бы воевали с людями или другими созданиями, не увлекающимися каннибализмом. Однако, со степными орками точно не выйдет выжить, как быстро не бросай оружие и не поднимай руки вверх.
Теперь главное для меня — скрыться с глаз захвативших крепость нелюдей и я подныриваю под нависшие над водой кусты, обильно разросшиеся на достаточно крутом склоне. Вторая задача на сейчас — скрыться из виду от них и не попасться тем оркам, которые патрулируют этот берег.
Куда они сейчас делись — не понятно. Наверняка, решение начальства о внезапном штурме до этой ДРГ не доведено оказалось, поэтому, они где-то занимаются совсем другими делами.
Ну, этой возможностью нужно обязательно воспользоваться, я пробираюсь по пояс в достаточно теплой воде вдоль берега, прикрытый густыми кустами, стараясь уйти подальше от того места, где меня в последний раз видели нелюди.
Трачу еще с пол часа на такие маневры, но пробираюсь на пару сотен метров дальше, когда замечаю лодку около берега рядом с крепостью, а вот с этой стороны второй что-то не видно. Я больше на пока не найденную лодку рассчитываю сейчас, приближаться к противоположному берегу нет никакого желания.
В крепости замолкли звуки схватки, орки просто бродят по стене, разглядывая окрестности. Хорошо, что еще не приветствуют своих диверсантов и не указывают им подробно, где мог спрятаться я собственной персоной.
Черт возьми! Пока все нормально, я прошел, укрываясь кустами еще сотню метров, потом вылез на берег, чтобы немного согреться, вылить воду из берцев и просушить еду в мешке.
Хлеб и сухари, конечно, размокли от речной воды, зато мясо нормально выглядит. Впрочем, и такой мокрый хлеб придется съесть, где я смогу найти другую еду — не известно. Заодно и напьюсь.
Жаль, что я не смог экипироваться как следует и уплыть из крепости под покровом ночи, тогда все прошло бы гораздо проще. На своем плотике я бы и копье тогда прихватил, а то сейчас без оружия себя чувствую беззащитным и голым.
Что-то из доспехов взять все равно не получилось бы, но, хоть хлеб можно было не мочить, да и затариться серьезнее, хорошо, что на поясе остались висеть тридцатисантиметровый длинный нож и пустая пока деревянная фляга.
Уравновешивают друг друга, нож тянет на дно, флага сильно выталкивает наверх.
Я уже хорошо удалился от крепости, погони за мной пока не заметно и меня самого со стен не видно, теперь могу идти по суше, прячась за кустами от глазастых нелюдей. Хорошо бы подняться по склону, только опасаюсь снова попасться на глаза оркам в крепости, пока рассчитываю, что смог потеряться для них из виду как следует.
Повернув по берегу за поворот, скрывший меня от крепости, я с облегчением рассмотрел корпус лодки, перехваченной тогда диверсионной группой.
Хочется прыгнуть в нее, тем более, весла я вижу сложенными рядом на траве.
Прыгнуть и грести изо всех сил, уходя от крепости и погони, навстречу свободе и спасению!
Однако, я ничего такого не делаю, разумом понимая, что это точно не все так просто получится. Была бы река пошире, метров двести хотя бы — еще можно как-то лавировать и уворачиваться, ныряя хотя бы от стрел в воду.
На ста метрах ширины реки так точно не выйдет, а уйти от нелюдей на гиеноконях или тех же козлах — вообще безнадежное занятие. Догонят быстро и загонят под корпус лодки, сами доплывут до меня и сражайся с ними под водой, где у меня есть какие-то шансы.
Как Ихтиандр какой-то, только без жабров совсем.
Поэтому я быстро поднимаюсь наверх, выглядываю из кустов и вижу в степи, довольно далеко еще от меня, дымные хвосты нескольких пожаров, и еще несколько перемещающихся точек по плоской поверхности.
— Так, разведгруппа возвращается к крепости. Скоро они разглядят своих на стенах, те им сообщат про одного наглого беглеца и что же они сделают? Будут до темноты искать меня или вернутся к своим, обильно пировать и незатейливо радоваться жизни, как умеют эти создания?
— На этом берегу мне опасно оставаться, до темноты еще пара часов, они и десяток километров берега прочешут за это время. Можно, конечно, тоже далеко убежать. Только, как меня могут унюхать эти гиенокони — я опять же не знаю, лучше так не рисковать. Если я пойду по воде под берегом, тогда точно далеко не уйду и не буду видеть погоню. А они могут и засаду сварганить, отправив часть своих вперед.
Минутное раздумье и я решаюсь.
Глава 14
Да, здраво подумав, я вздохнул тяжело, закинул побольше размокшего хлеба в рот и удалился по берегу за еще один поворот реки от крепости.
Подальше отойдешь, подольше искать будут, побыстрее убежишь — такие теперь условия выживания у меня в планах.
Там принялся стаскивать чуть подсохшие берцы с ног и снова привязывать их к мешку. Вода после горячего воздуха показалась сначала ну очень холодной, особенно, когда медленно, чтобы не шуметь заходишь в нее. Но, я быстро привык, лег на спину, переворачиваясь время от времени на живот, отправился в волнительное путешествие к тому берегу, стараясь не плескать водой лишнего.
Почему-то мне хочется думать, что искать меня станут только на этом берегу, а здесь многие орки конкретно видели, куда я уплыл, поэтому лишнего времени на мои поиски от приготовления и дегустации вкусного человеческого мяса отрываться не станут.
Жаль людей, попавших в ловушку в крепости, особенно добрую повариху и Дианила, только, изменить я ничего не могу. Могу только погибнуть рядом с ними, пусть даже забрав пару нелюдей с собой, это все равно ничего не изменит в их судьбе.
А в моей очень даже все поменяет, черт с этими неубитыми мной нелюдями, где-нибудь в этом мире я с ними еще встречусь.
Через пять минут я выбрался на берег, так же оставаясь в кустах, забрался повыше, нашел удобную позицию, чтобы видеть подходы с обоих сторон и, продолжая давиться совсем размокшим хлебом, принялся наблюдать.
Выжал пока одежду, и надетую, и ту, которая в мешке, теперь ловлю лучи заходящего светила. Даже в густых кустах очень жарко, но, это в самый раз после такого заплыва. И я согрелся, и одежда сохнет на раз-два.
Торопиться мне некуда, без лодки уйти отсюда надежно не получится. Только брести около кустов, боясь даже чихнуть. Две уже я нашел, надеюсь, хоть одна меня дождется в ночи. Пешком слишком тяжело и крайне опасно передвигаться около реки, а на воде я смогу выплывать из зоны риска раза в полтора быстрее и по кратчайшему маршруту двигаться к людям.
То есть, русло реки может и не самый близкий путь предлагает, однако, без карты этих мест мне все равно шагать определенно некуда.
Не одна же здесь эта маленькая крепость, судя по всему, здесь самый настоящий фронтир для людей. Поэтому такие крепости должны, как минимум, в паре дневных переходов находиться друг от друга. Потому что нелюди в нескольких дневных переходах отсюда кочуют, судя по всему.