Наверно просто не с кем стало свои глупые мысли обсуждать, вот и не говорит ничего.
Второй из старых стражников давно уже на сторону Кранила перешел, старается с бывшими приятелями не общаться даже.
Ну, пока внешний враг владение с замком не захватывает, а крестьяне не бунтуют, так вполне жить можно, даже с такой минимальной стражей. Чтобы только на стенах дозор несли и ворота открывали-закрывали.
А крестьянам бунтовать некогда, работы становится все больше и на берегу реки, и в руднике, и на извозе тоже. Пленники пашут тоже хорошо, хотят заработать мое прощение и потом остаться в таком хорошем месте. В лес явно больше не хотят и очень радуются трехразовому питанию, я даже приказал здоровяку давать двойную порцию и вообще больше мяса в котел класть. Одну свинью уже не на шесть дней растягивать, а на всего четыре теперь.
Деньги идут в руку щедро, можно побаловать народ мясом, теперь к замку сами продавцы свиней привозят.
Потом пришла настоящая осень, за это время я отогнал еще два, снаряженных по пять повозок, каравана в тот же город под названием Петрум, как здесь все его называют. На самом деле официальное название — Петруим!
Второй раз уже не стал выезжать на рынок, так все распродал по обрадовавшимся новой партии товара знакомым купцам. Как я и предполагал, мои умывальники имеют неутолимый в принципе спрос среди всех более-менее обеспеченных местных людей, а таких в большом городе и вокруг него не одна тысяча найдется.
Я же пока поставил на местный рынок всего шестьсот качественных и круто выглядящих сами по себе изделий, так что все разговоры насчет дополнительной скидки от уже договоренной цены или денег потом я сразу оборвал:
— Или берете вы, или я найду других продавцов! Пора и вам цену поднимать!
Ветрил по моему указанию прошелся по лавкам и нашел последний рукомойник только в одной из них, а цена на него стоит уже целых три золотых.
Так что не стоит купцам очень уж жаловаться на жизнь, если мои изделия с тремя сотнями процентов прибыли продают. Только так себе постоянно выкручивать руки и спорить с ними я вообще не хочу, им, которые местные, сговориться против меня не так трудно. Нужен мне свой человек среди местных купцов, которому я дам освобождение от налогов своим именем, а он будет продавать товар по максимально возможной цене уже сам для меня и себя тоже.
Ну и еще то обстоятельство имеет большой вес, что мне так просто не наврешь, все такое дело я хорошо чувствую в сознании собеседника.
Потом переговорил с одним из самых солидных и приличных по моим ощущениям купцов, Останилом его зовут. Справки про него и остальных купцов я еще раньше навел, пока мой выбор пал именно на него.
— Есть желание сделать торговый дом под моим именем, но, чтобы управлял им ты! Сам понимаешь, налогов я могу платить гораздо меньше, как норр из Вольных Баронств, а товары тогда можно будет продавать подороже, если всем этим делом будет заниматься такой честный и ловкий человек из местных купцов. Один во всем городе заниматься, безо всяких конкурентов! И мою цену будет держать, и себе очень хорошо зарабатывать на доле с продажи!
От такого предложения стать эксклюзивным продавцом он отказываться не стал, конечно, но поинтересовался:
— Эти умывальники и разная посуда — это все, что вы собираетесь производить для Империи? Ваша милость?
— Нет, скоро пойдет железная утварь, разные топоры, лопаты и мотыги. На моей земле разрабатывается сейчас богатый железный рудник и строится большая кузница. Скоро пойдут железные изделия тоже высокого качества, так что ассортимент привозимого товара будет только расти.
Каталонский горн выдает гораздо более качественное железо, уже подходящее под определение сталь.
Мы с ним посетили местные торговые городские власти, где я объявил о создании своего торгового дома и письменно управителем назначит купца Останила. Компаньон, конечно, хорошо знает, куда следует сунуть денег для смазки процесса оформления и к следующему приезду я получил официальную бумагу о появлении в имперском городе Петриум торгового дома из Вольных Баронств под управлением норра Вестенила по имени Рауль.
В этот третий раз я сразу завез весь товар на склад к Останилу, пожил в городе несколько дней с комфортом в самом дорогом постоялом дворе, ожидая, пока он серьезно расторгуется остальным купцам по более высокой цене и сам продаст в паре своих лавок моего товара на солидную сумму.
Забрал у него всю выручку, объяснив, что свой процент в четверть от суммы проданного он получит со следующего товара. И быстро уехал уже с четырьмя сотнями золота из города все с теми же пятью пустыми подводами и уже восемью стражниками.
Норры теперь с удовольствием отпускают своих служивых со мной, немилосердное пекло на имперских равнинах уже прошло, а тут такое путешествие с обильным пивом по дороге и хорошими премиальными своей страже по возвращении.
И мне помогают, и у себя на еде экономят, да еще, наверняка, стража рассказывает своим хозяевам, с кем я успешно дела в городе веду и почем товар продаю. Ну, что они могут увидеть, узнать и услышать.
Думаю, что такая информация моим компаньонам очень интересна.
Потом пришла настоящая осень, в горах начались дожди, постепенно спускаясь к равнинам, дороги стали не совсем проходимы. То есть проходимы с очень большим трудом, который прилагать не хочется по возможности.
У меня вернулось количество своего золота снова к тысяче триста золотых монет, дорога построена, столярное производство тоже почти закончено, если именно по строительству, две каталонские печи быстро растут в размерах, а водяные колеса для них уже готовы.
Их пока подняли на среднее положение, раз пошла более-менее высокая вода после дождей, но работа на площадке с горнами и кузницей кипит. Мастера от моих компаньонов вполне поняли принцип действия и само устройство каталонских горнов, опытные в этом деле все же люди, вот-вот закончат самые первые из них.
Заодно начинаем огораживать весь этот прибрежный район бревенчатым забором от лишних глаз, ибо технологии тут используются явно превосходящие местные на пару сотен лет, если не на все пять.
Не нужно, чтобы всякие случайные люди могли хоть что-то разглядеть со стороны.
За время дождей продолжающие работать мастерские выдали новую кучу продукции, уже с красивыми рисунками и снова более технологически продвинутые, поэтому пришла пора все это добро везти в город.
Лень, конечно, очень выбираться в долгий путь по ненастной погоде, но деваться мне некуда. Тем более дожди пока закончились и вроде можно с грузом проскочить до Петрума без особых задержек.
Раскидал товар по большему количеству подвод, чтобы меньше в грязи застревать и в сопровождении так же восьми стражников отправился в путь.
Доехали не за три, а за четыре дня, зато очень порадовал купца Останила огромной партией товара.
— Все уже давно закончилось, ваша милость! Народ еще просит и все дороже готов платить!
Опять подождал три дня в Петруме, забрал уже шесть сотен золотых и порадовался за себя. Что не стал продавать сам и не рассчитываю на каких-то купцов, а просто привожу товар, потом получаю деньги от честного компаньона и не чувствую у него в голове никаких намерений обмануть меня.
Дворяне стали меньше кататься по дорогам, случаев, когда приходится вмешиваться лично мне, больше по пути следования не происходит. Хоть какое-то преимущество от поездок в такое время.
В замке по возвращению увидел уже почти построенный дом для Бродуса около мастерской, запущенные оба каталонских горна и всех своих компаньонов по такому случаю.
Прошли уже две первые плавки, мастера дают самые высокие отзывы получаемой крице по качестве и проценту осваиваемого железа.
— Не меньше пяти десятых получается! Ваша милость!
— Хорошо будет, когда до семи десятых уровень освоения дойдет! У нас так получалось в самых передовых производствах, — с умным видом сообщаю я когда-то вычитанные сведения.
Теперь запускается работа в кузнице, не очень, чтобы так быстро, но компаньоны, послушав своих мастеров, отправляют сюда своих лучших кузнецов. Понимают, что только совместно мы можем раскрутить по-настоящему быструю выдачу изделий из качественного железа.
Пока возимся с налаживание круглосуточной работы пары горнов, разбираемся с подвозом руды и древесного угля, чтобы нагретые печи вообще не простаивали и не остывали зазря.
— Свои печи теперь придется закрывать, — сожалеющим тоном говорит норр Трандуил.
— Нет смысла их тянуть, да и процент выхода железа здесь гораздо выше, — отвечаю я. — Здесь прибыль, а там — уже убытки!
— Да еще тут можно делать конкретно более высокоуглеродистое железо, до половины процента, начальную такую сталь, так что жалеть не о чем, — мог бы я сказать компаньонам, но не говорю, конечно.
Здесь и понятий таких нет, и слов этаких тоже не присутствует, мастера просто на пристрелянный глаз и нюх работают.
Впрочем, уговаривать владетельных норров мне больше не приходится. Они примерно понимают, сколько денег мне принесли эти четыре каравана со столярной продукцией и не хотят отставать в еще более прибыльном кузнечном производстве, поэтому перекинули своих мастеров без долгих разговоров.
Пока я строю большое общежитие для приезжих мастеров вокруг еще одной сушильной печи для столярки, а то первая уже не справляется с заказами. Удобное очень дело, и дерево сушится, и печь тепло отдает во все три с половиной стороны, в комнатенки, где ночуют и проживают командировочные. С еще одной стороны из тамбура, а не прямо с улицы происходит загрузка изделий и дров, чтобы не мешать жильцам.
— Пора уже уголь начинать покупать, — понимаю я. — Дровами такую прорву производств слишком расточительно топить, да и леса жалко. Еще и коксующийся уголь возможно смогу найти.
У моих компаньонов добычи угля пока нигде нет, во всех Баронствах есть четыре места, где его добывают, поэтому придется покупать без вариантов.