— Три часа, это в лучшем случае получилось, когда авторитетные для скотины хозяева на них восседали, а так и на все шесть часов выйдет хлопот даже для меня. Это с моим ментальным контролем, а уж Терек и стражники с таким заданием точно не справятся, — напоминаю себе суть истории.
— Ну, вообще не захотят связываться с бодливой скотиной и предложат, естественно, ее просто перебить. И это, пожалуй, единственно правильный вариант, — понимаю я. — Просто отпустить тоже не выход, тут тогда такое начнется.
— Мне этим делом пока совсем некогда заниматься, хотел бы, конечно, Терека со стражниками к процессу привлечь, но он так ловко брать их под свое управление еще не умеет. Нет, гнать к реке ночью табун скандалящих при этом козлов — совсем не вариант, тут вся округа прознает обязательно, что козлы проклятых Всеединым Богом людоящеров бродят по дорогам, да еще в сопровождении моих людей, каких-то подозрительных приезжих из королевства. Ведь только потому, что живут они в полной глухомани на отшибе Империи, никто к ним не пристает ни с каким лишними вопросами.
— Кто такие и зачем вообще сюда приехали? Не шпионы ли ксанфские? А так сразу появятся лорды местные, чтобы спросить про таких гостей и их скотину. Все же скотина совсем здесь не виданная никогда, но очень хорошо известная по страшным рассказам про исчадий кошмарных степей — людоящеров-людоедов.
— Все тут же зададутся понятным вопросом, а куда же тогда их всегда голодные хозяева подевались?
— Так что придется козлов угнать отсюда куда-нибудь в глухое совсем место, таких здесь много имеется и там прибить животин. Главное, чтобы как можно подальше от пещеры. С этим делом наемник должен справится, — я гляжу на светило и вижу, что время уже к обеду подошло. — Терек должен завтра, на третий день проезжать по распадку в мою сторону. Тогда ему можно скотину передать, а вот сейчас ехать до Патринила мне никак нельзя.
— Ладно, мне пока все равно пещеру с упокоищем не бросить. Лучше и не обедать тоже, чтобы не проблеваться очень густо, а заняться трофеями. Вентиляция там наладилась, основное дерьмо продуло из упокоища, теперь можно нормально дышать и факелы гаснуть не будут. Значит, пришла пора взглянуть на все там имеющееся добро.
— И еще познакомиться с бывшей хозяйкой, от которой мне так хорошо перепало! За это ей, конечно, большое спасибо, правда, ничего такого хорошего для меня она никак не замышляла. Для самой огромный сюрприз оказался! — ржу я с очень довольным видом.
Вот так, кто-то лежит и воняет на всю ивановскую, а кто-то сейчас познакомится с подтухшим телом Твари и соберет с упокоища все, что можно. Каждому теперь свое, одним радость жизни и трофеи с силой великой, а другим только трупные всякие проблемы, неизбежные при расконсервации склепа.
Я поднимаюсь на холм, заливаю водой тлеющий костер в яме, умело устроенный нелюдями так, что он совсем не дает дыма. Быстро осматриваю все оставшееся барахло зверолюдов, циновки, на которых они ночуют и еще мешки с разными припасами.
Заранее понимаю, там ничего интересного не найдешь, ни бритву какую-то, ни золота, один только дорогой их простым сердцам и поэтому мне не интересный хлам. Так что и правда, не нахожу там ничего привлекающего мое внимание, кроме последнего оставшегося тут лука.
Ему я пока разрезаю тетиву, ломаю его пополам и оставляю обломки лежать как дрова для будущего костра.
— И остальное все придется сжечь или спрятать в пещере, — смысла ничего из луков или копий с собой забирать нет, вот зверолюдские сабли пользуются стабильным спросом и отличаются ценой немалой, но у нашего военного вождя ее почему-то не оказалось при себе.
У тех двоих серых вождей имелись на боку, а ему такая статусная вещь не досталось.
Наверно, в свете больших потерь сделал карьеру вождя из самого рядового нелюдя, а у таких в основном только копья с луками имеются, даже саблю с мертвых вожаков не успел поднять. Слишком по удалому не рисковал на приступах, вот и выжил в частых штурмах крепостей.
Начинаю подъем и через полчаса уже оказываюсь около пещеры. Там собираю луки, колчаны, копья и закидываю их пока внутрь пещеры. Пояса быстро просматриваю на свету и тоже бросаю туда же. Ничего интересного в них, кроме неплохих ножей, для меня нет. Поэтому ножи с ножнами складываю снова в том же укромном месте за камнем.
Теперь у меня нет ни дозорных, ни часовых, даже охотника в помощниках больше не имеется, нужно понимать, что козловязь могут всегда внезапно обнаружить и потом, после холма, даже сюда подняться с вполне возможной проверкой.
Тут тебе и развороченный зев пещеры, и сдвинутый с лаза камень — все эти чудеса сразу привлекут чужое внимание. Но камень задвигать пока нельзя, он обеспечивает сильно необходимую постоянную приточную вентиляцию и дает какой-никакой свет в мрачном упокоище.
— Все, пора! — командую я сам себе.
Надеваю на голову косынку, пряча волосы, на глаза опускаю сохранившиеся у меня до сих пор пластиковые очки со своей прежней работы. Вторые такие тоже остались в моем мешке до сих пор, запасливый я оказался такой по жизни сантехник.
Чтобы всякое дерьмо в глаза не летело, постоянно с собой носил такую защиту. В моей прежней работе это часто случалось, как сейчас помню. Теперь опять придется солидно с тухлыми отходами жизнедеятельности возиться.
Из сантехника — в бароны! Кому расскажи из знакомых — никто не поверит!
На руки надеваю кожаные дворянские перчатки, пара таких у меня осталась до сих пор при себе, а теперь они мне очень пригодятся.
Защитную маску на лицо сейчас одну надел, чтобы меньше дышать вонью в пещере, вторую, которую забрал с тела охотника, повяжу уже перед упокоищем на всякий случай. Понимаю, что там может оказаться много чего такого токсичного, особенно после разложения неизвестного земной науке инопланетного тела, но тут рассчитываю больше на свою прокачанную РЕГЕНЕРАЦИЮ.
Кстати, нужно же посмотреть, что мне в ТАБЛИЦЕ добавилось за девятерых людоящеров и одного случайно убитого охотника?
МЕНТАЛЬНАЯ СИЛА — 50/216
ВНУШЕНИЕ — 55/216
ЭНЕРГИЯ — 39/216
ФИЗИЧЕСКАЯ СИЛА — 46/216
РЕГЕНЕРАЦИЯ — 31/216
ПОЗНАНИЕ — 41/216.
Хорошо ментальная мощь подросла, ведь бил же всех сначала именно ей, но и ПОЗНАНИЕ тоже подпрыгнуло заметно на двоечку. Сигнализирует мне самым положительным образом, значит все правильно сделал, что начал так внезапно мочить зверолюдскую братию. Очень вовремя отозвался на его сигнал и поэтому решил противостояние в свою пользу без особых проблем.
— Ох, не зря там эти двое дозорных со стрелой, наложенной на тетиву, стояли, да еще с двух сторон от лаза! Ох, не зря!
Если и были у меня небольшие сомнения по поводу стопроцентной правомерности для повода начинать крошить людоящеров, то теперь они полностью исчезли.
Я решительно пролезаю через лаз, за спиной мешок с вещами, в руках второй, в него набиты несколько пустых мешков зверолюдов и торчат шесть факелов.
— Запах неприятный ощущается, но здесь, наверху, он еще вполне терпимый, — чувствую я, когда приспускаю маску.
Сам я сильно не уверен, что у меня столько времени получится просидеть в упокоище, чтобы спалить шесть факелов, среди смрадного запаха и мертвых тел, только деваться все равно мне некуда.
— Чем-то же резала Тварь камень, вон сколько блоков выдала на стену? Есть шанс найти такую штуку и еще возможно, что получится ее запустить. Тогда я в полном шоколаде окажусь! Так что впереди очень важный для меня рабочий процесс! — так аргументированно подталкиваю себя на великие подвиги.
Спускаюсь вниз, освещая себе дорогу одним факелом, обхожу тела зверолюдов, некоторые сразу перетаскиваю в сторону, чтобы не мешали ходить и пролезать мимо них в особо узких местах.
— Через пару дней тут завоняет совсем не по-детски, так что лучше лишнего времени не терять, — понимаю сам.
Оказавшись около завала, снова принюхиваюсь к атмосфере, здесь воняет уже поядренее, но далеко не так, как в первые минуты после разрушения стены. Поджигаю еще один факел от своего и устанавливаю его перед пробитой дырой, внимательно рассматриваю само отверстие.
Вскоре я понимаю, что моя догадка оказалась верна, блоки составлены в два ряда, спереди меньше по размерам. позади побольше, между ними находится эта белесая ткань, которая работает, как изолирующая и еще удерживающая пленка. Она плотно прилеплена к потолку пещеры, что там делается с боков и низа я, конечно, не вижу. Сверху над парой блоков мы ее сорвали, она теперь висит с краю, немного качаясь от сквозняка, но дальше так же цепко приклеена к потолку и в таком состоянии удерживает первый ряд блоков от навалившихся камней и солидных валунов.
А сзади, со стороны упокоища, ее поддерживает еще такой же ряд блоков побольше и поосновательнее. Как раз на полу упокоища, самом обычном каменном, но слишком ровном полу валяются четыре блока, два побольше и два поменьше, которые мы с охотником уже выбили из стены.
Теперь факел, просунутый в убежище Твари, больше не гаснет, светит вполне подходяще для осмотра, и я сначала изучаю все, что могу рассмотреть при его колеблющемся свете. Этот лаз и пещера сейчас активно прогоняют воздух через себя с поверхности, так что проветрилось тут за пару часов все хорошо.
Вонять — воняет, но не настолько сногсшибательно, как в самые первые минуты.
Вижу снова два тела под колодцем-лазом, одно на другом, оба в одежде, под ними что-то тоже лежит, но плохо видно отсюда. Пол в упокоище довольно чистый, пыли хватает, конечно, на ней никаких следов не видно, значит, что никто тут больше давно уже не бродил. Напротив дыры в каменной стене устроено несколько полок и на них стоят много разных непонятных предметов.
— Ну, пора делать нормальный проход. В эту дыру пролезть трудно, а подавать оттуда все эти штуки окажется еще труднее.
Сразу же откидываю несколько камней назад, теперь сверху мне гораздо проще просунуть кинжал в щель, отодвинуть блок в сторону и вскоре камень с ровными поверхностями, но только с трех сторон, открывает мне путь к оставшейся за ним пленке.