То есть не удивился, что с ним от имени Всеединого Бога кто-то другой разговаривает, гораздо более сильный, чем прежде.
«Наверно, с прежним Богом просто не общался еще ни разу, только что получил повышение из Четвертых Слуг», — догадываюсь я.
Я приказываю ему точно узнать о ходе переброски войск в лагерь у командующего, сколько там теперь имеется рабочих и все такое прочее.
«Пора остановить сам процесс завоевания Баронств, только, как это сделать самым правильным образом? И куда теперь отправлять войска и строителей? На ум подворачивается только восстановление крепостей по Стане, заготовленные строительные материалы можно как раз на них перенаправить. Однако, нужно ли оно, это восстановление, вообще сейчас Империи? Если войск там собрано пока немного, можно их отправить в Датум на зимовку вместе со строителями и припасами. Если же их много, то придется часть возвращать обратно в Империю по прежним местам расквартирования», — размышляю я.
Хотя сам еще не решил для себя, как поступить с этой задумкой Твари. Понятно, что я про ее конкретные намерения могу только догадываться, мне ясен только общий смысл переброски войск на такое солидное расстояние и обустройство в этих почти безлюдных местах укрепленного форта-крепости.
Стоит ли все бросить с концами, раз уж проведена такая солидная работа? Или все же оставить часть строителей там?
— Все это нужно с кем-то из посвященных в планы военной экспансии обсудить! Придется собрать высший командный состав армии Империи вместе с новым Императором и обсудить первые шаги новой власти! — говорю я сам себе.
— Передай командующему, графу Венцерилу, такое предписание. Строительные материалы пока перестать тратить, постройку крепостей, казарм и храма остановить! Внешние политические обстоятельства заметно изменились, император обдумывает отменить саму операцию. Заняться боевой подготовкой личного состава в свободное время. В течении недели поступят новые приказы, ждать их! — такие слова услышал от меня Слуга при камне-передатчике, записал их старательно и побежал сообщать графу.
Потом я подумал и обратился к тридцать шестому Камню, поинтересовался, как мой приказ исполняется.
Дежурящий при нем Слуга, конечно, вообще не в курсе по тому вопросу, что предприняло его начальство по моим указаниям прекратить войну в Баронствах, поэтому приказал ему узнать и доложить.
— Молодец, снова принимай пост! — позвал я Слугу и вышел из комнаты с Камнем.
Прослушал доклад об невероятной истерике вдовой императрицы, когда гвардия взяла дворец и его окрестности под полную охрану.
— Сильно кричит? — удивился я.
— Невероятно, прямо слюной брыжжет! — докладывает один из сотников.
Обычно дворец охраняли всего пара дюжин гвардейцев, он сам не очень большой, потому что Тварь всех своих Слуг, остальных людей и здешних чиновников приучала к конкретной такой скромности.
Все себе должны много или немного отказывать, чтобы Империя крепко стояла, — разумный, в принципе, лозунг для внутреннего потребления.
Поэтому Императору даже нечем было похвастаться перед дворянами, наоборот, по части трат и всякой роскоши они ему постоянно нос утирали.
— Хватает сотни воинов сверху с теми двумя парами дюжин для полного перекрытия? — несение наряда по-прежнему никто не отменяет, просто теперь наряд усилен в четыре раза.
— Вполне, Высокий Господин Неба!
— Дерется еще и пытается вырваться из дворца? — спрашиваю я про императрицу.
— Ругается, дерется и плюется, но никуда не пробует выйти! — продолжается доклад.
— И как такую оставлять на престоле? Это же позор один будет! Ладно, когда это была личная жизнь императора, его семейные проблемы, которые он как-то решал. Как такую дуру теперь там при власти оставить, когда некому с ней серьезно поговорить? — спрашиваю я докладчика с товарищем, на что они только разводят руками.
— Дворяне пытаются к ней попасть? — теперь такой вопрос мне интересен.
Вчера всех предупредил, сегодня можно наглядно показать — шутки и уговоры закончились.
— Брат ее все не уходит и при нем несколько человек остаются!
— Этот пусть ходит вокруг дворца, все же родственник, если попробует пробраться или ее выкрасть — бить наповал! — отдаю я приказание и требую выслать еще сотню в мое сопровождение.
Хочу сам доехать до штаба гвардии и проверить арестантов, заодно узнать, как там дела у моих товарищей.
Когда конвой готов, запрыгиваю с парой Слуг в оставшийся при Храме экипаж, мы отправляемся к гвардейцам в расположение.
В самом штабе начинается сильный переполох при моем прибытии, хорошо видно, что раньше такими визитами Всеединый Бог своих защитников не баловал.
Граф и Терек находятся здесь же и очень рады меня видеть:
— Высокий Господин Неба! Служба в гвардии несется исправно! Командир гвардии Всеединого Бога, граф Терек Варбург! — молодцевато докладывает бывший наемник.
Вошел уже, значит, в свою роль нужным образом. Я приглашаю поговорить наедине своих товарищей, оставив свое сопровождение внизу.
Вскоре я узнаю, что моих арестантов вчера граф допросил первым делом, получил от них признания в многочисленном воровстве у казны, прочих преступлениях и особо отвратительных поступках.
— Все записано и подтверждено свидетелями, господин! Что с ними делать? — это уже настоящий граф мне рассказывает.
— Да отправим в Датум с остальными служителями из моего Храма. Не хочу частыми казнями омрачать скорое вступление вашего Императорского Величества на престол. Зато требуется устроить большое празднование в Кташе и остальных городах Империи, здесь это раньше сурово запрещалось, чтобы тратить золото и ресурсы на праздники, совсем Твари чуждые. Да, невиновные арестанты в подземельях нашлись? — вот что меня интересует.
— Трое таких совсем подложно обвиненных именно нашими преступниками. Пока не стал выпускать, но простые купцы и ремесленники просто счастливы, что их обидчики попали сами сюда, теперь вовсю славят нового Всеединого Бога за великую справедливость, — посмеивается граф.
— Ладно, пойдем, сходим до темницы. Эти отдельно теперь сидят? — вопрос к Тереку.
— Да, сразу их так рассадили, не смогут разговоры вести.
— Хотя, чего мне туда спускаться? — времени у меня пока на посещение темниц точно нет, нужно дворцом императорским заниматься. — Выводите пострадавших от произвола прежних властей наверх, во двор, я на них там гляну.
Терек отправляет своих заместителей распорядиться об отобранных графом арестантах, вскоре выводят измученных долгим сидением в подземелье людей.
Глядя на их бледные, худые, изнеможденные лица, слезящиеся от яркого светила глаза и общий ужасный запах много месяцев немытых тел, я внутренне содрогаюсь сам.
— Обязательно пройдусь внутри подземной тюрьмы, как только появится время, — обещаю себе.
Быстро провожу опрос троих арестантов, получаю от них истинные ответы, показывающие, что они невиновны, и приказываю тут же освободить их от цепей.
— Вы получите компенсацию из имущества злодеев, бросивших вас в тюрьму! Я сам прослежу за этим! — обещаю я страдальцам. — Отвезти невинного оклеветанных людей на моем экипаже по домам!
Пусть народ Кташа знает — новый Всеединый Бог вышел из Храма, чтобы творить великую справедливость, защищать несправедливо обиженных и наказывать со своей великой силой обидчиков при власти!
Конфискация имущества бывших гвардейских командиров и сильнее других проштрафившихся служителей при Храме еще впереди.
Но вещь абсолютно необходимая, чтобы все преступники и мздоимцы были уверены, что украденное недолго прослужит их семьям.
А я забираю пока графа у Терека, пешком с ним и своей охраной мы отправляемся в недалеко расположенное от нас имперское казначейство, которым, как оказалось, тоже управлял кто-то из Слуг Твари.
Управлял и не пережил недавно один ментальный удар.
Об этом случае мне рассказал граф Гельдберг, естественно, тоже подозревая в скончавшемся так кстати одного из Слуг.
Около казначейства даже мне приходится постоять какое-то время, ведь вскоре выясняется, что им управляли именно через императора, тот приказывал собираемые сборы и налоги направлять по указаниям Твари, куда ей требовалось.
— А раз императора у нас сейчас нет, как и нового начальника казначейства, то и проверять или инспектировать казначейство никто не может! — заявила одна наглая рожа мне в лицо.
Пришлось взять местного бюрократа, временно исполняющего обязанности главы казначейства, под свой ментальный контроль, оставить гвардейцев у входа охранять казначейство, а самим спуститься в подвалы настоящего, сильно укрепленного замка, у которого даже охрана своя имеется.
— Пора посмотреть, не откладывая в долгий ящик, что нам оставила Тварь. В каком финансовом состоянии дела Империи? — предупреждаю я графа мыслесвязью. — Учитывая, что налоги здесь высокие, а собираются они очень активно, деньги в кассе должны быть! И деньги немалые!
Но, когда мы спустились в сопровождении ИО главы казначейства, в подвалы за пятью монументальными дверями, которые пришлось пройти все по очереди, я понял, что с финансами в доставшейся нам Империи все в полном шоколаде.
Подвалы и отдельные комнаты-сейфы забиты золотом в слитках и монетах до самого потолка, причем чиновник отлично помнит наполнение всех этих гигантских объемов почти до самого последнего золотого.
— Реально настоящий профессионал в финансовых делах! Еще один ценнейший работник! — отмечает граф.
— Вот что значит отсутствие любой социальной политики с выплатами кому бы то ни было, рьяный сбор налогов и частое использование кола для наказания крупных неплательщиков. Тут накоплено золота на несколько лет тотальной войны со всеми соседями вокруг. Для чего Тварь столько накопила — даже не знаю, давно могла бы завоевать и Вольные Баронства, и все королевства без проблем, — так же мыслесвязью говорю я графу.
— Надо брать! — отвечает он мне обычной речью, находясь в серьезно возбужденном состоянии от вида невероятных сокровищ.