– Госпожа? – растерялся он, увидев меня. – Простите, госпожа… – поклонился и попятился.
Что-то слишком нервничает и смущается много… Или мне кажется?
– Привет, – улыбнулась и махнула. – А ты чего?
– Я… – Сай сглотнул и отвёл взгляд. – Сегодня занятия, вы забыли? А я вам тут фрукты принёс. И орехи…
– О, спасибо, – подошла, чтобы забрать корзинку, но парень почему-то вздрогнул и прижался к стене. – Всё хорошо? – настороженно поинтересовалась, остановившись.
– Эм-м… – протянул Сай. – Госпожа Алина, а вы не хотите одеться?
– А? Так я же в халате, – удивилась в ответ.
– Но у вас голые ноги… – пробормотал он, отводя взгляд.
– Голые ноги? – изумлённо вскинул брови и опустила глаза. – Нормальные ноги… ну подумаешь колени видны…
Господи… только не говорите, что его голые коленки смущают?
Громко расхохоталась, забрала корзину и отправилась переодеваться.
– Бери с бюро письменные принадлежности и садись. Я сейчас.
Сай послушно кивнул и бросился выполнять. Надела одно из целомудренных платьев, под которое, правда, никак не надевалась рубашка, и вышла.
Волк навис над несчастным поваром и что-то угрожающе рычал. Шёпотом.
Усмехнулась и подошла, кашлянув.
– Добрый вечер, айсир Хант, что привело вас?
Волк выпрямился, смерил меня подозрительным взглядом, а его зелёные глаза угрожающе сверкнули.
– Я зайду завтра, – выпалил Сай и, поклонившись, сбежал.
– И что это было? – иронично поинтересовалась и встряхнула руками ещё влажные волосы.
– Я хотел то же самое спросить у тебя, – процедил волк, надвигаясь. – Что этот безработный здесь делал?
– Заниматься пришёл, – хмыкнула беспечно и взяла с корзины яблоко.
Волк поджал губы, а в следующую секунду схватил меня и потащил в кровать.
Яблоко выпало и покатилось по полу…
Откинул одеяло и уложил меня, завалившись рядом.
– Я же сказал тебе ложиться, – глухо прорычал, сжимая кольцо рук.
Я замерла, боясь пошевелиться. Чего это с ним?
Глава девятнадцатая
Когда объятья стали слабее, я осмелилась заговорить.
– Тебе не кажется, что это немного странно? Ты же не можешь постоянно меня таскать и приказывать?
Чувствую, как волк приподнимается на локте.
– Кажется, я ещё ни разу тебе не приказывал.
– Но… – поворачиваюсь и натыкаюсь на холодный взгляд зелёных глаз. – Я же уже сказала, что нам не следует спать вместе, что…
– Но не сказала, что не хочешь этого, – бесстрастно произнёс он и поднялся. – Ты не представляешь, насколько я сдержан и терпелив по отношению к тебе. Вот, что действительно странно, – взялся за пуговицы и легко расстегнул камзол, избавляясь от него. – Я мог запросто сдать тебя управленцам, пусть сами нянчатся… Хочешь спать отдельно, пожалуйста. Но не говори, что я приказываю тебе. Я никого и никогда не принуждал к чему-то…
Ого… кого-то сильно задели мои слова. А ведь по сути… я действительно ни разу не возмутилась, не заявила, что не хочу.
И сейчас меня разрывают противоречия. По сути, меня не сильно беспокоит, что мы спим вместе, меня только заботит моральная сторона данной ситуации.
– Я бы хотела жить отдельно и найти работу… стать полезной, – я сижу к волку спиной, но чувствую на себе его взгляд. – Не хочу портить вашу репутацию, и не хочу, чтобы о вас шушукались. Ведь никто не знает, что мы просто спим…
– Полезной? – глухо переспрашивает волк, а я чувствую дыхание на своём затылке. Зачем же так близко?..
– Моя гитара… – усмехаюсь, стараясь не показывать грусти. – Я сломала её, а ведь я играю… я могла бы давать уроки. Могу готовить…
– Ложись спать, – после паузы произносит волк и поднимается с кровати. – Утром выдвигаемся…
Слышу его тяжёлые шаги, вижу удаляющиеся ноги, потому что боюсь поднять взгляд, как за ним закрывается дверь.
Выдыхаю и ложусь на подушку.
Гитара… мама копила почти год, я знаю. И я всего раз сыграла в клубе, на репетиции ещё и в универе. Она была совсем новенькой…
Застонала, зарываясь пальцами в волосы.
– Когда уже этот дурацкий сон закончится? Неужели я застряла тут навсегда?
Хочу домой.
Я заснула и спала тяжело. Мучилась кошмарами. Всю ночь блуждала по каким-то коридорам, искала выход. Эти чёртовы лестницы… всё никак не кончались. Их так много. Узкие коридоры, мерцающие лампочки, всё как в фильмах ужасов.
Моё подсознание могло бы придумать что-нибудь повеселее. Меня просто злила вся эта ситуация, ощущение безысходности.
Тогда я взяла металлический стул. Во сне я была так спокойна…
Подошла к большому окну и бросила в него стул. Странно, что не слышала звон бьющегося стекла, но осколки… впились острыми краями в кожу. Руки и живот. Даже лицо…
Ни боли, ни страха я не ощутила. Просто хотела домой. Подошла к раю разбитого окна и посмотрела вниз.
Туман… ничего не видно. Ни какая высота, ни что там.
Шаг…
Лечу в пустоту, медленно закрывая глаза. Ожидая удара, боли, но вздрагиваю просыпаясь. Щёки почему-то влажные и пылают огнём, а в груди бешено колотится сердце…
Хант бережно прижимает меня к себе, но я чувствую, что злится. Стоп!..
– Откуда…
– Поняла разницу между спать со мной и без меня? – ровно спрашивает и отстраняется. – Одна из способностей вервольфов заглушать чужие эмоции. Пока я рядом, ты не думаешь о доме, и не волнуешься. Я почувствовал ещё в первый день твоего появления. Ты чужая…
Судорожно сглотнула, но в горле пересохло. Хант поднялся и налил мне воды.
– Так откуда ты? Ты ведь не потеряла память?
– Я… – осушила половину стакана и горько усмехнулась. – Всё это время думала, что сплю… или нахожусь в коме. Я умерла?
– Что за бред? – нахмурился волк и сел рядом. – Если бы ты была мертва, я бы сразу это понял, и не ощущал твои эмоции так явственно. Твоя аура другая… люди этого не замечают, даже не все вервольфы…
– А ваши самки?
– Они не способны видеть ауры, их чутьё не так развито, – Хант подавил вздох и подошёл к окну. – Откуда же ты свалилась на мою старую голову?
– Ты так стар? – хмыкнула, ощущая, как боль и смятение отступают. Наверное, рядом с волком мне и правда спокойнее…
– Да уж… – отозвался он, глядя на то, как светает на улице.
Обхватила колени руками и уткнулась в них подбородком.
– Не уверена, что вообще из этого мира… я шла с занятий и провалилась в люк. Банально?
Хант повернулся, глядя на меня нечитаемым взглядом. Покачал головой и приблизился.
– Этим многое объясняет… – пробормотал тихо и закутал меня в одеяло, что я даже пискнуть не успела. – До рассвета ещё пару часов, а потом нужно собираться. Можешь поспать немного.
– Не уверена, что засну, – прошептала, крутясь в своём одеяльном коконе.
– Я могу уйти, а могу остаться…
– А можешь нарычать, – засмеялась в ответ, а сердце больно сжалось. Не хочу возвращаться в кошмар, но и быть слабой не хочу. Не хочу зависеть от кого-то.
– Я справлюсь, – шепчу не очень-то уверенно.
Волк кивает и поднимается, принимая моё решение. Закрываю за ним дверь и плетусь в ванную. Не хочу себе признаваться, но я боюсь снова оказаться в том кошмаре…
Утром Эленья приносит завтрак, а я зеваю, сидя за столом и бездумно пялюсь в окно.
– Госпожа, вам плохо?
Моргнула и села ровно.
– Скажи… в этом замке есть фортепиано?
Эленья удивлённо вскинула брови.
– Госпожа умеет играть?
– Немного, – отозвалась уклончиво и притянула к себе чашку.
– Есть музыкальная комната, – добродушно улыбнулась она и добавила: – Госпожа такая талантливая…
– Приходи вечером заниматься, – напоминаю и откусываю кусок пирога. – Можешь ещё кого-нибудь взять, кто тоже хочет научиться читать.
Эленья вскинула голову, а её глаза радостно загорелись.
– Правда могу?!
– Правда, – усмехнулась и сделала глоток бодрящего кофе. Ум-м… Сай экспериментирует. Молодец.
В покои вошёл Раир и поклонился.
– Мисс Алина. Карета подана.
– Ясно, – прихватила с собой яблоко и поторопилась…
Хант занимал всё сиденье, развалившись.
– Я плохо спал, – недовольно произнёс он и указал на противоположное сиденье. – Поэтому будь послушной и сиди тихо.
Пожала плечами и забралась в карету.
Хант проводил меня украдкой взглядом и сел ровно.
– Почему ты в этом? Где платье, которое я купил?
Удивлённо приподняла брови, всем видом показывая, что не в курсе.
– Раир… – Хант тихо заскрипел зубами. – Ни на кого положиться нельзя.
– Так плохо выгляжу? – спросила и повернулась к окошку, которое прикрывала коричневая шторка.
– Нет, – чувствую на себе его пронзительный взгляд и мурашки по коже. Но хуже другое, стоило мне оказаться рядом, как отступила грусть, как моё настроение улучшилось, хотя ещё пять минут назад я проклинала весь мир и едва могла справиться с чувствами, что выедали душу.
– Ты плакала? – волк протянул руку и коснулся моего лица. – Глаза красные.
– Нет… – дёрнула подборок и усмехнулся. – Лук всё утро резала. Мог бы и помочь.
– Язвишь?.. значит, всё в порядке, – удовлетворённо заключил он и откинулся на спинку кресла. – Можешь поспать, ехать долго.
– Здесь неудобно, – поморщилась в ответ, уже думая об этом.
Волк вздохнул, а в следующую секунду я уже лежала у него на коленях.
– Ноги подожми, – ровно велел он, укладывая мою голову. – Так лучше?
– Не хочу тобой пользоваться, – проворчала в ответ, устраиваясь поудобнее. – Но отказываться не стану, так и знай.
Хант усмехнулся и положил свою горячую ладонь мне на плечо.
– С кем ты жила… ну, в своём мире? Чем занималась?
– О-о… – обескураженно протянула в ответ. Не думала, что его будут волновать подобные вещи.
Пришлось рассказывать. И о том, что жила с мамой одна, что она много работала, и о том, что училась на театральном факультете, а ещё играла в небольшой смешанной группе. Волк и половины не понял из моих слов, но понял главное.