— Ты сильно на меня злишься? — Тихо спросила Каяна, привлекая к себе внимание.
Я без слов залезла к ней на кровать и обняла ее за плечи.
— Я вообще на тебя не злюсь. Хочу чтобы ты понимала, что мне не важно, кем ты родилась, кто твои родители и все остальное. Ты, Элина, Мия, Рис и мама — единственные близкие для меня в этом мире. И мое отношение к вам не изменится, как бы вас не звали в прошлом, настоящем или в будущем. Понимаешь?
Каяна всхлипнула и уткнулась лицом мне в плечо, уже рыдая навзрыд. Дав ей успокоиться, я подала ей ещё одну кружку, чтобы она смогла напиться. То ли после отравления, то ли из-за выплеснутых в плаче эмоций, но пить она хотела очень сильно.
— Мой отец…
— Я знаю, Каяна. Я невольно подслушала твой разговор ночью. И с повелителем нагов, и с Саргусом.
— Осуждаешь? — Волнуясь, спросила она. — Ведь Мия, своих бывших так и не приняла, даже говорить с ними отказалась, а я…
— А что ты? — Влезла в разговор Мия. — Давай, я расскажу тебе почему я не стала слушать бывших, и почему не дала бы им и шанса, чтобы приблизиться ко мне? Скажи, ты, когда-нибудь пила зелья нагов?
— Пила. Саргус заставлял пить. Такое, вяжущее рот, которым они своих раненных отпаивают. И когда Рис начал болеть в последний год, когда его травили, а мы ничего не могли сделать, успокоительным.
— И как? Какие были ощущения? — Мия присела на край кровати.
— После восстанавливающего, чувствовала себя сильной, даже молока приходило больше. А от успокоительного, прекращалась даже самая сильная истерика моментально. Я бы и сейчас не отказалась, такой ясной головы и четких мыслей как после него у меня не было никогда. — Вспоминала Каяна.
— А теперь представь, как действовали зелья, разработанные специально для нагов на самих нагов. Ты извини, что я об этом напоминаю, но хочу, чтобы ты понимала. Это невозможно контролировать. Разум отключается, сила воли исчезает. Остаётся только одна мысль, одно желание. Я могу тебе подробнейшим образом рассказать, как действует то зелье, что вызывает похоть, и которым поили втихую нагов. Знаешь, я б на месте повелителя, не носилась бы теперь с человечками, как с даром богов, уговаривая и убеждая. Я бы просто напоила каждую смесью этих зелий, вызывающих ярость и похоть, и заперла бы на сутки в комнате с мужьями. Сразу бы по-другому на это посмотрели. Поверь.
Мы с удивлением вытаращились на Мию. Вот уж от кого, но от нее высказываний в защиту нагов никто не ждал. Тем более таких высказываний. А она между тем продолжала.
— И не смотрите так! Вы бы сильно удивились самим себе на утро! Я испытала на себе только одно. Но осуждать нагов, что под воздействием этих зелий причиняли вред женам, не могу. Именно за это, нет! А вот огненные в храм не ходили, понимаешь? И не набрасывались в неконтролируемой ярости, которую невозможно удержать, когда себя не осознаешь, когда за тебя действует отрава, что овладела твоим телом. Нет. Они издевались, не торопясь, получая от этого удовольствие. Смотрели, как я пытаюсь удержать себя, или загибаюсь от боли после их дряни, и радовались моему унижению. Чувствуешь разницу? Когда причиняют вред, но не осознают себя, или когда это один из способов получения удовольствия. Именно поэтому, я ни разу не согласилась их выслушать или, не приведите все боги этого мира, остаться с ними наедине.
— Мия, там, в лагере мародёров, эти змеи, умирая, переживали за тебя. За то, что их ошибка дорого обойдется тебе. — Я не могла промолчать и не сказать о тех словах.
— Так я и не говорю, что я была им безразлична, и они не хотели меня вернуть. Или что лично вот они готовы были делиться своей личной игрушкой с другими. Нет. Они даже по-своему заботились обо мне. По крайней мере, лекаря вызывали вовремя. — Мия невесело усмехнулась.
Мне начинало не нравится то направление, на которое свернул разговор. Создавалось впечатление, что мы усиленно сватаем Каяне её же бывших. Словно никакого другого выбора нет вообще! Что-то ни Элина, ни Мия надолго вольными пташками, после разрыва брачных связей, не остались.
Элину сграбастал себе орк, который ходил за ней неотступно, хоть и в волчьей шкуре. Как вытянуть его обратно, мы пока так и не поняли. А Мия сегодня выходит замуж. Она, в отличие от меня, идею с несколькими мужьями странной не считает. Порхает счастливой птахой вокруг эльфов, всё ещё смущается рядом с барсом, но абсолютно не боится. Да и по поводу бывших не переживает, считая, что те получили, справедливую расплату.
Миалия произнесла потрясающе верную фразу. Смысл переживать о прошлом, если оно уже прошлое. Она его пережила и перешагнула. Её ждали любящие мужчины, свой дом, где она будет хозяйкой. И я надеялась, что ещё очень долгая и счастливая жизнь.
Чего не скажешь пока о Каяне, которая очень тщательно все взвешивала, обдумывала и только потом, принимала решение. И сейчас она тоже, о чем-то размышляла.
Тишину в комнате нарушил стук в дверь. После разрешения, в комнату заполз Кайр. Жрец был раздражён, но пытался удержать лицо, что у него не очень хорошо получалось.
— Ваш бывший старший муж сказал, что вы знаете, что это и согласились от него это принять. — Белый с громким стуком поставил на стол несколько деревянных коробок, которые принес.
Каяна нахмурилась, но видимо вспомнила свое ночное обещание принять подарок от Сайруса и кивнула.
— Вы позволите осмотреть вас? Все-таки отравление, хоть и не сильное. У его высочества кардинальный способ успокаивать. — Обратился жрец к Каяне.
— Зато действенный — улыбнулась девушка. — Осмотрите, если считаете нужным, но Элина уже неоднократно меня проверяла.
— А вот после того, как ты пришла в себя ещё не успела, да и наверняка, наг лучше заметит, если что пойдет не так, после яда другого нага. — Вдруг сказала Элина и отвернулась к столу, хотя я успела заметить её хитрую улыбку.
Так-так-так… Значит, взгляды жреца на Каяну заметила не только я. Да и относились мы к бывшим Каяны предвзято. То ли потому, что не знали всех подробностей замужества Каяны, то ли потому что не хотели знать, а то немногое, что было известно, приводило к совсем нелицеприятным выводам.
Ярл, пользуясь тем, что находится за спиной белого нага, толкнул локтем в бок Риса и кивнул тому в сторону жреца. Рис в ответ ухмыльнулся и развел руками. Но вслух, максимально серьёзным тоном обратился к самому жрецу.
— Кайр, вы только как можно внимательнее осмотрите маму. А то и магия неожиданно проснулась, да с таким всплеском, и отравление, да ещё на фоне недавнего подарка богини. — Так как я сидела на кровати рядом с Каяной, я прекрасно видела, что удерживать серьёзное выражение лица Наарису все сложнее.
Но жрец, тем не менее, принимал его слова за чистую монету. Хотя мне и Мие было заметно, каких усилий ему стоит сохранять спокойствие. Однако Каяна поняла это по-своему. И вот за это "по — своему" почему-то захотелось накрутить хвосты ее муженькам.
— Спасибо за заботу и внимание, но если вам неприятно ко мне прикасаться, то не стоит себя неволить. — Проговорила эта дурында, рассматривая свои сжатые на коленях ладони.
Поэтому и не видела широко распахнувшихся от недоумения и возмущения, вызванного её словами, глаз. Сжавшихся до проявления желваков челюстей и дрожащих от волнения ноздрей.
— Каяна, я понимаю, что не удивлю вас своими словами, но вы редчайшее сочетание необыкновенной красоты и удивительного характера. Вы очень мягкая, теплая и умная самочка. Нормальному самцу не может быть неприятно прикасаться к вам, поверьте. — Наг вытянулся перед девушкой и сжал кулаки.
Удивлённая Каяна вскинула голову, резко подняв лицо вверх. А вот жрец наоборот, резко наклонился к ней и поцеловал, а потом стремительно направился на выход, не оборачиваясь.
— Стоять! — рявкнула я так, что на меня с удивлением посмотрели все сразу. Но продолжила я, куда более, мягким тоном. — Вы, кажется, забыли осмотреть Каяну. А как недавно упоминалось, у Элины не хватит опыта заметить, если будут какие-то осложнения от яда нага.
Жрец разворачивался очень медленно. Взрослый мужик, а покраснел, как девушка от первого комплемента.
— " Ребёнок, а ты у меня жестооокая — рассмеялась Алиена. — Мне даже интересно, как он её сердцебиение от своего отделять будет. Ты за что на него так обозлилась? Все не забыла допущенной им двусмысленности насчёт твоих отношений с мужьями?
— Нет, мам, так само случилось.
— Ну, да конечно. Судя по его лицу и дрожащим рукам, единственное, что он хочет, это уволочь Каяну в какую-нибудь пещеру и прописать ей строго постельный режим"! — продолжала забавляться Алиена.
А между тем, действительно, пальцы нага, выдавали его волнение с головой. Сейчас он, наверное, пытался прощупать те места, где должны были располагаться лимфоузлы, что бы проверить, не увеличились ли они от яда. Но было больше похоже, что он старался украдкой погладить шейку девушки.
— Всё хорошо, побольше питья, после укуса ядовитых нагов жажда очень сильная и…и все хорошо! — Белый жрец с облегчением сбежал из комнаты.
— Ну, а что? — Толкнул в плечо Риса ядовитый Ярл. — Хороший род, при этом жилье и состояние у него свое, долгов перед родом и кланом нет. Не женат и никогда не был. Да и фигура он очень значимая. Про то, что он один из сильнейших воинов, говорить не буду, сам понимаешь.
— Так он и так опекуном и защитником вызвался быть. — Рис мягко улыбался энергично размахивающему руками мальчишке, с которым нашли столько общих интересов.
Но наследник нагаата останавливаться на достигнутом не собирался, шустро заполз на кровать, подвинув Мию.
— Тетя Каяна! Берите белого себе! Он Вас ото всех защитит. Его даже раньше нагини боялись, ни одна даже в мыслях шипеть не осмелится. А то, что он страшный со всеми этими шрамами и глаза нет… Ну, вы не смотрите на него с той стороны. И всё!
— Ярл, ты ошибаешься. Кайр очень красивый и сильный мужчина. И его шрамы, это знаки его доблести. Понимаешь? — Каяна отвечала мальчику спокойно, но румянец на щеках показывал, что внимание жреца ей приятно.