- Ты тоже самое чувствуешь по отношению к сестре? - тихо спросил Варес.
- С первого взгляда. - Не задумываясь, ответил Рейгар. – Я тогда после арен, полудохлый валялся на земле, а она вышла из портала...
- А я думала, что ты тогда был в беспамятстве. - Не стала скрывать своего присутствия я.
- Моя звёздочка. Я даже имени твоего не знал. Думал, что тебя зовут "Сияние". - Улыбаясь, прижал меня к себе Рей. - Моё сияние.
Мы оба словно забыли о присутствии Вареса. Пальцы мужа нежно погладили меня по щекам, скользнули по шее, и замерли на следах от укуса в момент подтверждения привязки.
- Смотришь на вас, и аж зависть берёт. Всё время рядом, и не раздражаетесь от постоянного присутствия друг друга. Вы, как связаны всё равно. - Поделился своим наблюдением Варес.
- Мало связаны. Всего лишь браслет отбора и пара укусов. Я хотел бы опутаться всеми клятвами, что только есть в этом мире, каждую принести тебе, как принёс свое сердце и душу. Хочу быть твоим каждой каплей своей крови, Звёздочка. - Рей шептал почти мне в губы, заставляя мою собственную кровь бежать быстрее.
- У вас минут пятнадцать, не больше. - Ворчал Варес, выходя из беседки и оставляя нас с мужем наедине.
Мне показалось, что ещё и половины отведённого нам времени не прошло, как нас начали звать. Отрываться от Рейгара было тяжело, тем более, что сам Рей явно не спешил разжимать руки и выпускать меня из объятий. Возле кухни нас встречала ухмыляющаяся Лисан.
- Что такое? Опять над Варесом потешались? - полюбопытствовала я.
- Ну, а как ещё? Он поднялся в башню, потому, что мужчины решили, что там надёжнее всего. При этом ему никто не говорил, что мы туда пошли, а он пришел, словно по запаху. Сам все обошёл и проверил, добавил к охране нескольких своих оборотней. Но самый эпичный момент был, когда он выкинул всю постель, и постелил новую, лично её проверив, чуть ли не на нюх. Это хорошо, что пока проверяли замок, Терин нашёл все необходимое. - С горящими глазами рассказывала Лисан. - Но самое главное! Лорд Варлах, сам! Представь только! Сам застелил Белли кровать, уложил её и укутал одеялом. Прям такой мишка-мишка!
- Проявляет заботу, - развела руками я и замолчала, увидев, как из кухни выходят Рианна и Дерек с глубокими тарелками, больше напоминающими небольшие тазики
- Что это? - я с удивлением рассматривала содержимое тарелок, фарш и яйца.
- Мы сейчас же пойдем в пещеры под замком. - Объясняла, немного волнуясь Рианна. - И будем проходить мимо пещеры, где меня наказывали... А муж Лисан мне тогда сказал, что я змей прикормила, что они меня защищали... И их же никто не кормил, и я вот решила, что раз так получилось, то надо отнести им покушать и навестить. Они же тоже живые.
- Ты же боишься змей. - Напомнил Рей.
- Они-то не виноваты и, оказывается, просто искали тепла. Это я после рассказа мачехи боялась. - Ответила Рианна.
Конечно, я не смогла не посмотреть, как Рианна будет кормить змей, которых боялась до паники. Чуть помедлив, Ри свернула в узкий коридор, отходящий от основного. Несколько длинных спусков и мы остановились перед тяжёлой, обитой железными полосами дверью.
Стоило переступить через высокий порог, как под высоким сводом пещеры зажглись сразу несколько светляков. Не очень ярких, но их света оказалось достаточно, чтобы заметить, как на дрожащий голос Рианны ползли тёмные пещерные змеи. Но мне казалось, что в их шипении, нет ни угрозы, ни предупреждения.
За считанные секунды небольшой каменный островок покрылся блестящими чешуйчатыми телами. Рианна какими-то рванными, скованными движениями начала раскладывать фарш и разломанные отварные яйца. Змеи с удовольствием принимали пищу и отползали к Рианне, чтобы как можно ближе прижаться, проскользнуть вдоль руки или ноги.
Валдес опустившийся рядом с женой на колени, аккуратно поглаживая змей по головкам и узким спинкам, убеждая Рианну, что ничего страшного здесь нет. Девушка протянула заметно дрожащую руку к одной, словно замершей змее, и по примеру Валдеса погладила её. Следом к выставленной ладони стали подползать и остальные.
Выходя из пещеры для наказаний, Рианна улыбалась. И хотя её ещё потряхивало от только что совершенного поступка, она уверенно шла вперёд, ведя всех за собой. И в её походке, в том, как она себя держала сейчас, в этой немного сумасшедшей улыбке, словно появилась какая-то уверенность.
И она сохранялась ровно до того момента, как подойдя к очередному ответвлению, Терин не нашёл первый из глушащих артефактов.
Глава 44.
Стоило только Терину подать знак, как я, Рианна и Лисан, оказались со всех сторон окружённые мужчинами. Внимательные и заботливые мужья исчезли, уступив место воинам. Гвардейцы рассредоточились по проходу, максимально приготовившись к возможному нападению.
Маги, идущие впереди, во главе с Терином, один за другим обнаруживали артефакты, помогавшие скрывать пленников. Даже мы, прекрасно знавшие после допроса Мортье о рабах, и то, постоянно ощущали их воздействие. Но с каждым уничтоженным артефактом, идти вперёд становилось легче и проще. В конце мы уже отчётливо слышали голоса.
Рианна обратила на себя внимание, потянув Валдеса за локоть, и молча указав на почти незаметный поворот. Заметивший эти переглядывания Терин, подошёл и внимательно посмотрел девушке в глаза. Рианна так старательно пыталась мысленно что-то объяснить, что ещё и беззвучно, одними губами, повторяла свои мысли.
Терин кивнул и показал, почему-то Валдесу, большой палец вверх, сверкнув на мгновение широкой улыбкой. Сам Терин и с десяток воинов отделились от общей группы и исчезли в том самом проходе, на который указала Ри.
Воины, идущие впереди нас, активировали собственные артефакты, дающие на несколько минут возможность быть не замеченными. Огромная каверна, какие я только в нагаате и у дроу и видела, была почти полностью заставлена клетками. Некоторые были пустыми, но абсолютное большинство было заполнено пленниками.
Кто-то безучастно смотрел в никуда, чьи-то глаза горели огнём непримиримого сопротивления, многие просто лежали, сжавшись в самом дальнем углу своих клеток. Осматривая клетки из-за спин мужчин, пока ещё действовала невидимость, и воины ждали знака от Терина, я почувствовала, что воздуха для вдоха не хватает. Словно я получила сильный удар поддых.
Молодая нагиня, едва ли старше меня, с чешуей красного цвета, старалась просунуть руку как можно дальше сквозь прутья своей и чужой клетки. Она старалась дотянуться до сильно израненного нага, не замечая, что обдирает кожу на руке и плече до крови. Каждый раз, когда ей это удавалось, я ощущала, как она выплескивает свою собственную силу, подлечивая нага.
Нагиня с целительским даром, но не обученная, от слова совсем. Потому что даже силу толком передать она не могла, выплескивая слишком большой объём, а нагу доставались крохи.
Мне хотелось рвануть к этим клеткам, начать срывать замки, но сжав кулаки, я сдерживала себя. Артефакты, которые мы поломали, сделали свое дело. Они скрывали не только пещеры с рабами от нас, но и то, что происходит на поверхности, от тех, кто стерёг пленников. Поэтому, сейчас я стояла и ждала, когда в эту же пещеру, но с другой стороны проникнет Терин и его отряд.
В этот момент один из охранников тоже заметил, что красная змейка пытается подлечить раненного нага. Он медленно поднялся от костра, рядом с которым грелся, вытянул длинный железный прут с рукояткой, которым ворошил угли, и, стараясь ничем не выдать своего приближения, буквально переместился к клетке с нагиней.
Вот только что он был у костра, и вот, практически мгновенно, с размаху втыкает раскалённый прут в хвост не заметившей его приближения нагини. Появившаяся на лице бандита злобная гримаса, изуродовала и так отвратительную внешность. Он знал, какую боль причиняет, и это знание явно доставляло ему удовольствие. Он собирался провернуть прут в ране, но не успел.
Крик боли, который не сдержала нагиня, словно стал сигналом для нападения. Стоять и смотреть, какая ещё мерзость придёт в голову бандиту, никто не смог. Да и не хотел. Сразу несколько клинков пробили тело этой гнуси, обрывая и все его замыслы, и саму жизнь.
Охранники не сразу поняли, что происходит, а времени для того, чтобы разобраться им никто не предоставил. Взбешённые увиденным воины, без всяких проволочек нападали на бандитов, не считаясь даже с тем, что кто-то из охраны сейчас спал. Больше они никогда не проснулись.
У многих наших бойцов оказались амулеты "Кокона безмолвия", которые придумал и создал сам Терин. На тех из бандитов, кто пытался командовать и организовать отпор, их затягивали, как удавку. Охранники под действием этого амулета мгновенно застывали, словно превращались в статую. Ни ментально, ни каким любым другим способом, никто кроме самого Терина, не мог дозваться или достучаться до того, на кого надели активный амулет. И избавить от него тоже.
Услышав, полный боли женский крик, сам Терин ураганом пронёсся по пещере, в мгновение оказываясь рядом. С его клинков капала кровь, что без всяких слов говорило, что на том пути не многие уцелели. Искры безумия вспыхнули в его глазах.
Слишком поздно я поняла, что Терин сейчас не здесь и не с нами. Клетки, работорговцы, девушка... Всё это словно вернуло его в тот день, когда он не успел спасти ту, с кем собирался связать свою жизнь.
Я не могла подойти к клетке с нагиней, потому что возле неё кипел бой, бандиты справедливо посчитали, что именно отсюда идёт нападение и сосредоточились именно тут. Терин убрал короткий клинок в ножны, оставив только любимый полуторник, и зубами сорвал с левой руки перчатку. Я забыла не то, что следить за происходящим, но и дышать.
То, что сейчас делал Леройд означало только одно. Он переступал собственное правило, не использовать в бою ментальную магию, так как в горячке боя, можно было и своих задеть и пленных для допроса не оставить.
Терин врубился в строй врагов со спины. Кого-то просто рубил, кого-то протыкал. Те, кто на свою беду оказывались от него на расстоянии вытянутой руки, погибали от того, что получали через прикосновение сгусток "ментального пламени", заклинания, просто выжигающего мозг.