— Гм… и как она работает?
— Ставишь на землю, включаешь, оно начинает стучать и чуть-ли не через несколько минут из земли появляется пасть крота. Они эти штуки страшно не любят. Проглатывают их, как только доберутся. А ползают они под землей быстро, человек так бегать не умеет.
— Ага… — в размышлениях я заходил туда-сюда по полянке. — А если…
Мы поставили треногу. Ира нажала выключатель и поршень начал бить по земле, причем в каком-то странном ритме, делая то длинные паузы между ударами, то выстреливая их несколько за пару секунд.
Вплотную к треноге я положил тело некроманта. На всякий случай даже калачиком его свернул вокруг механизма.
Мы отошли настолько далеко, насколько можно, чтобы не потерять их из вида.
Ожидание было томительным, но через полчаса ноги почувствовали легкую вибрацию, участок земли под телом и механизмом заходил ходуном, а потом они провалились, будто утонули в воде, и наружу показалась чудовищная кротовья морда, из пасти которой торчали ноги некроманта. Крот высунулся из земли, как акула из моря, и тут же нырнул обратно, с шумом и треском.
Все, нет ни Михаила, ни его вещей, ни вызывающей кротов машинки. Одна пробоина в поверхности земли, да и та уже полузасыпанная.
Пусть теперь все желающие ищут его. Даже если каким-то чудом выловят крота, понять, как некромант попал к нему в желудок, будет невозможно.
Мы обошли станцию с другой стороны и стали поодаль от перрона, спрятавшись за деревьями — а то вдруг кто-то решит проверить, что за шум. Но никто не явился. Зомби-жители некромантской деревни мирно спали и улыбались во сне.
Скоро появился поезд. Ира поцеловала меня и побежала к открытым дверям вагона. Я постоял еще немного, дождался отправления и не спеша побрел обратно в гостиницу.
В домике не было никого, я благополучно вернулся к себе и завалился на кровать. Спалось, к удивлению, хорошо.
И утром в гостинице никто не появился. Я проснулся, умылся, позавтракал запасенной в сумке едой и спокойно отправился дальше.
Путь мой лежал через всю деревню, к лесу за ней. Идти было немного жутковато. Людей мне встретились десятки, и у каждого на лице знакомая улыбка. У кого-то сильнее выражена, у кого-то слабее, но улыбаются все.
Просто кошмар. Но что я могу поделать. К тому же им нравится. И домики красивые, ухоженные.
Вот и конец деревни, за ней — тропинка. Старая, почти заросшая. Никто по ней не ходит. Вот и хорошо. Пойду я. Она доведет меня до реки, а там отправлюсь берегом и около ориентира (огромного камня), найду жилище алхимика. Как оно выглядит — не знаю, но множества домов там точно не будет, так что разберусь.
Я оглянулся на деревню, облегченно вздохнул от того, что наконец из нее убрался, и зашагал по тропинке.
Солнышко проглядывало сквозь кроны деревьев пели птички… Настроение заметно улучшилось.
А что это за топот позади?
Глава 7
…Пятеро мужиков в возрасте от тридцати до сорока. Крепкие, высокие, широкоплечие. Все, как один, с бородами разной длины. И все улыбаются той самой улыбкой, которой самое место в ночных кошмарах.
Что же им от меня надо?
— Здравствуйте, — сказал, судя по самой густой бороде, старший из них и слегка поклонился. Остальные вслед за ним тоже поздоровались и поклонились.
— Вы же ночевали в гостинице, да? — спросил старший.
— Ночевал, а что?
— Там девушка была… заведовала всем…
— Была. Точно помню, была. А ко мне это имеет какое отношение? Кто вы вообще такие? Почему спрашиваете меня о каких-то девушках?
— Не сердитесь барин… мы тут это… того… на охрану нас наши господа поставили! Следить за порядком! Мы и следим… пропала куда-то девушка из гостиницы. Вот мы и интересуемся — не знаете ли куда?
— Понятия не имею, куда она пропала и пропадала ли она вообще. Я пришел, заплатил деньги за ночевку, а утром пошел по своим делам. Девушки с вашей деревни меня не интересуют, у меня жена есть. Так что идите своей дорогой, а я — своей.
— Нет, так не получится, — сильнее заулыбался старший, — мы должны проверить ваши документики и доставить вас нашему барину, а он пусть решает, что делать дальше. Не серчайте, такие правила. На всякий случай мы еще свяжем вас. Беспокоиться не надо, веревка у нас с собой.
Он достал из кармана моток веревки и показал мне. Наверное, чтобы я сильно не переживал. Но я переживать и не думал. А вот разозлился очень сильно.
— Бегом отсюда, придурки, — сказал я. — Иначе вам очень повезет, если останетесь живы.
Но они отсюда не побежали.
Они переглянулись и побежали на меня.
Впереди несся главный — тот, который со мной разговаривал. Просто так бежал, даже не поднанимая рук для защиты.
Я решил повременить с заклинаниями и не доставать лежащий в кобуре револьвер. Вместо этого я сделал шаг левой ногой вперед, навстречу их главарю, и ударил его правым локтем.
Удар получился кошмарный. Локтем по физиономии вообще очень больно, а тут этот тип еще и бежал навстречу. Получилось, что он с разбега будто налетел мордой на столб, только еще хуже, потому что столб тоже быстро двигался.
Зубы и кровь полетели россыпью. А их бывший обладатель никуда не полетел, он осел на землю мешком с картошкой и лишился чувств.
Но его коллег такое развитие событий не остановило. Второй мужик, помоложе первого и не такой бородатый, махнул в меня кулаком. Я нырнул по руку, проскочил вбок, и, выпрямляясь, воткнул кулак ему в солнечное сплетение. Дядя свалился на четвереньки, безуспешно пытаясь схватить ртом воздух.
Трое оставшихся на ногах, увидев то, что произошло, резко поумнели, и решили окружить меня, и только потом напасть. Троих сразу он ударить не сможет, по всей видимости, рассуждали они.
Но я дожидаться их не стал и сам напал на ближайшего. Точнее, не совсем напал, просто шагнул к нему и схватил за запястье левой руки, немного вытянутой вперед. Двое его друзей решили, что их время настало, и кинулись ко мне.
Этого я и добивался.
Тот, кто бежал со спины, получил ногой в рожу прям как в китайских боевиках. Не знал он, что так можно бить, за это и поплатился. Второго ударить я не успел, поэтому он все-таки вцепился в меня, но счастье оказалось недолгим — я швырнул его на землю броском «через бедро» и добил футбольным ударом по голове.
Остался последний. Самым разумным для него в этой ситуации было бы убежать, но он не стал искать легких путей, а пошел на меня с размашистыми ударами.
От первого удара я отпрыгнул, а от второго немного уклонился назад, чтобы вражеская рука не добралась до меня совсем чуть-чуть, и сразу ударил кулаком в подбородок. Не слишком сильно, но этого хватило, чтобы наглухо отключить крестьянина.
Я перевел дух. В принципе, получилось идеально. То, что я владею магией, удалось скрыть. Напала группа колхозников на неизвестного боксера и получила звездюлей — такое бывает.
Теперь надо как-то сделать, чтобы они, очухавшись, не организовали погоню. Большой толпой, с огнестрелом, по уму, то есть. Этого мне точно не нужно.
Решение оказалось простым.
Я связал их предназначенной для меня веревкой по рукам и ногам, а также разорвал рубаху одного из них и запихал им кляпы.
Погибнуть они не погибнут, потому что смогут ползти, а до деревни недалеко. Побитые, ободранные, но доберутся. А я к тому времени буду уже слишком далеко, и, может быть, даже проделаю часть пути вплавь, чтобы окончательно запутать следы.
На словах было все гладко, но шагом я пошел быстрым, и оглядывался часто. Мало ли что! Может, эту пятерку хватятся через минуту. Прибегут другие такие же, разрежут веревки, вытащат кляпы, узнают, что к чему, и помчатся рысью в погоню. Все может быть.
Единственное, что меня порадовало после случившегося мордобойства, так это то, что кошмарные улыбки с бородатых рож послетали. Вернулись граждане с небес на землю, пусть через пинки и удары по физиономии.
Тропинка вышла к реке и закончилась. На другой берег когда-то был проложен мост, но сейчас он сгнил и разрушился. На противоположную сторону реки селянам было не нужно. Мне, кстати, тоже. Но на всякий случай как-то надо замести следы.
Поэтому я разделся, смотал все вещи в узел и поплыл, подгребая одной рукой, а второй держа вещи над поверхностью. Плавать так не слишком легко, но я человек тренированный, и километр-другой одолеть даже этим способом для меня не проблема.
Гипотетически, если за мной устроят погоню, то могут пойти с собаками и по одному берегу, и по второму, чтобы найти место, где вылез, но я надеялся, что до такого дело не дойдет. А если дойдет, то у меня есть магия и револьвер с тридцатью патронами. Мало не покажется никому.
Я нашел на берегу место покаменистей, и вылез, наступая на прибрежные булыжники, чтоб не оставлять следов хотя бы рядом с водой. Допрыгал по камням до леса, оделся и возобновил свой путь к неведомому алхимику.
Идти было легко. Лес сосновый, без ям и буреломов. Такая благодать, и некромантам в ведение досталась. Неправильно это как-то. Хотя какой в каком тут клане хорошие люди? Ни в каком, наверное. Одни бандиты и интриганы. Дерутся за власть, не разбирая способов. Может, «воздушный» клан не такой, но с его людьми я пока не общался. Хотя слышал, что они очень высокомерные.
Я шел до вечера, но камня, который мне описывал Виктор, так и не встретил. И никаких домиков, в которых мог бы поселиться одинокий алхимик-отшельник.
Теперь надо как-то переночевать. Вопрос, как. Дикого зверья живьем в лесу я пока не встретил, но следы наблюдал во множестве. И большие, и маленькие, и очень большие, и настолько огромные, что даже оторопь брала. Некоторые — следы копыт, а некоторые — с когтями. Так что надо соблюдать меры предосторожности.
Что же делать, развести костер? Но огонь виден в ночном лесу очень далеко. Поэтому осталось только одно — залезть на дерево, там обвязать себя веревкой и попробовать поспать. Других вариантов нет.