Перевернулась на бок и подложила ладонь под щёку.
Он боится причинить вред, боится быть отвергнутым и… вероятно считает, что нормальный муж, обычный человек, мне бы подошёл больше. Может быть, даже допускает мысль, что однажды мне захочется детей, и я уйду. Поэтому не подпускает близко. Просто не знаю, как ещё объяснить то, что стоит нам хоть немного сблизиться, Дес сражу же увеличивает расстояние. Должна быть причина…
Встала с рассветом. Умылась, оделась и, не завтракая, отправилась в сад. Нужно быть внимательной, чтобы никакие жучки не завелись. Включила лампы, немного опрыскала листья водой и вернулась в особняк.
Приготовила завтрак, как хотелось бы мне, не став беспокоить мужа. Пусть знает, что моё присутствие может нисколько не мешать, что он вправе побыть в уединении, когда захочет. Я не стану навязываться.
Глазунья с зеленью источала приятный, как по мне, аромат. А бутерброд с бужениной и салатом вызывал слюноотделение. Я уплетала, разве что не причмокивая, но протяжный стон удовольствия всё же сдержать не удалось.
– Ешь без меня? – Дестин возник из тумана прямо рядом со столом, но меня уже не удивишь.
Слизала капельку сока с пальца и довольно улыбнулась.
– Да. Но ты можешь поесть мяса, – и указала пальцем на стол, где в тарелке под крышкой, лежала сочная телятина слабой прожарки.
– А каша? – не понял муж, посмотрев на меня как на предателя.
Запихала в рот последний кусочек бутерброда и вытерла пальцы салфеткой.
– Я уважаю твоё решение держать дистанцию, а ты… уважай моё, есть то, что мне хочется. Хотя бы на завтрак, – бросила салфетку на стол, поднялась и направилась к лестнице.
… спину прожигал пристальный взгляд.
Я пыталась застегнуть платье, когда дверь комнаты тихонько открылась, но проклятые крючки не поддавались. Соскальзывали пальцы.
И кто придумал делать их сбоку? Это вообще нормально так издеваться над женщинами?
– Карета подана, – бесстрастный голос Дестина резанул слух, заставив вздрогнуть от неожиданности и тихо выругаться.
Придержала лиф платья рукой и натянуто улыбнулась.
– Хорошо, дай мне пять минут, пожалуйста.
Дестин не двинулся с места. Так и стояли. Я недоумённо смотрела на него, он нечитаемым взглядом на меня.
– Если бы ты поделилась завтраком, возможно бы влезла в это в платье.
– Что?! – воскликнула изумлённо и возмущённо выдохнула. – Да я… да, между прочим, это ты… да твои перепады настроения… – я не могла связно мыслить, не то что говорить.
Снисходительная улыбка коснулась его губ, но янтарные глаза остались серьёзными.
– Если извинишься за утро, я помогу, и мы сэкономим время.
– Извинишься? – думала, глаз задёргается. – Я ничего не сделала!
– Ладно, – хмыкнул он и развернулся, собираясь уходить.
– Замечательно! Просто надену другое, – обворожительно улыбнулась его широкой спине и спустила платье до самой талии, как раз в тот момент, когда этот… гм… несносный муж решил повернуться обратно.
… немая пауза, спустя которую, я залилась краской стыда, и стала похожа на спелый помидор. А Дестин ничего… хладнокровно пересёк комнату, рывком натянул платье и ловко стал застёгивать крючки.
Недоумённо захлопала глазами, наблюдая как на вечно застывшем лице мужа одна эмоция сменяет другую. Настоящий хоровод чувств…
– Мне слишком хорошо с тобой. Я привыкаю… – глухо признался он, яростно расправляясь с застёжками.
– Я… – голос предательски дрогнул. – Я тоже.
Дестин поднял взгляд, гипнотизируя своим и, прерывисто выдохнув, отошёл.
– Больше не завтракай одна.
– А ты не запугивай, – парировала в ответ.
Дестин плотно сжал губы и, видно, что нехотя, кивнул.
– Бери сумку и пойдём. Карета вечно ждать не станет, – спрятал руки за спину и отошёл к двери, будто намеренно держась от меня подальше.
– Почему мы поедем на карете, а не как обычно? – слегка удивилась, собирая со стола свои вещи, которые могут пригодиться, в сумку. – Мы полдня будем ехать, а вернёмся только ночью, не проще ли переместиться?
– Часто нельзя, – Дестин отрицательно качнул головой. – Опасно. Для тебя…
– Ладно, – приняла информацию как факт и взяла с вешалки шаль. – Кстати, а где мой блокнот? Не хочешь мне его вернуть?
Дестин деланно задумался и полез за пазуху песочного цвета камзола. Достал блокнот и на моих глазах вырвал лист с моим рисунком. Та самая карикатура, что я нарисовала в первую нашу совместную поездку.
– Ты что… делаешь… – закончила непонимающе, наблюдая, как муж складывает рисунок и снова прячет за пазуху.
– Вот, – беспечно протянул блокнот и вышел, оставив меня хлопать глазами ему вслед.
Карета тронулась, качнувшись, а я несильно стукнулась затылком о заднюю стенку и, поморщившись, вздохнула.
– Ехать так долго… Точно переместиться нельзя?
Дестин вопросительно вскинул бровь.
– Настолько не боишься?
Задумчиво возвела глаза к потолку и мотнула головой.
– Боюсь. Но не настолько.
С губ Дестина сорвался смешок.
– Я уже объяснял, почему нельзя. Наберись терпения. Можешь… поспать.
– Неудобно, – отозвалась со вздохом и посмотрела в окно.
Дестин подвинулся и многозначительно указал на место рядом с собой.
– Ты можешь опереться на меня…
– Правда? – немало удивилась и взволнованно облизала губы.
– Мы уже спали вместе, так что…
– Не произноси этого вслух! – испуганно воскликнула и, кинувшись вперёд, закрыла ему рот ладонью. – Звучит ужасно пошло… – прошептала, глядя в янтарные глаза и мучительно краснея.
Во взгляде Дестина тлели задорные искорки. Он перехватил мою ладонь и дёрнул меня на себя. Ойкнула и, не удержавшись, повалилась вперёд.
Дестин обнял меня за талию и ловко пересадил рядом с собой.
– Так лучше, – кивнул удовлетворённо и опустил мою голову себе на плечо. – Спи, – приказ будто бы отдал. А сам отвернулся, чтобы я не видела эмоции на его лице. Ну и пусть.
Закрыла глаза, выдохнув, и расслабилась. Путь предстоит долгий…
Я проснулась, когда карета ещё качалась, за окном мелькали деревья, но мужа рядом не было. Заозиралась, даже выглянула из кареты, но возница покачивался на козлах как ни в чём ни бывало.
– Дестин? – позвала тихо, ощущая, как дрожит голос и сердце тревожно забилось в груди.
… в карету просочился туман, касаясь моих ног.
– Я подумал, ты захочешь… есть, – глухо закончил Дестин, непонимающе глядя на меня. – Что случилось? Что с твоим лицом? Ушиблась? Тебе плохо? – отложил на сиденье бумажный пакет из пекарни и, взяв пальцами мою голову за подбородок, повернул на свет. – Где болит?
– Нигде… – тряхнула головой и, рассердившись, шлёпнула его по плечу. – Предупреждай, когда исчезаешь!
Дестин небрежно опустился на сиденье и склонил голову набок.
– Ты просто испугалась за меня?
– Нет, – буркнула и потянулась за пакетом, от которого исходил сумасшедший аромат. – Попить?
– Бутыль с чаем там же, – ответил Дес, не сводя с меня внимательного взора. – Прости.
– Что? – повернулась, опешив, и сразу смутилась. – Ерунда, просто… я правда решила, что что-то случилось.
Он протянул руку и заправил выбившуюся прядь волос мне за ухо.
– Ты такая трогательная…
– Неправда, – деланно сердито дёрнула головой и полезла за булочкой. Самой вкусной булочкой на свете.
Дестин смотрел в окно, изредка поглядывая, как я ем. А я не скрывала наслаждения и вообще, всем была довольна. Запив фруктовым чаем, стряхнула с подола крошки и достала блокнот с карандашом…
– Ты так пристально смотришь, – ровно заметил Дес. – Снова карикатура?
– Нет, – подавила улыбку, сосредоточенно рисуя. – Хочу запечатлеть тебя. На память.
Губы Дестина дрогнули в робкой улыбке.
– Ты такая… – начал он, но резко замолчал и отвёл взгляд.
О чём он думает? Чувство, что усиленно борется с самим с собой и пока выигрывает. Надеюсь, настанет день, когда Дестин впустит меня в своё сердце, потому что я сама… хочу быть к нему ближе…
Когда пересекли город, первым делом попросилась в уборную. С наслаждением выбралась из кареты и подставила лицо солнышку.
– Нам стоит поторопиться с выбором, – вздохнула, переведя взгляд на мужа. – Не хочу возвращаться домой слишком поздно. Мне ещё необходимо погасить в оранжерее лампы.
– Мы можем остаться у твоих родных, – не видя проблемы, произнёс Дестин. – А лампы я погашу сам. Утром вернёмся в особняк и подготовимся к балу. Хотя… можно не тратить время и остаться во дворце.
– А… – изумлённо приоткрыла рот, захлопав глазами. – Это твой коварный план?.. ведь нам снова придётся спать… ну, в одной спальне.
– Ты сама говорила не произносить этого вслух, – насмешливо отозвался он и беспечно направился прямо, вдоль домов и редких лавок…
Сходив в уборную, я смогла наконец сосредоточиться на главном. На платье и туфлях для бала.
– В Нисхельме хоть и много лавок, где продают готовые наряды, но всё же они больше повседневные. Платья для торжества шьют на заказ, но в лавке мадам Дитрих…
– Я не позволю этой сумасшедшей старухе одевать тебя. Точнее, раздевать, – многозначительно произнёс Дес.
– Но так мы будем искать платье вечность! – возразила, догнав его и пристроившись рядом. – В конце концов, мы же сами выбираем и на нашу церемонию бракосочетания нашли подходящее.
Дестин потёр переносицу и устало вздохнул:
– Хорошо.
– Спасибо! – счастливо улыбнулась и звонко чмокнула мужа в щёку.
… это было неожиданно. Не только для Дестина…
– Прости, – тихо выпалила и, опустив голову, поспешила вперёд.
Мадам Дитрих светилась улыбкой при виде нас и заключила меня в объятия.
– Дорогая, – пропела модистка. – Что-то ты бледная? Никак с мужем ребёночка заделали?
Мои глаза удивлённо распахнулись, и я отрицательно затрясла головой, жутко смущаясь.