следствие. Да, кто-то убеждён, что это номенклатура выродилась, это люди были какие-то не такие и ещё тысяча и одна причина, включающая даже персональную ответственность за развал сверхдержавы каких-то конкретных людей, но главная причина, лежащая в истоке всех других причин — это Великая Отечественная война. И, кстати, в истории России это не первый такой случай. Российскую империю сильно подорвала Крымская война, от экономических последствий которой империя так и не оправилась до конца своего существования, а окончательно добила империю Первая мировая война. Вторая мировая превосходила Первую мировую по экономическим затратам в 7–8 раз, что наглядно показывает нам устойчивость различных систем. Российской империи хватило одной Первой мировой, чтобы рухнуть, а СССР после ВОВ успешно просуществовал ещё 46 лет — это тоже говорит о многом. Но это я только об экономическом аспекте, а есть ещё и идеологический, вызванный тем, что миллионы коммунистов погибли на полях сражений и это подорвало идеологическую основу. Только вот идеологический ущерб не измерить и не оценить, а вот экономика вполне измерима. И я считаю, что даже несмотря на весь понесённый ущерб, система продемонстрировала потрясающую прочность — любая капиталистическая страна от эквивалентных потерь рухнет и навсегда уйдёт на задворки истории, что уже случалось не раз, а СССР сумел стать сверхдержавой. Но СССР — это прошлое. Прошлое не вернуть, его и не нужно возвращать, но можно извлечь из него бесценный опыт. Правда, мы не спешим с этим, а вместо этого радостно ссым друг другу в лица посреди гниющих кущ капиталистического рая. И что-то мне подсказывает, что мы все ещё заплатим за это очень дорого.
Глава восьмаяДюралевый человек
*8 ноября 1936 года*
— Денежки, денежки, денежки… — пропел Леонид, изучая ежеквартальный финансовый отчёт от своих чехословацких филиалов.
Приток денег почти безумный — местные рабочие стоят очень дёшево, если сравнивать с американскими, а работают даже как-то продуктивнее.
Работать у «K-Group» в Чехословакии считается большой удачей, поэтому это придаёт рабочим некий статус, из-за чего они крепко держатся за свои рабочие места.
В Брно производят пулемёты ПФ-25 по американской лицензии, причём работают они на контракт от чехословацкой армии, заключённый Леонидом три года назад. Деньги у правительства Чехословакии имеются, поэтому неудивительно, что оно захотело оснастить свою армию лучшим, на данный момент, пулемётом, отлично показавшим себя на полях сражений. Правда, называют они его «lehky kulomet vzor 25»…
Помимо этого, в Праге стоит автозавод, производящий броневики M-3, который у них называется «Obrnene automobil vzor 26» — его тоже приняли на вооружение чехословацкой армии и у «K-Ground» есть контракт.
Но жемчужина чехословацкой части промышленной империи Леонида — это заводы компании «ЧКД». Он эту компанию выкупил в 1933 году, на волне депрессии, о чём ещё ни разу не пожалел.
Оказалось, что с середины 20-х годов компания «Чешско-моравская Колбен-Данек» разрабатывала и производила настоящие танки, которые, как оказалось, слишком рано были списаны со счетов…
Курчевский, сразу после «мировой презентации» советского танка Т-14 в Испании, влил финансирование в конструкторское бюро при «ЧКД» и заказал что-то наподобие Т-14, но лучше.
И уже есть результат — «Lehky Tank vzor 36».
Это двухбашенный танк, одна башня которого оснащена 37-миллиметровой противотанковой пушкой, лицензионной копией шведской «Бофорс», а вторая 12,7-миллиметрового калибра пулемётом Браунинг М2.
Лобовое бронирование составляет 25 миллиметров, борта по 15 миллиметров, а корма 10 миллиметров. Башня защищена 15 миллиметровой броней вкруг.
Подвеска Кристи, двигатель — американский бензиновый K-2055-V-12 на 240 лошадиных сил, крейсерская скорость — 30 километров в час, запас хода по шоссе — 130 километров, а по пересечённой местности — 65 километров.
И это был кассовый успех, если говорить на языке кинопродюсеров. Франция заказала 100 единиц, Бельгия заказала 40 единиц, Голландия — 150 единиц, Италия — 250 единиц, США — 200 единиц, СССР — 5 единиц, Испанская республика — 500 единиц, но понятно, что за счёт СССР, Венгрия заказала 50 единиц, Япония — 10 единиц, а Гоминьдановский Китай — 350 единиц.
1655 танков — это работа на следующие два года.
Но и это ещё не всё! Конструкторы бывшей «ЧКД», а ныне филиала «K-Ground» завершают разработку танка, что в следующем году станет «Sredni Tank vzor 37».
Этот будет исполнен в однобашенной компоновке, так как, по опыту боёв в Испании, было сочтено, что многобашенные танки — это неверная концепция.
В будущий «ST vz. 37» будет установлена лицензионная австрийская 47-миллиметровая противотанковая пушка Böhler M35, переделанная под установку в башню. С этим орудием танк будет способен бороться против тяжелобронированных танков, даже против перехваленного испанцами Т-14. Центр эту разработку разрешил, что вызвало у Леонида нешуточное удивление.
Двигатель будет от «K-Tractor», бензиновый K-2067-V-12, на 300 лошадиных сил.
Подвеска совершенно новая, торсионная, лицензия на которую куплена в Швеции. Она позволила установить на танк 45-миллиметровую лобовую броню корпуса, 30-миллиметровую броню бортов и 25-миллиметровую броню кормы. Башня же имеет толщину 37 миллиметров со всех сторон.
Разгоняется это чудовище до скорости 27 километров в час, а запас хода по шоссе составляет 200 километров, тогда как по пересечённой местности он может проехать 110 километров.
Этот танк — технологический прорыв, ещё в начальной стадии разработки обещавший финансовый успех.
Первый предзаказ поступил от США — КМП и Армия захотели себе по 300 экземпляров.
Чехословацкая армия хочет в следующем году 700 единиц по хорошему дисконту, в чём Курчевский не видел никакой проблемы.
Обстановка в мире тревожная, поэтому много кто захотел вооружиться новым танком, но Леонид выбирал разборчиво, потому что это больше политический вопрос. США и Чехословакия — это само собой, а вот предзаказ от Японии был отклонён, потому что Рузвельт потребовал. Леонид сослался на высокую загруженность заводов, но японцы всё прекрасно поняли.
Испанской республике тоже пришлось отказать, но уже под давлением от Лиги наций, то есть, Великобритании и Франции. Они пригрозили тяжёлыми экономическими санкциями, поэтому Леонид развёл перед республиканцами, читай СССР, руками. Центр одобрил — это всё мелочь, из-за которой не стоило портить репутацию и нести финансовые потери.
СССР оплачивает большую часть военных заказов Испанской республики, причём, судя по всему, делает это безвозмездно.
— Привет, буржуазия, — вошёл в кабинет Геннадий Парфёнов.
— Привет, наймит капитала, — улыбнулся ему Леонид.
— Я с новостями, — произнёс знаменитый борец с алкоголизмом и подошёл к мини-бару.
— Какие новости? — поинтересовался Курчевский, наблюдая за тем, как Геннадий наливает себе щедрую порцию 25-летнего бурбона.
— Центр не очень доволен тем, что ты творишь в Мексике, — сообщил ему Геннадий и залпом осушил стакан. — К-хек! Кхм-кхм… Говорит, что ты свернул её курс куда-то не туда — надо полегче.
— А что поделаешь? — нахмурился Леонид. — Этот процесс уже давно делает себя сам.
— Не усугубляй, проще говоря, — вздохнул Парфёнов, затем задумчиво посмотрел на бутылку бурбона. — Да, надо ещё.
— Ты бы тоже не усугублял, — усмехнулся Курчевский.
— Да куда мне? — махнул рукой Геннадий. — У меня ведь повод есть — друг чуть не погиб.
— Какой друг? — напрягся Леонид.
Он точно знал, что у Парфёнова и Смутина нет и не может быть друзей — профессия не способствует.
— А ты не знаешь ещё? — удивился Геннадий. — Транспортник в Испании сбили — в нём Смутин сидел. Пилот посадил самолет на брюхо в поле, но это оказалась территория националистов. Прорывались с боем, раненых бросали… В итоге, вышли к республиканцам. Обошлось всё, но Смутин в госпитале лежит — пулю поймал в ногу.
— Дотащили, что ли? — предположил Курчевский.
— Не, это он сам доковылял, — покачал головой Парфёнов. — Он у нас матёрый кабан, на такие мелочи внимания не обращает. Но теперь крепко подумай, что будешь делать с Бофорсами, что у националистов появились.
— Всё-таки договорились, суки… — поморщился Леонид. — Вот сволочи…
В деловых кругах Европы трудно утаить крупные сделки, особенно от разного рода спецслужб. Неудивительно, что Центр узнал о заключении сделки на зенитные орудия самым первым.
Речь идёт о 40-миллиметрового калибра зенитных пушках Бофорс — они способны добивать до семи километров по высоте и стреляют со скоростью 120 выстрелов в минуту, но для борьбы с бомбардировщиками К-23 столько и не нужно.
Испытания в Неваде показали, что для уничтожения К-23 достаточно двух-трёх попаданий из нового шведского орудия, причём скорострельность делает эти попадания весьма вероятными.
Советские 12,7-миллиметрового калибра ДК уже не являются достаточно веским аргументом против К-23, как и Браунинги М2 в зенитном исполнении, поэтому логично, что интерес всех заинтересованных сторон обратился к малокалиберным зенитным пушкам.
Самое печальное в этом то, что малокалиберные зенитные пушки не являются новинкой, их разрабатывали ещё в Великую войну, против дирижаблей, воздушных шаров, а затем и самолётов, но после войны все начали думать об экономии, не понимали тенденцию развития авиации, поэтому зенитные установки, в большинстве своём, имели винтовочные калибры. И тогда Леонид выступил законодателем моды, когда начал выпускать спаренные и счетверенные установки с крупнокалиберными пулемётами Браунинга…
Но шведы показали, что их ещё рано списывать со счетов.
Националисты, как уже известно, изъявили желание купить 500 Бофорсов, правда, Леониду не было известно, сколько им продадут.
— О каком количестве идёт речь? — спросил Курчевский.