Зато в Туле удалось разработать танковый автоматический гранатомёт под гранату 40×40 миллиметров — по массе ограничений почти нет, разрешено питание из жёсткой ленты, поэтому типичных для пехотного варианта проблем просто нет.
— Никита Сергеевич, не хотите пострелять? — спросил Аркадий у своего новоиспечённого заместителя.
— Не откажусь, — улыбнулся тот.
— Товарищ Дегтярёв, — обратился Немиров к главному конструктору. — На вашем полигоне есть макет городской застройки?
— Разумеется, — кивнул тот. — Есть имитация целой улицы — для штурмовиков готовили.
— Заверните тогда все образцы — едем на полигон, — распорядился Аркадий. — Сразу на тот макет.
Через полтора часа, они уже были на полигоне, на участке с имитацией плотной городской застройки.
— Товарищ Таубин, подойдите, пожалуйста, — попросил Аркадий.
— Да? — подошёл тот.
— Взведите, пожалуйста, гранатомёт, — попросил Аркадий, присевший у образца. — Товарищ Хрущёв, вы за наводчика.
Никита Сергеевич с готовностью встал на колено и взялся за рукояти гранатомёта.
— Готово! — сообщил Яков Григорьевич, вставивший в приёмник обойму с 5 гранатами.
— Третий этаж, второе окно слева, — произнёс Немиров. — Всю обойму.
Хрущёв тщательно прицелился и зажал гашетку. Гранатомёт утробно проурчал пять раз, а отдача от выстрелов передалась в руки Никите Сергеевичу, отчего тот вздрогнул и покрепче взялся за рукояти.
В окно квартиры залетели три из пяти гранат, а оставшиеся две сдетонировали на фасаде дома. Из окна повалили дым и пыль.
— Представьте, что в том окне находилось пулемётное гнездо, — произнёс Аркадий. — В каждой гранате содержится по 40 грамм гексала, а осколочная оболочка делится на 300–400 осколков — гипотетическое пулемётное гнездо гарантированно уничтожено. Миномёты на такое не способны, тяжёлая артиллерия для такой задачи избыточна, а танки доступны не всегда. Получается, что подобные задачи придётся решать пехоте, а это чревато дополнительными потерями. Поэтому-то, товарищи, нам очень нужен подобный гранатомёт.
— Полностью поддерживаю, товарищ Немиров, — заверил его Дегтярёв. — Этот проект у нас на особом контроле.
— Что ж, — сказал Аркадий. — Перейдём к другим образцам?
*10 августа 1938 года*
— Короткая! — заорал Аркадий. — Выстрел!
Хрущёв без промедления нажал на педаль — танк качнуло, а затем в боевое отделение проник запах тухлого мяса.
Аркадий заметил, как Никиту Сергеевича перекосило.
— Твою мать! — хлопнул себя по лбу Аркадий. — Думаю, что забыл⁈ Вентиляцию не включили!
Он щёлкнул переключателем и сразу почувствовал движение воздуха.
— А ну-ка, зарой мне траншею на 11 часов! — приказал Аркадий. — Наводчик, пулемётом по ДОТу — подавляющий огонь!
— Подавляющий⁈ — переспросил Хрущёв.
— Зажми гашетку и поливай от души! — пояснил Немиров.
Защёлкал затвор, зазвенели гильзы, падающие в специальный короб, а Немиров увидел в триплексе, как бетонный ДОТ начинает искрить красными трассерами и испещряться сколами.
Тем временем, механик-водитель заканчивал закапывать траншею.
Со стороны это выглядело весьма эпически: танк ехал вдоль траншеи «змейкой», разрушая деревянные борта и засыпая её землёй, в то время как его башня зафиксировалась на ДОТе и поливала свою жертву из спаренного пулемёта.
— Траншея зарыта! — сообщил механик-водитель.
— Наводчик, отставить огонь! — приказал Аркадий. — Механик-водитель, дай круг почёта по кольцевой, а затем на исходную!
— Есть!
Танк проехал ещё два километра и вернулся к ангару.
— Шикарная машина! — восхищённо сообщил ожидающим его конструкторам Аркадий, спрыгнувший с корпуса танка. — Подвеска даже лучше, чем я ожидал! Мощность двигателя — моё уважение! А орудие — выше всяких похвал! Ну, как тебе танк, Никита Сергеевич⁈
Хрущёв не рискнул вылезать через люки на башне, а воспользовался люком механика-водителя.
— В первый раз находился в танке, — сообщил он, вытерев пот со лба. — Да ещё и наводчиком! Поэтому не знаю даже, что и сказать! Ощущение — как будто у кита в брюхе побывал!
Это Т-14АМ-2, новейшая модернизация основного боевого танка Красной Армии.
Аркадий ещё раз посмотрел на него.
Башня возвышается по центру корпуса, как и на исходной модели, сама она непропорционально большая и угловатая. Лобовая часть башни имеет скос под углом 45 градусов, что существенно повышает шанс рикошета вражеских снарядов. На крыше два люка — для командира и для наводчика. Скорость поворота башни, благодаря электроприводу, составляет 30 градусов в секунду. В боевой обстановке это не играет решающей роли, но иногда может спасти жизни.
Корпус исполнен, в соответствии с требованиями Аркадия, с массивной верхней лобовой деталью, толщиной 55 миллиметров, перекрывающей почти всю лобовую проекцию корпуса, оставляя нижней лобовой детали лишь 10–15% площади.
Танк получился выше, чем Аркадий хотел — 2,6 метра вместо эталонных 2,4 метра, а ширина его составила 3,2 метра, при длине корпуса в 6,1 метра. В целом, в рамки техзадания конструкторы уложились, но это было известно ещё при разработке базового Т-14.
Орудие на Т-14АМ-2 установили новое — 57-миллиметровое ЗиЛ-4М, оборудованное принудительной продувкой, а также новым прицелом. Бронебойные характеристики её и так избыточны по современным меркам, поэтому этот аспект при модернизации не трогали.
До этого они с Никитой Хрущёвым ознакомились со всем парком машин на базе платформы П-14: Б-14А — боевая машина пехоты с 30-миллиметровой автоматической пушкой, ЗСУ-14 — зенитная самоходная установка, несущая сдвоенную 30-миллиметровую пушку, С-14 — самоходная артиллерийская установка, оснащённая 130-миллиметровым орудием, БТ-14 — бронетранспортёр с 14,5-миллиметровым КПВ в башне, а также БРЭМ-14. Единственное, не было мостоукладчика — никаких инноваций в его конструкцию внесено не было.
— Ну? — хлопнул Аркадий Хрущёва по плечу. — Как тебе командировка?
— Познавательно, — улыбнулся тот. — Теперь спать буду спокойнее.
— Это ты верно подметил, ха-ха! — рассмеялся Немиров. — Давай, последнее испытание и домой, спокойно спать.
В этот момент откуда-то с северо-запада начал доноситься странный ритмичный рокот, а затем в небесах появился вертолёт.
Он описал круг над бетонной площадкой, завис над её центром, и плавно приземлился на отмеченной точке. Опустилась кормовая аппарель, после чего из недр вертолёта высыпал отряд СпН в количестве пяти человек.
— Это… — произнёс потрясённый Хрущёв. — Это… Это что?..
Двигатель вертолёта Ми-2 несколько раз «чихнул», лопасти стали двигаться медленнее, а затем и вовсе остановились.
— Это вертолёт, — сообщил своему заместителю Аркадий. — Как видишь, до совершенства его ещё доводить и доводить…
Ми-2 — это один из самых проблемных проектов в области авиастроения СССР.
— А как же это… — начал Никита Сергеевич. — А если бы в воздухе мотор остановился? Всё? Авария?
— До отметки в пятьдесят километров всё нормально, — сообщил ему подошедший сзади Михаил Леонтьевич Миль, главный конструктор КБ Миля. — Но вот после пятидесяти километров…
Это не единственная проблема второго в истории СССР вертолёта.
Наблюдаются непонятные биения, с холостым ходом какие-то проблемы, детали, из-за биений и колебаний, быстро выходят из строя, что обуславливает низкий моторесурс. Зато точно известно, что после полной замены деталей двигательного блока на новые, есть примерно пятьдесят километров, а потом что-то обязательно сломается…
— У наших заокеанских «друзей» в этом плане, куда большие успехи, — произнёс Аркадий. — H-3, разработанный Говардом Хьюзом, уже готовится к серии. Правда, он целиком и полностью гражданская разработка…
H-3 — это вертолёт компании «K-Heli», учреждённой Курчевским специально под эту задачу. Военные США не заинтересовались перспективным летательным аппаратом, поэтому Леонид, пока что, ориентируется только на гражданский рынок, а также нарабатывает технические решения, которые в готовом виде поступают в СССР.
— Гражданскую модель я бы вам ещё год назад предоставил, там ведь требования не столь строгие и задачи у таких вертолетов намного проще, — улыбнулся Миль. — Тем более, у них есть фора по времени — на три года раньше начали.
Аркадий лишь кивнул.
— Получается, если сделать хороший вертолёт, можно будет высаживать красноармейцев прямо в тылу врага? — догадался Хрущёв.
— А ты схватываешь на лету, — усмехнулся Немиров. — Но это будет очень нескоро.
*17 сентября 1938 года*
— Так-так-так… — Аркадий нервно постучал пальцами по рабочему столу. — Это значит, что аналитики сильно ошиблись…
— Объясни, пожалуйста, товарищ генеральный секретарь, — попросил Калинин.
В кабинете Немирова собрались все: весь Президиум, четыре наркома, председатель СНК, а также восемь представителей генштаба, включая начальника генштаба, генерал-лейтенанта Мерецкова, и четыре представителя аппарата Верховного главнокомандующего РККА, включая генерал-полковника Шапошникова.
— Нас на эту конференцию не пригласили, — пояснил Аркадий. — Даже не уведомили нас о том, что она вообще будет проходить. Чехословакию тоже не пригласили — они считают, что судьбу Судетской области можно решать без неё.
На конференцию в Вену поехали премьер-министр Невилл Чемберлен, президент Альбер Лебрен, рейхсканцлер Адольф Гитлер…
'… а также глава правительства, дуче фашизма, основатель империи, кхалиси Травяного моря, разбивающий оковы, отец драконов, Бенито Муссолини', — подумал Немиров с усмешкой.
Туда набивалась и Западная Польша, желавшая отправить на конференцию своего президента, Игнация Мосцицкого, но Великобритания оставила запрос без ответа. Мосцицкий решил не навязываться.
Интересы Польши очевидны: Западная Тешинская Силезия, спорный регион, который польские власти считают своим, по причине того, что там живут, преимущественно, поляки. Только вот поляки там, в большинстве своём, оказались в результате миграции, вызванной территориальными изменениями, случившимися сначала по итогам Империалистической войны, а затем по итогам Советско-польской войны. Сначала социально-экономические потрясения после распада империй, а затем кто-то не захотел жить при большевиках, при румынах и так далее, а кому-то пришлось уехать из-за страха потери накопленного состояния. Многие поляки заселились в Тешинскую Силезию, где уже жило немало этнических поляков, спокойно сосуществовавших с местными чехами, словаками и остальными…