— Меч-1, это Янцзы-1… — раздалось из динамика радиостанции. — Обнаружили танковую засаду. Спрятали Виккерс в здании детского сада.
На случай возможного столкновения с танками противника, ему и выделили СУ-85, противотанковую самоходную артиллерийскую установку, оснащённую 85-миллиметровой пушкой Ф-5С, представляющую собой нечто на базе Т-14 и предназначенное для поражения бронированных целей из засад.
Но, несмотря на наличие такого средства противодействия, устав требовал избегать лобовой конфронтации с танками противника и уничтожать их из засад, с помощью артиллерии, авиации и посредством фланговых обходов.
— Можете убрать? — осведомился Дауд.
— Можем, но нужно будет прикрытие, — ответил лейтенант Хао Ксу.
— Всё будет, — пообещал капитан Зияр. — Меч-2 и Меч-3 — вперёд.
Передние БМП выдвинулись вперёд, а с юго-запада началась интенсивная стрельба. Грохнуло несколько гранатомётов, раздался мощный взрыв, в небо быстро поднялось облако чёрного дыма.
Вдруг, из одноэтажного здания, доламывая стену, на улицу выкатился Виккерс Хеви.
— Все в укрытия! — скомандовал Дауд. — Казань-1! Танк на одиннадцать часов!
ПТ-САУ довернула орудие и произвела выстрел.
85-миллиметровый каморный бронебойный снаряд врезался в борт не успевшего повернуться танка и сдетонировал внутри. Вражеский судорожно замер.
Но командир СУ-85 решил, что этого недостаточно и дал прицельный выстрел. Метил он в середину боевого отделения, где располагается основной боекомплект 76-миллиметрового орудия Виккерса.
Грохнул взрыв, сорвавший бронированную рубку вместе с орудием. Такое, если кто-то и выжил после первого попадания, не пережил бы никто.
— Меч-1, это Янцзы-1! — заговорила рация. — Дело сделано, потерь нет! Один Виккерс сожгли, второй не добили!
— Янцзы-1, Меч-1, — ответил Дауд. — Второй Виккерс ликвидирован.
— Да мы слышали… — ответил лейтенант Хао. — Мы продолжаем движение.
— Принято, — сказал на это капитан Зияр. — Конец связи.
До цели оставалось примерно семьсот метров, которые они преодолели, ликвидировав ещё две засады «истребителей».
«Кажется, в девяти из десяти случаев они просто умирают», — подумал Дауд, глядя на то, как штурмовики снимают с тела самоубийцы шестовую мину.
Они аккуратно положили мину в сточную канаву, уронили туда гранату и отбежали.
Оставлять шестовые мины нельзя, так как это небезопасно для мирных жителей, а ещё это дополнительное оружие противнику.
В конце улицы находились заводские цеха, которые и являются основной целью 3-й сапёрно-штурмовой роты.
По другим улицам движутся другие подразделения, у которых есть свои основные цели.
А где-то на второй линии орудует Красная гвардия, стихийно сформировавшаяся из восставших коммунистов.
Точно такие же формирования участвовали в штурме Шанхая и понесли большие потери — если бы не было РККА, они бы просто с треском проиграли. Всё-таки, 88-я механизированная дивизия — это лучшее соединение НРА…
Но у Чан Кайши слишком мало таких дивизий, обученных иностранцами, в основном потому, что их выбили на севере Китая.
1-я и 11-я армии, в полном составе, полегли в провинции Хэбэй, а 5-я армия, не участвовавшая в боях первых дней, ждала Красную Армию в провинции Цзянсю. В той же провинции 5-я армия понесла большие потери и отступила к Шанхаю.
Отличились 88-я и 200-я механизированные дивизии, включённые в состав 5-й армии — они вели арьергардные бои, причём вполне успешно. Благодаря их действиям, 5-я армия сумела выскользнуть из уже намеченного «котла» и уйти в направлении Гонконга, где уже организовал свою ставку и начал стягивать туда оставшиеся войска Чан Кайши.
Такой манёвр помог 5-й армии, но погубил 88-ю и 200-ю дивизии, которые потеряли часть сил в Шанхае, потом с трудом выбрались из «котла» под Цзясином, где 200-я потеряла всю свою технику, а теперь они здесь, в Ханчжоу…
«Если Красная гвардия так продолжит, то её расформируют, возможно, принудительно», — подумал Дауд.
Это местные крестьяне и рабочие, доведённые до отчаяния политикой Чан Кайши, которые стихийно организовывают митинги в отвоёванном Шанхае и выявляют среди горожан «подозрительных лиц». Над выявленными проводится скорый «суд», их вешают, забивают камнями или расстреливают.
Войска КГБ, насколько известно Зияру, подобные практики пытаются пресекать, но это малоэффективно, потому что явление массовое — десятки миллионов разъярённых крестьян, уже почувствовавших вкус крови, просто невозможно взять под контроль столь ограниченными силами. Но это не проблема Дауда — его проблемы чётко умещаются на листы с приказами.
«Вот оно», — увидел он высокие цеха и большие ворота перед ними.
Это завод по производству шёлка и пошиву одежды. Здесь производилась вся дорогая одежда, а также обмундирование для офицерского состава войск НРА.
— Меч-1, Янцзы-1, — зашипела рация. — На целевой позиции, заняли второй и третий этажи. Видим завод.
— Меч-1, Янцзы-2, — рапортовал лейтенант Савичев. — На целевой позиции, напротив Янцзы-1. Держим завод под прицелом.
— Янцзы-3, Янцзы-4 — контроль периметра и подготовка к штурму, — дал приказ Дауд. — Янцзы-1, Янцзы-2 — оборудовать огневые точки на ваших позициях и взять под огневой контроль территорию завода.
Взводы штурмовиков начали выполнять приказы, а Дауд вышел из БМП и подошёл к химическому танку.
— Товарищ старший лейтенант, — обратился к высунувшемуся из командирского люка командиру танка Дауд. — Возглавишь атаку с моими БМП. САУ выбьет ворота, а ты зальёшь двор и цеха огнём. А потом мы заходим. Как принял?
— Всё понятно, товарищ капитан, — кивнул старший лейтенант Мусин. — Сделаем…
— Приступаем, — улыбнулся Зияр и посмотрел на часы. — Время не ждёт.
В небе над ними промчалось звено фронтовых бомбардировщиков под прикрытием истребителей.
Авиации у НРА осталось мало, но она ещё есть. Он слышал от лётчика, которого вытаскивал с вражеской территории в окрестностях Тайчжоу, что в Европе с этим дела обстояли полегче — разведка легко обнаруживала аэродромы, самолёты противника уничтожались прямо на взлётных площадках и ВВС СССР быстро завоевали превосходство в воздухе.
Здесь же националисты уже учёные, впитали чужой печальный опыт и тщательно маскируют аэродромы, не ленятся постоянно «тасовать» свою авиацию и иногда даже взлетают с городских улиц…
Поэтому превосходство в воздухе у СССР есть, но оно постоянно оспаривается в мелких стычках. Китай большой, места много и лётчиков у него хватает.
— Казань-1, — вызвал Дауд САУ. — Следуй за Уфой-1. Задача — вынести ворота и, по необходимости, поддержать Уфу огнём.
— Меч-1, Казань-1, принято, — ответил самоходчик.
Когда химический танк и САУ заняли огневые позиции, 3-й и 4-й взводы выстроились за своими БМП и приготовились к штурму.
СУ-85 делает выстрел и выносит ворота.
ХТ-24АМ-1 подъезжает поближе и наводит сопло на двор.
— Меч-1, Уфа-1, — связался с Даудом старший лейтенант Мусин. — Противника во дворе не наблюдаю. Жечь?
— Уфа-1, Меч-1, двор не жги, — ответил капитан Зияр. — Приступай к цехам. Янцзы-3, Янцзы-4, Меч-2, Меч-3 — готовьтесь к штурму. Меч-4 — прикрывай.
И тут началось нечто неожиданное.
Из цехов повалила масса визжащих и кричащих людей, вооружённая дрекольем, мечами, кувалдами, винтовками и шестовыми минами. Среди них было немало женщин, Дауд даже заметил несколько детей и подростков.
— Меч-1, Уфа-1! — вышел на связь «химик». — Отхожу назад, противника слишком много и наблюдаю гражданских! Что делать⁈
Дауд задумался на несколько секунд. Среди вооружённой толпы явные гражданские лица, а приказ по армии был однозначным — гражданских не трогать, помогать, защищать и спасать…
Выборочно отстреливать солдат нереально, поэтому нужно принять тяжёлое решение.
— Меч-1 — всем — открыть огонь на поражение, — приказал капитан Зияр. — Медленно отступаем по улице.
Химический танк начал жечь и стрелять из спаренного пулемёта, резко дав задний ход.
Пламя охватило передние ряды атакующих, нисколько не смутив задние, которые продолжили напирать.
Среди загоревшейся толпы начали раздаваться отчётливо слышимые взрывы — видимо, срабатывали шестовые мины.
Штурмовики рассредоточились по улице позади бронетехники и открыли огонь из личного оружия. Затрещали АГ-37 и ДП-35.
— Всем сосредоточить огонь на флангах! — приказал Дауд. — Отсекайте их от Янцзы-1 и Янцзы-2! Янцзы-1 и Янцзы-2 — спускайтесь и присоединяйтесь к Янцзы-3 и Янцзы-4.
— Меч-1, Янцзы-1! — рапортовал лейтенант Хао. — На первом этаже враги! Выйти не можем!
Дауд осмотрелся через командирский прицел и понял, что это организованная засада — противник подбирается с флангов и с тыла.
— Меч-1, Янцзы-2, — связался с ним лейтенант Савичев. — Уйти можем, но останемся, чтобы прикрыть Янцзы-1! Нижний этаж забаррикадировали! Под мою ответственность!
— Янцзы-2, Меч-1, принято, — ответил капитан Зияр. — Держите противника на дистанции, боекомплект не жалеть.
Противник был всё ближе — меж гражданских лиц всё чаще встречались военные в форме НРА.
— Шанхай-главный, Меч-1! — переключился он на полковой канал. — Встретили ожесточённое сопротивление противника. К цехам прорваться не можем, необходима поддержка. Противник — не меньше 2000 человек, вооружены слабо, но встречаются стрелки и самоубийцы.
— Меч-1, Шанхай-главный, — вышел на связь штаб полка. — Высылаем 2-ю разведроту вместе с твоими БМП. Продержитесь десять-пятнадцать минут. Противника не жалеть, гражданских среди них нет. Как принял?
— Шанхай-главный, Меч-1, принято! — ответил Дауд. — Возможно дать кассетными по дыму?
— Меч-1, Шанхай-главный, — заговорил штаб. — Отметь красным дымом, отправим кассеты. Конец связи.
Глава двадцать шестаяМистер «Нет»
*30 октября 1940 года*
В беседке у дома Немирова сидели двое.