За стойкой старушка в тяжелых очках, сиреневом вязаном свитере и с пучком редких волос на затылке восседала с видом английской королевы. Я только открыл рот, чтобы поздороваться, как она царственно указала на огромный баннер над своей головой: «Просьба соблюдать тишину в библиотеке».
Очень тихим шепотом я уговорил бабушку выдать мне читательский билет. Мне срочно понадобились редкие книги по истории губернии. Я страсть как хотел узнать больше об аристократах этого края. После почти неслышного призывного оклика у стойки материализовался юноша примерно того же возраста, что и Светлана. Рыжий, веснушчатый и совсем тоненький, он смотрел на старушку-библиотекаршу с почти религиозным обожанием.
— Антонина Яковлевна! — выдохнул он еле слышно.
— Васенька, милый, помоги нашему гостю найти альманах Северского.
Мальчик отвел меня в абсолютно пустой читальный зал, где и усадил за столик. Место мне понравилось, отсюда были хорошо видны и вход, и библиотекарша. В ней я не сомневался ни секунды, старушка совершенно точно принадлежала к славному сообществу инвейдеев. Но я никак не мог разобрать, была ли она хищником. Библиотека оказалась пропитана запахом беды, страха и голода. Здесь происходило много скверного.
Я сидел, листал альманах и постепенно втянулся. Васенька в какой-то момент поднес мне еще книгу по истории Поволжья, чтение меня захватило, я и не заметил, как наступила ночь.
Васенька подошел ко мне, сообщив, что библиотека закрывается, но завтра, если я захочу, я смогу прийти снова. Отступать я не собирался, пришлось разворошить этот муравейник.
— Антонина Яковлевна! Неделю назад сюда заходила девушка, баронесса Светлана Верескова. Уверен, что вы ее запомнили. Я хотел бы знать, какие книги она читала.
— Мы не даем таких справок, молодой человек. Если вам любопытно, спросите у нее сами.
Я достал удостоверение, врученное мне Михельсоном.
— Служба Аристократической Безопасности. Мной движет не праздное любопытство.
Библиотекарша поморщилась.
— Эта филькина грамота — не повод нарушать библиотечные правила. А мы ценим покой наших читателей.
— Что останется от вашего покоя, когда здесь начнет шуровать толпа полицейских? Поверьте, всем будет лучше, если вы мне поможете.
— Почему вы не спросите саму эту девушку? — не сдавалась бабуля.
— Она пропала. И очень многие люди, влиятельные люди, места себе не находят, пытаясь ее разыскать. Если вы не боитесь, что САБ и родовая гвардия разнесут это милое местечко по кирпичику, пожалейте молодую девушку. Может быть, есть шанс ее спасти.
— Васенька, — старушка повернулась к своему помощнику, — подежурь здесь. Пост не должен оставаться пустым. А вы, настырный молодой человек, идите за мной.
Мы прошли вглубь, в царство книжных полок. Минуты две мы плутали по этому лабиринту. Эмпатия, подаренная мне как моим опытом, так и всемогущим ликвором, подсказывала, что библиотекарша нервничала.
Мы шли и шли, полки все не кончались, наконец, мы подошли к запертой железной двери. «Взломаю за пять секунд», — намекнула мне рука. Я только закатил глаза на ее приставания.
— Что здесь, Антонина Яковлевна?
— Хранилище особо ценных экземпляров. Здесь живет нужная вам книга! — старушка отперла замок старомодным тяжелым ключом.
Мы зашли внутрь.
— Вот она, уж не знаю, как книга поможет найти девочку, — Антонина Яковлевна достала с полки и протянула мне древний потрепанный фолиант.
— Поставьте ее на место! — раздался у нас из-за спины голос Васеньки. — Пожалуйста!
Глава 7
Васенька протянул руку к фолианту.
— Поставьте, прошу вас! — в голосе юного книголюба звучал искренний ужас. — ее вообще нельзя трогать!
— Васенька! — в голосе библиотекарши звучала укоризна. — Почему ты оставил пост?
— Простите, Антонина Яковлевна, но это книга, это важно!.. Она, она, — он запнулся, подыскивая слова, а, найдя, просиял, — она на реставрации!
Библиотекарша нервничает. Мальчик боится. Книга, что там с этой книгой? Я какой-то магии не чувствую, но я и не умею, это же не человек. Там бы я сразу понял, хищник или жертва. Вот сейчас рядом со мной монстр, и в этом доме пролилась кровь. Не бином Ньютона ни разу.
— Я аккуратно!
Я осторожно забрал книгу из рук библиотекарши. «Мифология от А до Я». Автор — некто Сечников. Я начал листать. Действительно, краткое описание мифов от греков, до викингов. На первый взгляд ничего экзотичного, убивать явно не за что.
— Испортила, испортила книгу, дрянь! — зашипела библиотекарша.
— Где? — искренне удивился я.
Антонина Яковлевна ткнула пальцем, и я увидел: Света дела пометки, но не на странице фолианта, конечно, а на листке бумаге, лежащем поверх книги. Давила на перо она как следует, остались вмятины, которые я бы и не заметил без подсказки.
— Уходите! — дернул меня за рукав Васенька. — Не расстраивайте ее еще больше.
— Я ухожу. Но и книгу конфискую. Это вещественное доказательство.
И без того строгая библиотекарша превратилась в сущую гарпию.
— Книги, содержащиеся в хранилище, строжайше запрещено выносить из библиотеки!
— Стоит ли книга того, чтобы начать препятствовать следствию? Мы не кражу семнадцати рублей на базаре расследуем, а похищение молодой девушки. Возможное убийство, которое либо уже состоялось, либо угрожает ей в данный момент.
— Книга-то чем поможет? — прошипела библиотекарша.
— Я восстановлю заметки на полях, — ответил я как можно миролюбивее, — это поможет разобраться в происшедшем.
— Пожалуйста, господин следователь! — взмолился Васенька, выглядевший крайне напуганным.
— Разговор окончен! — рявкнул я и развернулся, собираясь уйти.
Я до сих пор не понимаю, как мы умудрились порвать книгу. Началась постыдная мешанина, Антонина Яковлевна вцепилась в фолиант, Васенька бросился то ли помочь ей, то ли помешать, то ли всех успокоить. В итоге треснул корешок, мы на миг замерли, а потом воровская рука выкинула какой-то фокус, и «Мифология» пропала, будто ее и не было.
Все окаменели от изумления, воспользовавшись паузой, я вышел из здания. Я был уверен, что что библиотекарша нападет на меня, как неделю назад на охранника, и оказался прав, хотя и только отчасти. Стоило мне подойти к машине, как боковое окно разлетелось вдребезги.
Я бросился на землю и перекатился, уходя с линии огня. В дурном боевике я бы притворился мертвым, приманивая убийцу, на практике же дождался бы только контрольного выстрела в голову.
Краем глаза я заметил какую-то возню, промелькнула старушечья спина в сиреневом свитере, еще какая-то тень, все они скрылись в библиотеке. Я достал Скорпион, проверил, что паучий шамшир за спиной не сбился после падения, и направился туда же.
В зале предсказуемо никого не было. Я наконец принюхался как следует, стараясь разделить запахи хищников, жертв и общей беды. Почему я не сделал этого сразу, а потерял полдня за интересным, но необязательным чтением? Ответ прост: это была непростая библиотека с выдающейся библиотекаршей. Место влияло на меня, как и на всех, кто сюда попадал.
След вел меня не в подвал по сложившейся традиции, а на второй этаж. Поднявшись туда, я не нашел ничего кроме обычного жилища старушки с сервантами, хрусталем, слониками и непременным запахом лекарств и пыли. Зато в конце коридора обнаружилась крутая лестница, ведущая еще выше.
Я взобрался по ней, оказавшись на странном чердаке. Он представлял собой ухоженную и чистую каморку. В полной темноте, не мешавшей, впрочем, моему зрению, усиленному ликвором, выстроились кругом разномастные кресла, явно приобретавшиеся от случая к случаю. Половина пустовала, а в других сидели люди в монашеских рясах с капюшонами, закрывавшими лица. На груди у каждого висели таблички с надписями «Должник» или «Вредитель».
В центре круга скорчилась в луже крови Антонина Яковлевна. Васенька стоял над ней, обхватив обеими руками пистолет с глушителем. Мальчик плакал.
— Пожалуйста, я не хочу! Не хочу, — рыдал он.
Я почувствовал мощнейшую ментальную атаку, и страх, захлестнувший и Васеньку, и библиотекаршу.
— Довольно, — произнесла старушка слабым голосом. — Все кончилось, здесь САБ.
Васенька с самым несчастным видом навел на нее оружие. Ускорившись, я аккуратно отобрал пистолет.
— Ты повредил книгу, — не своим голосом произнес мальчик, — ты должен быть наказан. Я бы посадил тебя в кресло, но ты слишком опасен. Просто умри.
Я испытал очень странное ощущение, будто бы в моей голове поселился новый жилец. И он попытался приказать вместо меня моей руке. Она должна была упереть ствол снизу в подбородок и спустить курок. Но я не был настроен жить в коммуналке.
— Никто больше не умрет, — возразил я. — Кроме тебя, конечно, кем бы ты ни был. Но тут уж прости. А теперь пошел вон!
Усилием воли я вышвырнул непрошенного гостя из своей головы.
— Что ты такое? — раздался скрежет из дальнего темного угла.
— Эй, это мой вопрос! — возмутился я. — Впрочем, неважно!
Я выстрелил в темноту, ориентируясь не только и не столько на голос, сколько на ощущение твари в углу чердака. Затем я включил фонарик в смартфоне, и осмотрел бабушку. Рана казалась неопасной, пуля проскочила навылет, пробив мягкие ткани в боку. Я снял с нее кофту и приложил к ране, приказав Васеньке прижать ее крепко-крепко.
Спустившись на второй этаж, я довольно быстро нашел аптечку с очень богатым наполнением. Теперь я смог толком перевязать Антонину Яковлевну и наконец рассмотреть тварь и ее жертв в креслах.
Монстром оказался дряхлый голый старикашка, лысый и худой до изнеможения, скелет, обтянутый кожей.
Антонина Яковлевна что-то очень тихо простонала.
— Что-что? — не расслышал я.
— Одержимость! — пришел нам на помощь Васенька. — Он вселялся в каждого из нас по кругу. Иногда во всех сразу. Бабушка сопротивлялась. Я просил ее сбежать, но она не могла бросить библиотеку и всех нас.