— Мистер Коэн, вы согласны с доводами вашего коллеги? — прервал его Ник.
Джаред неохотно поднялся со стула.
— Я скептически отношусь техническому анализу, когда речь идет о компаниях глобального масштаба. Все же этого не краткосрочная торговля фьючерсами на валютные пары.
— Тогда забудем про несчастный Тангерин. Спасибо, мистер Торфл, за ваш вклад. Итак, есть у кого-то фундаментальные идеи?
Через час Гарри пригласили в отдел кадров, где и сообщили о его увольнении. Вещи в коробке выдал охранник на входе в их красивый и статусный небоскреб.
Съемки порнофильмов катастрофически сомнительного содержания велись в заброшенном промышленном здании в откровенно трущобном районе. Я позвонил Ольге и попросил все о нем выяснить, раз уж она так хорошо ориентируется в сети. Мне удалось удобно расположиться на чердаке полупустого человейника через дорогу.
Я следил за «студией» сквозь прицел Схимника, когда меня отвлек звонок от Михельсона. Его голос излучал радушие и благодарность, Михельсон просил меня о встрече, чтобы вместе предстать перед счастливым дядюшкой спасенной принцессы. Я посоветовал ему забрать все лавры себе, но сабовец отверг мое щедрое предложение.
Вся эта аристократическая суета была дико не ко времени. Я боялся, что сутенеры свернут свои точки, узнав о разгроме штаб-квартиры. А ведь кроме студии, были еще и бордели, девушек в которых также надо было освобождать. Времени не было, а меня все еще тревожила рана, нанесенная Хересом. Либо с его саблей все же что-то было не так, либо он был способен нанести вред одним своим участием. Я вот мог.
Я вздохнул и начал отстреливать камеры на фасаде дома. Когда наружу начали выбегать боевики, переключился на них. Когда бегающие и паникующие мишени кончились, я свернул позицию, спрятав в углу снайперку. Ускорившись, я подбежал ко входу быстрее, чем спохватившиеся враги смогли расстрелять меня из окон. Подобрал Миротворца у одного из подстреленных бандитов во дворе. Двустворчатые ворота вели на склад, до сих пор заполненный каким-то хламом, расползавшимся с прогнивших паллет. Воняло сыростью, и конечно везде чувствовалась мерзкая энергия хищников.
Две коротких очереди, и на первом ярусе живых не осталось. Второй был выполнен как балкончик, идущий вдоль стен по всему периметру. Оттуда меня попытались обстрелять, но рядовые бандиты были слишком медленными, чтобы прицелиться в меня ускоренного. Я запрыгнул на контейнер, а с него и на балкон, а его уже пробежал полностью, убивая всех, кого встречал. Когда магазин кончился, я подобрал точно такой же автомат у очередного покойника.
Я заметил, как левая рука без моего указания подбирает другое оружие, валявшееся у меня под ногами. Находки эти сразу пропадали невесть куда. «Ну если ты вовремя будешь мне их вручать, то без проблем, клептоманствуй дальше», — подумал я, и тут же получил ответ от протеза, дескать, не волнуйся, вручу!
Зачистив склад, я воспроизвел в памяти план здания, что мне прислала Оля, и в соответствии с ним нырнул в нужную дверь. Отсюда можно было подняться по лестнице на третий этаж, на котором и располагалась студия. По мне опять стреляли, но я вновь оказался быстрее, и ничего менять не собирался.
Третий этаж встретил меня длинным прямым коридором с дверьми по обе стороны. Я начал планомерно зачищать помещение, вышибая двери ударом ноги и расстреливая всех, кто там скрывался. Конечно же никакие жертвы там не прятались. Ликвор подсказывал, что те, кого следовало спасти, ждали меня в другом конце здания.
Бандиты попытались подловить меня, когда я вышел из очередной комнаты. В меня бросили пару гранат, которые должны бы в узком проходе разнести меня в клочья. Протез поймал их на лету быстрее, чем я решил, что с ними делать. Гранаты тут же исчезли, а я забеспокоился, не взорвутся ли они в том крохотном осколке, куда рука складывает ворованное, подорвав заодно и меня. Но секунды бежали, а ничего плохого не происходило. Метатели высунулись обратно в коридор, не услышав взрывы, а я предложил руке вернуть имущество хозяевам. Рука послушалась, а я понял, что время в ее кармане останавливается, гранаты благополучно долетели до метателей, там и взорвались.
И хотя я и так продвигался с огромной скоростью, интуиция заставила меня пробежать последние метры, не отвлекаясь на противника. Дверь в конце коридора вела в огромный зал, заставленный прожекторами, камерами, дешевыми декорациями и прочим студийным оборудованием.
Вооруженных люди согнали рабов, а как их еще назвать, в угол студии, где и готовились всех расстрелять. Несколько богато одетых мужчин и одна расфуфыренная дамочка стояли за спинами жертв, закрывавших «начальство» своими телами. Охранники держали бедолаг под прицелом.
Это могло бы сработать против обычного спецназа, если бы тот пожалел заложников, что не факт. Я же просто еще сильнее ускорился, сменив автомат на шамшир, вскоре руки охранников начали сыпаться на пол вместе с оружием. Да, кровь залила все вокруг, включая «артистов», но как по мне это небольшая плата за жизнь.
Несколькими ударами я отправил в нокаут «элиту», потом вернулся к бандитам, оставшимся у меня за спиной. Коридор был чист. Те, кого я не успел убить, расползлись как тараканы. Умный поступок. Я вызвал скорую и САБ, соврав, что видел среди заложников аристократов. Так их хотя бы сходу не уберут, чтобы замести следы. На всякий случай я послал Михельсону несколько фото с места преступления. Воспользовался чужим телефоном, конечно же.
Подумал еще немного и расстрелял элиту к чертям собачьим. Потом устроил обыск в здании. Нашел не очень много денег, раздал жертвам. А вот с компьютером надо было повозиться. В нем могло быть много интересного, но я еще не настолько освоился с местной техникой, чтобы быстро его распотрошить. Посмотрел скептически на протез, рука сказала, что не видит проблем, и даже, кажется, подмигнула, уж не знаю чем. Одно движение и системный блок с монитором и прочей периферией исчез. Рядом еще и принтер стоял, мы с рукой переглянулись, мысленно, конечно, и он отправился вслед за коллегами.
Пора было ехать к Михельсону. Он ждал меня в хорошо знакомом клубе дворянского собрания. Я заехал по дороге к Маузеру, воровская рука переложила из своего тайника в багажник Эдельвейса подобранное оружие. Когда наш ариец перебрал трофеи, рука выкинула перед ним еще и гладиус, чуть не погубивший меня. А заодно и саблю Хереса, которую я, кстати, хотел оставить себе! Глядя на мечи, Маузер разволновался.
— Эти предметы достойны занять место в моем музее!
— Пожалуйста, будьте предельно осторожны с ними! Клинки чем-то отравлены! Они действительно очень опасны.
— Поверьте, господин Петров! — улыбнулся счастливый Маузер, — я разбираюсь в предметах из осколков. Они редко бывают безопасными. Мы всегда обращаемся с ними чрезвычайно бережно.
Напоследок я отдал машину в ремонт, отказавшись от замены. Возможно, мне придется об этом пожалеть. Оружейник любезно вызвал мне такси. Я заехал на улицу бутиков, купил там новый костюм, а то неприлично являться к хозяевам города невесть в чем.
Глава 9
Строгий швейцар дворянского клуба встретил меня как родного.
— Андрей Владимирович, рад вас видеть! Редко посещаете нас!
Я поздоровался и сказал, что меня ждут. Привратник, конечно, был в курсе, пошевелил мизинцем, и тут же нарисовалась симпатичная хостесс, которая отвела меня в отдельный кабинет, где меня ждала привычная троица: Киса, толстяк и коршун. Извините, предводитель дворянства, судья и сабовец. Меня встретили тепло, усадили за стол и начали потчевать разносолами. Разыгрывалась сценка: патриархи города отечески принимают подающего надежды молодого дворянина, случайно сделавшего что-то хорошее.
Я не против поиграть в юного, но уже небесполезного Андрея Васнецова. Интересно, состоится ли вторая часть марлезонского балета, в которой старые хищники ведут переговоры с охотником Петровым.
Когда первые реверансы и расшаркивания остались позади, «три толстяка» перешли к делу.
— Андрей Владимирович, — начал «Киса» Филлипов, — не могу описать, как мы благодарны за спасение Светланы. Сама она сейчас в больнице, но безусловно хотела бы лично выразить свою признательность.
— Ну что вы право, — засмущался я-Васнецов, ни разу не супергерой, — я просто оказался в правильном месте в нужное время. По большому счету я только вызвал скорую, когда увидел молодых людей в плачевном состоянии.
— Ну-ну, не прибедняйтесь! — всплеснул руками судья Перепел. — Все эти молодые люди знают, что обязаны вам жизнью. Врачи утверждают, что счет там шел на минуты. К сожалению, спасти удалось не всех.
Я грустно пожал плечами, а судья продолжил, точнее, перешел от торжественной части к допросу.
— Но нам бы очень хотелось понять, что там произошло. Некоторые вопросы остались без ответа. Например, нам непонятна роль сотрудника библиотеки Антонины Переверзевой. У нас создалось впечатление, что она была как минимум в курсе происходящих там ужасов, а возможно и активно в них участвовала.
— Я могу засвидетельствовать, что Антонина Яковлевна пыталась защитить меня. Когда злоумышленник стрелял в меня на автомобильной стоянке, именно она вступила с ним в борьбу, невзирая на свой солидный возраст. Думаю, что она спасла мне жизнь, сбив преступнику прицел.
— А какова роль Василия Черемшова? У нас опять же создалось впечатление, что именно он ранил библиотекаршу.
— Когда я вошел в комнату на чердаке, он оказывал Антонине Яковлевне первую помощь.
— Вы уверены, что не он в вас стрелял?
— Я не видел стрелка. Было очень темно.
— Но библиотекаршу вы разглядели? — не унимался судья.
— Я видел руку с пистолетом, в которую она вцепилась. Сам стрелок стоял глубже в тени.
— Было бы грустно, если бы Вася оказался виновен, — вмешался предводитель. — Он студент того же факультета, что и Светочка. Всего на год ее младше. Они знакомы и даже слегка дружны.