собно покинуть свою планету, способно идти дальше.
Кто были те, кто их «заметил»? Марат и сейчас не понимал этого. Он сканировал космос во всех направлениях, пытался хотя бы угадать, где есть другой разум. И не находил ровным счетом абсолютно и вообще - ничего.
Но чужой разум был. И настолько чуждый, что Маузер осознавал, что не может понять его. Даже не представляет, как именно понимать, и что для этого надо сделать, и вообще как над этим размышлять. В какой-то момент он снова почувствовал себя мальчиком, который вглядывается в бесконечность звездного неба.
Но одно было ясно, и объявлено очень четко. Через сто лет после запуска первого спутника другие разумные существа (…или все-таки существо? …слишком уж странно было ощущение, что с ними разговаривали не множество существ, а всего одно…) неважно… Главное, что они прибыли через сто оборотов планеты вокруг звезды подавшей сигнал, и обнаружили в солнечной системе «критическую» цивилизацию. Обезьян с гранатами. Дикарей с дубинками всех калибров. Увидели государства, разделенные границами. Деньги. Правительства. Карательные и военные органы всех мастей и расцветок. Если выпустить эту дикую орду в космос… Такое уже было. Много раз. Много миллионов… нет… даже миллиардов лет назад. И всегда заканчивалось одинаково. Во все времена. Кризис. Война. Геноцид. Уничтожение. Глобальное уничтожение.
Конечно, Колумб был вовсе неплохой человек. И даже те, кто пришли за ним – они не были плохими. Они были детьми своего времени, своей цивилизации.
Только положения вещей это не меняло.
Если за сто лет после сигнала цивилизация демонстрировала разумность, была одним целым – такое положение вещей всех устраивало. С такой цивилизацией, представляющей одно целое - можно договорится. Но дикость, разделение на зоны охоты, жажда расширения ради размножения и наживы… Такое уничтожалось сразу. Никто не договоривался с экскрементами, оказавшимися на асфальте. Ни на Земле, ни в Космосе. Их просто убирали. Уничтожали, а потом промывали и асфальт.
Но жизнь это все-таки не кусок говна. Всегда был шанс. Троим, кто сумел пройти испытания. Кто доказал, что может провести, увезти часть, начать новую жизнь... Кто может сохранить… Им давали частичку, капельку, самую крохотную часть возможностей. Не навсегда, на время. Давали материю, энергию и информацию. Как уж распорядятся с этим «избранные» (ух, как Марат ненавидел это слово!) – это уже их дело.
И вот теперь у Марата есть информация, цель, и есть средство. Шар черной материи, сконцентрированный темной энергией, десять сантиметров диаметре. Полностью под контролем. Один триллион и четыреста миллиардов тонн нейтронной массы. Столько весит вода в половине Черного моря. Из этой материи можно создать шесть миллионов самых больших океанических круизных лайнеров. «Оазис в морях», слышали о таком?
Но ему надо создать не океанический лайнер. Это должно быть что-то вроде авианосца, или бронированного линейного корабля, с огромными резервами и возможностями. Защищенного от всего, даже от прямого попадания термоядерной бомбы. И при этом – способного выдержать путешествие в двести восемьдесят световых лет. К новому дому человечества.
Глава 6
Оказавшись на орбите Меркурия, Марат начал меняться. Не спеша разворачивал всю массу, практически до последней капли, оставляя минимальный резерв.
Корпус космического корабля, который разворачивался буквально из точки в космосе, превосходил чуть ли не все фантастические проекты и представления человечества об искусственных космических объектах. Это был действительно корабль. Вот только расстояние от носа до кормы было более ста километров. Высота командирской, то есть баковой рубки - превышала высоту любого небоскреба на Земле. Изящные вытянутые линии, закругленные борта и дополнительные надстройки – все это предавало кораблю невероятно футуристический вид. Вместе с размерами судна все это создавало впечатление полной нереальности. Даже с расстояния тысячи километров корабль выглядел крайне впечатляюще.
При этом прочность корабля была такой, что он мог бы пронзить Землю – насквозь. Набрав скорость всего двенадцать тысяч километров в секунду. И никто на борту бы этого даже не заметил…
Марат посчитал, что этой прочности вполне достаточно…
Юта маленькой сверкающей точкой приземлилась на палубу к Марату. Самого Маузера нигде не было видно, и он появился внезапно, почувствовав ее прибытие. Женщина чуть вздрогнула, когда он положил руку к ней на плечо. Вообще Юта не терпела ничьих прикосновений. Раньше ее нервировал даже ветерок дыхания на собственной коже. Именно поэтому она так долго и упорно занималась в школе стрельбой, ходила в стрелковый клуб – чтобы преодолеть это недостаток.
Минуту спустя к ним присоединился и китаец. Лицо Большого Дракона было непроницаемо. Он спокойно оглядывался, оценивая размеры того, что создал Марат.
- Прекрасно, - вдруг сказал Ван Ян, и улыбнулся. Через мгновенье Большой Дракон исчез, и Марат почувствовал, что китаец уже внутри «летающего авианосца», и занимается… установкой термоядерных плазменных двигателей!
Юта тоже исчезла, а темные окна иллюминаторов стали вспыхивать электрическим огнем. Шеренгами и участками, освещая темный до этого корпус разноцветными, а порой футуристическими огнями. Марат почувствовал, что бесчисленные помещения внутри стали наливаться светом и теплом, как побежали импульсы по бесчисленным силовым кабелям и проводам.
Корпус ожил и получил возможность двигаться. Они стали не просто существами со сверхспособностями. Нет, они теперь были тремя Капитанами. Им подарили неодолимые, невообразимые силы. С помощью этих трех крупинок, среди других невообразимых и немыслимых сил и энергий – трем Капитанам предстояло привести человечество к новой колыбели.
Космический корабль, который плыл в пятидесяти километрах над землей, было трудно не заметить. Стокилометровая махина, разгоняя облака под собой, уже много раз обогнула земной шар и побывала во всех уголках, над всеми странами. Люди бросали все дела, и, щурясь от солнца, высыпали на улицы, открывали окна, выбирались на крыши – чтобы взглянуть на восьмое, последнее чудо света.
Корабль действительно завораживал. Со многими надстройками, изящный, стройный и могучий – он одновременно напоминал и парусники прошлых веков, и сверхсовременные истребители. Кстати, истребителей первое время реально было более чем достаточно. Они, как едва видимые точки, мошками кружились под титаническим брюхом, не в силах и наполовину расстояния дотянуться до неспешно плывущего по небу исполина. Правительства и военные чины всех стран, позабыв о насущных проблемах, сначала пытались выяснить – не шутка ли это вообще?
Хотя какая там шутка?
Ничего себе шуточки, усмехался Марат, сто километров в длину и двадцать – в ширину. Проплывая над любым городом, эта громадина даже на высоте пятидесяти километров закрывала полнеба. Не в переносном, а в буквальном смысле этого слова. Его можно было сравнить с грозовым облаком, только гроза не имеет таких четких очертаний, и достаточно редко забирается на такую высоту.
Если бы Марата спросили, почему он выбрал именно такую форму корабля, именно футуристический образ межзвездного крейсера, очень похожего на тот, который люди привыкли видеть в "Звездных войнах"... То Нечаев ответил бы именно это.
Люди привыкли.
Шар или яйцевидная форма, всякие диски, тарелки и прочее - это в человеческих умах ассоциировалось именно с инопланетными формами жизни. А вот летающий линкор, широкий, клиновидный, только с намеком на обтекаемость, с кучей антенн, башен и башенок, надстроек и непонятных мачт - это сразу наводило на мысль: наше, земное, человеческое.
Здоровенная агрессивная махина, не смотря на устрашающий внешний вид, на самом деле вселяла в сердца уверенность, и не совсем понятное чувство гордости.
За день до прибытия корабля Юта перекрыла все радиоканалы. Вообще все. Все что могло вещать, телевизоры, радио, интернет – все было настроено на одну волну, транслировало одну передачу. По всем каналам. На всех сайтах. Даже мобильные телефоны без всякого вмешательства хозяев прерывали разговор и начинали передавать послание человечеству.Никакие блокировщики в этом случае помочь не могли. Все ресурсы, мощности, ухищрения и достижения всего человечества по сравнению со способностью, которую на время передали всего лишь одному человеку – были несопоставимы…
В одно мгновенье, как в кино, во всем мире, вся техника, приспособленная для передачи информации стала передавать единственное сообщение.
На экранах появлялась маленькая женщина, почти ребенок, с пухлым личиком и румянцем, как от волнения. Она приблизилась к невидимому оператору, пока не заняла почти все пространство в объективе видеокамеры.
- Здравствуйте, жители планеты Земля, - прозвучал из динамиков юный, звонкий, и одновременно – мягкий голос, с едва слышимой хрипотцой.
Марат, когда первый раз смотрел эту запись, непроизвольно хмыкнул.
- Ничего смешного, - сказала тогда строго Юта. – Женщины, и вообще женский голос действует успокаивающе, и сам по себе гасит панику. Особенно хорошо действует на мужчин, - добавила она через секунду. – Образ, который я создала – он вообще сборный, и благосклонно принимается почти всеми народами земли.
- Сто лет назад, четвертого октября 1957 года, жители планеты Земля запустили в космос первый спутник. Для любой планеты выход в космос – это значительное событие. Это означает, что на такой планете зародилась разумная жизнь.
Девочка на экране выждала паузу, набирая воздух, было видно, что она волнуется. Марат почувствовал, что в самом воздухе повисло напряжение.
- Разумные формы жизни, населяющие вселенную, и соединенные в общую систему, всегда наблюдают за подобными событиями. Обычно для таких форм, как органическая разумная жизнь дается еще сто лет, сто оборотов данной планеты вокруг звезды. После чего происходит оценка разумной формы. К тому моменту разумная жизнь на планетах подобной нашей, соединяется в единое целое, можно сказать – единый организм. В котором нет места странам, границам, деньгам и даже собственности. Разумная форма жизни планеты становится как будто единым целым, в нашем случае мы должны были стать единым человечеством.