Но никто не спрашивал.
В этот вечер он зашел в лифтовую и башню, и дверь лифта уже прочти закрылась, как чья то рука протиснулась между створками. Двери лифта разъехались, и в кабину протиснулась женщина. Марат, увидев ее, усмехнулся. Это была Ира Овод. Из бывших штурмовиков мало кто попал на борт Терры. Андрей-Магнум, например, не попал. А вот Ирина, влюбленная в него, прошла "мозготест".
Да, много времени прошло. Бойкая и быстрая как ртуть Овод сейчас превратилась в пятидесятилетнюю толстую женщину с двумя подбородками. Марат не хотел ее окликать, но все-таки через десять секунд после того как лифт тронулся, повернулся к Ирине:
- Товарищ Овод!
Преображение пожилой толстой женщины поразило его. Ира повернулась, стремительно и четко, готовая к любому развитию событий.
- Товарищ Маузер, - произнесла она утвердительно, отметая любые сомнения.
- Я тебя по интонациям узнала, - сказала она своим обычным голосом, который, в отличии от внешности, нисколько не изменился.
Через пару минут они вышли на станции восьмого кластера (Овод там жила), и направились в ближайший паб. Вообще, изначально эти пабы, рестораны и пиццерии и были обычными столовыми, пунктами питания. Потом, естественно, нашлись люди, которые захотели придать этим заведениям тематический вид.
Паб, в который они зашли, был типичным пивным заведением, с длинной дубовой стойкой, на которой базировались полтора десятка блестящих кранов.
- Какое будешь? - спросил Марат.
- Предпочла бы кровавую Мэри, но сегодня не стоит. Разговор есть, Маузер, и серьёзный, - отозвалась Овод. - Но возьми что-нибудь покрепче. И темное, чтобы глоточками тянуть...
Марат взял шоколадный стаут, один из самых дорогих сортов здесь. Конечно, для его рейтинга и количества баллов, это были даже не расходы, так, мелочь. Все его усилия и действия на поддержание жизнеспособности Терры учитывались в общей электронной системе и рейтинг был запредельным, а количество баллов - неимоверным. По сегодняшним нормам Марат был здесь что то вроде миллиардера. Другое дело что ни рейтинг, ни баллы ему были не нужны.
- Ого, ничего себе, какое классное пиво, - не удержалась от комплимента Овод, сделав всего глоток. - Постоянно здесь бываю, но беру обычно "лагер"...
Марат усмехнулся. Он, естественно, подкорректировал вкус уже в кружках, убрав чуть горечи и добавив ликерный вишневый оттенок.
- Ну и как все это тебе нравится? - язвительно спросила Ирина, обведя взглядом помещение.
- Очень даже ничего, уютненько…
- Я не про это, - поморщилась женщина. - Я про то, как тебе это вообще в целом?
- Ну, мне здесь в общем и целом нравится, - опять же осторожно сказал Маузер.
- А мне не очень. Точнее, мне это совсем не нравится. Вы тут конкретно учудили. Опять сделали из людей стадо баранов, занятых личным благополучием...
- Овод, - Маузер опять назвал Иру ее старым штурмовым прозвищем. Многие, кстати, не знали что это ее настоящая фамилия. - Людям дали повод для саморазвития. Они занимаются чем хотят. В любой области. От них требуется труд, который здесь нафиг не нужен, потому что мы, капитаны, и так можем им дать столько благ, сколько им захочется. Но главное мерило - труд, и через него воздается по способностям. Каждому.
Марат, честно говоря, очень обрадовался. Он очень давно хотел поговорить хоть с кем то на серьёзные, глубокие темы и всерьез обсудить, что же получилось. Выслушать серьезную критику, жесткую и бескомпромиссную.
Но обычно сталкивался с тем, что люди больше приспосабливались, и довольствовались малым, как будто они настоящие коммунисты. Но во всех рассуждениях Маузер слышал фальшь, какую-то недоговоренность.
- Вот что я скажу, товарищ Нечаев, - Овод смотрела ему прямо в глаза. - Вы тут построили идеальное общество, но для себя. Мы для вас - как игрушки. Как забавный муравейник, с муравьями, для наблюдения.
Марат давно знал, как отвечать на подобные вопросы. Во-первых, надо согласиться.
- Да, товарищ Овод, - сказал он спокойно. - Игрушки. И муравейник. Собрали как игрушки. И перенесли как муравейник на другое место.
- А мне не надо тут соглашаться, - сердито отозвалась Ирина. - Сама знаю, все знаю. Смотри, во что все это превращается. Вы тут идеальное общество решили создать. И создали...
- Не вы, а мы, - прервал ее Маузер. - У каждого был выбор.
- Был. И сейчас есть. И у тебя в первую очередь. Посмотри на этих людей...
Марат осмотрелся. Просканировал всех в радиусе километра. Ну что хоть вам все не нравится?
Люди как люди, работают, читают, играют, занимаются любовью. Что имеет в виду Овод? Что они все слабые? Так они всегда были слабые, не только по сравнению с Маузером и Магнумом, но и с самой Ириной.
- Вы тут устроили Эдем. Рукотворный рай. От каждого по способностям. Каждому по труду. И даже частично по потребностям. Никакой собственности, даже личной, да и откуда ей взяться? Все по плану. Есть даже где друг другу морду набить... Все есть... даже счастье, любое, хоть одно на всех, хоть каждому индивидуально, даром. Только одного нет...
- Чего еще? - спросил Марат, уже понимая каким будет ответ.
- Борьба, - сказала Ира и в несколько глотков осушила свой бокал.
- Дай бумагу, - сказала Овод, оторвавшись от бокала.
Марат протянул ей блокнот, из которого старая штурмовичка, ни секунды не колеблясь, вырвала листок.
- Карандаш, - Овод пошевелила в воздухе пальцами. Маузер достал из-за уха карандаш, и протянул ей.
Глава 20
Овод, с окаменевшим лицом, написала несколько слов, и показала Марату листочек. Потом быстро смяла его, достала из нагрудного кармана зажигалку и сожгла клочок бумаги в пепельнице на столе. Из того же нагрудного кармана достала пачку сигарет и закурила.
- Ты куришь? - без всякого удивления констатировал Маузер.
- Закуришь тут с вами, - проворчала Ирина.
- Ты с ума сошла, - так же спокойно продолжил Марат. - То, что ты предлагаешь - неприемлимо.
- Почему же? Для тебя любые разрушения восстановить - раз плюнуть.
- Речь не о разрушениях, - сказал Маузер. - И не о жертвах. Ты прекрасно знаешь, что я всегда не против жертв и разрушений. Но противостояние капитанов невозможно, мы не должны участвовать.
- Хорошо. Сделаем как раньше. Подготовим людей. Подготовим базу. Подготовим и продвинем идею. Посмотри вокруг, камрад Маузер. Ты что, не видишь? Ослеп? Она формирует культ, понимаешь? Тут везде ее скульптуры, она на всех билбордах, на всех обложках, на всех постерах. Тут в каждом кластере есть Люгер авеню, Люгер стрит, площадь Матери, где посредине этой чертовой площади стоит ее статуя с поникшим лицом.
- Ты ей завидуешь...
- Да хоть бы и завидую! - вскипела Ира. - Это не отменяет то, что я вижу! А вижу я опять идиотизм. Сытые лица, полное довольствие и пансион. Все работают. Все играют. Зарабатывают баллы и уровни, статусы и прочее. В виртуале собираются кланы, гильдии, союзы и армии, идут виртуальные войны! Они ожирели, они считают что все это не настоящее. Терра эта, реальность, виртуальность, жизнь эта... все ненастоящее. Вспомни как погибал СССР. Там тоже пытались дать борьбу, тоже виртуальную. Воевали против всего мира. Но для большинства это была лишь картинка, в газетах, в книгах, в кино. А реальность сделали корытом с комбикормом. Все бесплатно, квартиры бесплатно, образование бесплатно, медицина бесплатно... Они снова превращаются в овец, которым нужен лишь корм, для желудка и для головы тоже. Еду для желудка им даешь ты, а для головы - она. Вот вам прекрасный повод! Если вы отобрали у людей борьбу и дали им корыта с иллюзией, верните хотя бы часть! Обьедини темные кланы. Перенеси что то в реальность. Пусть хоть что то и для вас, Капитанов, здесь будет иллюзией. Вы поссорились с Люгер. Прекрасно. Пусть это станет борьбой для людей. Ты же сам нас учил, что минус на минус дает плюс. Вы будете воевать понарошку, а они - по настоящему. Пусть для людей это станет реальностью, жизнью, борьбой, смертью!
- Я подумаю, - встал Маузер.
- Сядь, - поморщилась Овод. - Не отсвечивай и внимания зря не привлекай, товарищ Иванов. Тут до меня слухи дошли. Типа ты можешь человека сделать неуязвимым. Ни для Люгера, ни для товарища Да Луня. И для тебя этот человек неуязвим становится. Можешь такое сделать?
Марат на секунду задумался.
- Да, могу, - сказал он.
- Тогда меня такой сделать надо, - сказала Овод. - Если у тебя порох закончился, то у меня его навалом.
- Я подумаю, - отозвался Марат. - Но то что ты предлагаешь - лишь средство отвлечения, маленькая победоносная война.
- Подумай, - теперь уже совершенно спокойно сказала Овод. - Через тридцать дней встречаемся здесь. На этом же месте. В это же время. Хорошо?
- Хорошо.
Марат вернулся в свою квартирку на корме Терры очень взволнованным. Да, есть от чего прийти в беспокойство.
Совершенно ясно, что Овод начала действовать, раз ей потребовалась "неуязвимость"... Вполне возможно что Люгер знает. Службы безопасности здесь нет. Только отряды "самообороны", они же пожарные, они же все прочие службы спасения. Но любой заговор здесь можно раздуть до размеров слона, никто и не заметит. Из людей не заметит, конечно... Да, черт побери, о чем он думает? Ему только что предложили организовать заговор и восстание, "взять полную власть над 3-4 секторами". Какую, боже, полную власть? Он и есть здесь полная власть!
Так, а это что такое? Марат нагнулся и подобрал с пола виноградину. Обычная, зеленая, виноградная ягода, без косточек, "витис винифера", сорт Кишмиш овальный.
Люгер? Была здесь?
Была? И оставила лишь виноградную ягоду? Это намек? К чему по приметам видеть виноград? Марат вызвал справку из информсистемы. Открыл первый попавшийся справочник по приметам. "Если мужчина видит виноград во сне, это означает, что он встретит свою половинку, получит удовольствие от общения с ней и будет счастлив как ребенок…" - прочитал Марат.