— Погода — дрянь, — категорически заявил он.
— По приметам, скоро жара начнётся, — вставил Фёдор.
— Эт точно, — усмехнулся я. — Начнётся.
Фёдор, смекнув, что я о чём-то своём, немедленно свинтил по делам. Захару принесли завтрак.
— Домой поедем, — сказал я. — Поешь — иди, пинай Антипа. Пусть полный бак зальёт, и айда. Притомился я что-то от городской жизни.
Это, кстати, было чистой правдой. За двадцать лет привык к обществу себя и двух немногословных стариков. А когда вокруг ходит такая куча народу и болтает без умолку — тяжко. Хочется всех поубивать, а нельзя. Обидятся, не так поймут.
— Сию минуту, — кивнул Захар. — Покупать больше ничего не будешь?
Я пожал плечами. Костюм будет готов только через неделю. Амулетами, если что, Захар набит под завязку. Оружие? Меч у меня есть. Можно, конечно, взять меч покруче, Троекуров башляет. Но у меня уже есть собственный, да к тому же какой-то хитровыдуманный, который не каждому даётся. Надо бы, кстати, разобраться с этим вопросом.
Вполне допускаю, что имеет смысл обладать разными мечами для разных тварей, но эту тему надо бы с Егором обсудить. Не у продавца же совета спрашивать. Тот, естественно, скажет, что под каждую крысу нужно иметь отдельный меч, иначе и охотником-то называться нельзя.
А продукты и прочее тётка Наталья уж как-нибудь без моего участия закупит. И не здесь.
— Не, — покачал я головой. — Пока всё есть. Поехали.
На середине пути нас нагнал дождь. Добрались уже к вечеру. Мне до такой степени осточертела дорога, что поставил себе цель на ближайшее время: прокачаться до воина-мастера и открыть возможность перемещаться по Знакам, как Егор. Стоит такой знак, конечно, мама дорогая, но он того реально стоит. Вместо целого светового дня потратить на дорогу мгновение — это, мать его, аргумент. Время-то — ресурс невозобновляемый. В отличие от родий.
Зато дома, в усадьбе, было тепло, уютно, и пахло вкусным ужином. Переодевшись в сухое, я немедленно сел за стол. Где, как обычно, наелся до состояния нестояния.
— Теперь о делах, — выдохнул я. И посмотрел на Тихоныча, который составлял мне компанию. — Что там у нас?
— Всё сделал, как было велено! Отыскал самого лучшего защитника, которого только можно. Уплатил ему наперёд, все бумаги передал.
— И? Чего говорит?
— Завтра к нему поеду, узнавать.
Вот без телефона, блин, тоже фигово, конечно. И Знака-то никакого подходящего нет. По крайней мере, в справочнике.
— Сколько взял? — спросил я.
Тихоныч ответил. Я присвистнул.
Да уж…
— Ладно, разберёмся. Я тут ещё притащил немного. Вот. — Я протянул Тихонычу кошель, отработанный у Троекурова. — Продукты, зарплата — всё такое. Распределишь? Если не хватит — скажи.
Тихоныч заглянул в кошель. Просиял.
— Хватит! На текущие расходы — точно, да ещё останется. Но вот усадьбу выкупить…
— Усадьба — проект долгосрочный, — перебил я. — В город поедешь, пробей мне стрелку с Салтыковым, скажи, хочу хороший взнос сделать. Не заинтересуется — чёрт с ним. Потом целиком долг отдам.
— Сделаем, — кивнул Тихоныч и приныкал кошель.
— Что Егор?
— Не появлялся пока.
Блин. А ведь обещал за пару дней уложиться. Ну, до утра жду, а потом пойду к колдуну один, я слов на ветер не бросаю. Как минимум, пообсмотрюсь, разведаю обстановку. Может, Захара с собой возьму. С отморозками ночью вон как хорошо помог.
— А как там моя башенка?
— Лестница готова, только лачком покрыть осталось! Но то уж завтра сделают. Внутри прибрались. Кровати пока нет, а стол и кресла поставили, как вы велели.
— Вот и прекрасно. А можно мне туда, на этот самый стол, подать чего-нибудь… этакого.
— Квасу? — моментально смекнул Тихоныч. — Или чего получше?
— Да получше, конечно. Ты ж глянь, какая дрянь за окном. Какой уж тут квас.
В башенке и впрямь стало намного уютнее. Я уселся в кресло, стоящее у стола, вытянул ноги и налил себе из графина в стопку. Опрокинул, почувствовал, как поднимается настроение. Повторил…
И тут слева, на периферии зрения, сверкнуло. Я резко вскочил, повернулся.
— Егор! Ну ты, блин, внезапно. А если б я тут голый был?
— Пережила бы! — огрызнулась хриплым голосом неизвестная мне девушка, стоящая на Знаке, начертанном Егором. — Я мужиков даже без кожи видала, ничего.
Глава 26
Лет ей было, на глаз, двадцать пять. А может, и меньше. Суровое выражение симпатичного, в общем-то, лица и шрам на левой щеке визуально добавляли возраста. Волосы она ничем не покрывала, косы не плела — просто стянула тёмно-рыжую гриву в хвост. На девушке была застёгнутая кожаная куртка, грубого покроя штаны и сапоги, уделанные в грязи так, будто сутки шарашилась по болотам.
Из-за плеча торчала рукоять меча. На правой руке — перчатка без пальцев.
Всё это я срисовал моментально и обошёлся без тупых вопросов.
— А что, в охотники уже по объявлению набирают?
— Чего? — скривилась девушка. — Это вместо «здравствуй», что ли? А пожрать у тебя найдётся? Сутки не жрамши!
— Сообразим, — кивнул я.
Как брату охотнику не помочь. В особенности если он — сестра.
Я открыл дверь и крикнул:
— Эгегей, есть кто-нибудь?
Нарисовалась тётка Наталья.
— Можно нам ужин на две персоны в комнату? У меня внезапно гостья.
— Ох! — всполошилась Наталья. — Сейчас, сейчас! Подам.
— И, это… Баньку бы затопить.
— Будет сделано. Сию минуту прикажу!
Я закрыл дверь. Повернулся к девушке, которая уже села на стул и наполняла мою рюмку.
— Тебя как зовут-то хоть, красавица? — спросил я, усевшись напротив.
Опрокинув рюмку, красавица окинула меня свирепым взглядом:
— Значит, так. Меня зовут Земляна. Не красавица, не милая, и не дорогая. Земляна. Иначе не сработаемся.
— Окей. Земляна так Земляна, — кивнул я. — Я — Владимир. Если очень захочется, то Всеволодович.
— Обойдёшься. А как звать тебя, знаю, Егор сказал. Это ты, значит, колдуна разозлил?
— Да я где ни появлюсь — все сразу злятся! — излил я душу. — Хоть вообще не ходи никуда. Сплошная агрессия кругом. От компьютерных игр, не иначе.
— Понимаю, брат, — вздохнула Земляна. — Тоже пока морду не разобью — никакого уважения. А ты ничего, кстати.
Она снова меня осмотрела. Теперь уже не так свирепо.
— Да и ты — вполне себе, — вернул комплимент я. — Но сначала — баня.
Судя по выражению лица, Земляна готова была меня за эти слова накрошить мелким крошевом. Но тут открылась дверь, и вошла тётка Наталья с подносом.
Плохо кормить тётка Наталья не умела по определению. Её в три часа ночи разбуди — поляну накроет, как королю. Вероятно, поэтому Земляна быстро забыла обо мне.
Ужин на две персоны я заказал, чтобы её не смущать. Сам-то был утрамбован по самые гланды. А вот Земляна выглядела так, будто ей пожрать не то что надо — жизненно необходимо.
Остановилась она только тогда, когда опустело последнее блюдо. Из принесённых на двоих, ага. Откинулась на спинку стула и блаженно прикрыла глаза.
— Хорошо живёшь, охотник.
Я пожал плечами.
— Плохо пытался — не понравилось. Так чего там Егор-то? Долго его ещё ждать?
— Народ собирает, — поморщилась Земляна. — Народу мало стало. А кто есть — те с колдунами не очень-то горят связываться. Откуда у тебя здесь вообще колдун? Они обычно западнее обитают, там, где самая жара. С ними и разбираются те, кому по рангу. У них там работы — непочатый край. Ну ничего, я вот скоро тоже туда подамся. В Петербург для начала, а потом — в Европу. Пока последней твари глотку не перережу — не успокоюсь!
— Аминь, — согласился я, почувствовав, что тут что-то личное. — И скольких Егор уже собрал?
— Пятерых, считая со мной. Сам он — шестой, ты — седьмой. Да у тебя вроде ещё какой-то паренёк должен быть?
— Есть, — кивнул я. — Захар, правда, не совсем охотник. Но с амулетами чудеса творит.
— Сойдёт, — кивнула Земляна. — Егор в ночь ещё кого-то потормошить отправился, может, к утру отыщет. С утра сбор — и выдвигаемся. Прикончим гадину!
— Девушка. Вашей маме зять не нужен? — не выдержал я.
— Вот про маму при мне — не надо! — тут же напряглась Земляна.
— Принято, — кивнул я.
Видимо, ещё один триггер. Ладно, запомню. Мне не сложно.
Взгляд Земляны потеплел.
— Хорошо с тобой. Обычно-то охотникам пока кровь не пустишь — ничего не понимают.
— Эпоха такая. Уважение к даме только в высших сословиях. Ну, ничего. Вот пройдёт лет сто-двести…
— Мне столько не прожить, — отрезала Земляна. — Тебе Егор не говорил, что вокруг делается?
— Например?
Земляна подалась вперёд. Наклонилась над столом и доверительным шёпотом сказала:
— Охотники пропадают.
— Ну, что поделать. Работа такая, как не пропадать…
— Ага, вот и они все так говорят. Глаза закрывают. Да только я-то приметливая. Один, к примеру, заночевал на постоялом дворе в Поречье — и пропал к утру, как не было. И никаких тварей рядом, на пушечный выстрел! А другой охотник в оплоте ночевал. Ночью до ветру вышел — и с концами. И таких случаев всё больше, знаешь ли.
— И что это значит? — нахмурился я.
— Чёрт его знает, Владимир. Дерьмом всё это пахнет, как по мне. Тварь к себе ни один охотник не подпустит, а вот человека…
— А людям-то зачем охотников убивать?
Земляна с прищуром посмотрела на меня, будто оценивая. И сочла достойным ответа:
— В охотниках, как и в тварях, есть кости особые. Да побольше, чем в тварях.
— Да ладно! — не поверил я.
— Вот тебе и ладно. По нашим правилам, мы эти кости не берём. А своих хороним в особых местах, подальше от людских погостов. Но я неделю назад нашла пару захоронений, которые помнила. И угадай, что?
— Угадал, — процедил я сквозь зубы. — Раскопаны. Тел нет.
Земляна посмотрела на меня с уважением.
— Вот ты, Владимир, один умнее всех этих тупоголовых! Такие дела творятся, да. И что про это думать — поди знай…